Кремль 2222. Охотный ряд - Владислав Выставной

– Так что же нам делать? – тихо спросил Книжник. – Каков план?

– Добраться до Лабораторного уровня, – сказала жрица. – Там создают мутаботов. И там же производят антидот, который избавляет от воздействия со стороны Королевы.

– Не понимаю, – сказал Книжник. – Зачем нужно такое вещество? Ведь Королева желает контролировать всех!

– Все верно. Но это не касается мутаботов. При генной модификации происходят необратимые изменения в мозгу термитов, которым предстоит трансформироваться в мутаботов. Эти изменения делают невыносимой связь с ними Черной Королевы. Она испытывает неприятные ощущения.

– Что, мигрени мучают стерву? – не без злорадства поинтересовался Зигфрид.

– Что-то вроде этого, – спокойно отозвалась жрица. – Именно поэтому мутаботы управляются Королевой не напрямую, а через командование из Штаба. Ваша задача – раздобыть этот антидот. И распылить его в системе вентиляции.

– И что тогда? – спросил Зигфрид.

Жрица уставилась на него с недоумением:

– Разве не ясно? Термиты больше не станут подчиняться Черной Королеве! Мы избавимся от ее власти.

– Допустим, – ровно сказал Зигфрид. – Но нам что с того?

– Я не понимаю…

– Остановит ли это нападение на Кремль? Если уже приказ отдан – термиты исполнят его и без участия Королевы. Или я что-то путаю?

По несколько растерянному виду жрицы стало понятно, что воин попал в самую точку. Похоже, забота о противнике не входила в планы этой деятельной женщины.

– Как остановить нападение? – тихо, но жестко спросил Книжник.

– Я… – жрица запнулась. – Как только Королева ослабит хватку… Я повелю…

– Так, все ясно, – оборвал ее Зигфрид. – Пойдем через Штаб.

Он подхватил с пола меч, брезгливо стряхнул с ножен остатки слизи. Вслед за ним Книжник поднял свой арбалет и трофейный пневмомет: в баллонах, судя по манометру, еще оставалось давление, и он рассчитывал починить это экзотическое оружие. Зигфрид кивнул Крэйгу:

– Веди!

Крэйг сделал неуверенный шаг, обернулся к матери.

– Стойте! – вскрикнула жрица. – Вы не можете пойти через Штаб! Если вас убьют – а вас обязательно там убьют – кто освободит мой народ?!

В этот момент Книжник неожиданно ощутил новый прилив ярости, который едва сдержал от какого-нибудь омерзительного выплеска. Он резко шагнул в сторону жрицы – и остановился, наткнувшись на ладную фигуру Крэйга, вставшего на защиту матери. Но это не остановило семинариста от выкрика:

– Твой народ будет жить только в том случае, если будет жить мой! Точка!

– Поддержу друга, – спокойно, сложив руки на груди, сказал Зигфрид. – Не вам ставить условия.

Книжник сделал шаг от Крэйга назад, отвел взгляд. Крэйг оглянулся к матери:

– Они правы. Я обещал привести их в Штаб. Путь убедятся, что им есть за что рисковать.

– Поступай, как знаешь, – устало произнесла жрица. – Я сделала все, что смогла…

Договорить она не успела. Из мрака стремительно и тихо выплыла чудовищная тень, и высокий детский голос откуда-то сбоку злобно прокричал:

– Измена?!

На секунду все рефлекторно повернулись туда, откуда появилась рыжеволосая девочка, ставшая голосом монстра. И тут же жрица глухо вскрикнула, проколотая насквозь острой и длинной фалангой передней лапы Черной Королевы. Чудовище показалось, наконец, из тьмы – и вздернуло, как на копье, безвольно повисшее тело.

– Наказание – смерть! – хрипло, тряся кулаками, закричала рыжеволосая. – Смерть!

– Мама! Нет!

Запоздало Крэйг бросился было на помощь матери – но Книжник схватил его за обвившую тело пулеметную ленту, едва удерживая от самоубийственного поступка. Черная Королева быстро надвигалась, мощно ударяя в дно пещеры огромными острыми лапами. Небрежный взмах – и мертвое тело жрицы улетело в сторону.

– Нет… – бессильно ахнул Крэйг.

И Книжник едва успел оттолкнуть его – на месте, где он только что стоял, взвилось облачко пыли от удара передней лапы Черной Королевы. Следующий удар едва не пришелся уже ему в голову. Спас Зигфрид, молниеносным ударом снесший мечом половину фаланги.

Уши едва не разорвал двойной вопль – визг рыжеволосой, упавшей на колени и забившейся в конвульсиях, и рев из беззубой черной пасти самой Королевы. Из обрубка на голову хлынула струя черной крови. Королева шарахнулась назад – и тут же из-под ее гигантских лап на оторопевшую троицу бросилась целая стая злобно визжащих руконогов.

Запоздало среагировав, Книжник открыл огонь из своего пневмомета. Удача – тот принялся колотить, словно и не выходил из строя. Возможно, просто перегрелся до этого. Но заработал он весьма кстати: первой же очередью удалось стряхнуть белесую многолапую тварь, вскочившую на спину Зигфриду и явно собиравшуюся откусить ему голову. Вторую вест срубил уже сам, зычно закричав:

– Уходим! Быстро! Спина к спине!

Нервно захаркал пулемет Крэйга. Свое дело курсант знал: сразу несколько тварей задергались лапками кверху, обильно истекая кровеподобной жидкостью. Книжник с Зигфридом пятились вслед за Крэйгом – среди высоких неровных колонн и мрачных провалов они бы сами дороги не нашли. Прикрываясь этими самыми колоннами, Книжник с Крэйгом выпустили еще по паре очередей в сторону «посланников» Черной Королевы. После чего, наконец, ввалились в узкий проход, скрытый в темной нише за невзрачной перегородкой. Напоследок Зигфрид перерубил пополам еще одного руконога – и все трое устремились в туннель.

Подсвечивая себе путь фонарем на стволе пневмомета, отряд из трех бойцов продвигался в глубь вражеской территории. Вражеской – для Книжника и Зигфрида. Но как себя ощущал Крэйг – оставалось вопросом и здорово беспокоило семинариста.

Крэйг был решителен и мрачен. Однако нельзя сказать, что выглядел сильно потрясенным гибелью матери. То ли он здорово скрывал свои чувства, то ли попросту не успел к ней привязаться. Возможно, термиты просто забыли, что такое родственные чувства. Оно и к лучшему – сейчас подобные переживания здорово помешали бы маленькой группе. Впрочем, происшедшее разбудило в курсанте решительность и боевую злость.

Зигфрид, однако, не счел нужным проявлять излишнюю тактичность.

– Скажи, Крэйг, – небрежно бросил он. – Ты готов убивать своих?

– Что? – курсант вздрогнул. – Как это?

– А вот так. Мы же собираемся проникнуть в этот ваш Штаб. А его, видимо, будут охранять. Даже наверняка будут. Твои друзья, между прочим – термиты.

– Они мне не друзья, – отрезал Крэйг. – До тех пор, пока их глазами смотрит на нас эта черная тварь.

Зигфрид приподнял бровь, с интересом разглядывая Крэйга, кивнул с пониманием. И Книжник понял: Крэйг вовсе не остался равнодушен к гибели матери. Он ненавидел не только убившую ее Черную Королеву. Он ненавидел всех, кто продолжал ей служить.