Мироповорот - Петр Хомяков

Все это делало его даже несколько интересным. Хотя, если бы не это пикантное сочетание несовместимых черт, он вообще выглядел бы, мягко говоря, весьма посредственно.

– Девушка, извините ради Бога, но мы с Вами нигде не встречались?

Какое примитивное приставание! Следовало ответить что-нибудь резкое и отбрить нахала. Но она не смогла. Голова закружилась. Она как будто вспомнила этот голос и посмотрела на него глубоким взглядом зрелой, много пережившей женщины. Пережившей счастье и горе. Большое счастье и большое горе. Чужим, не своим, немного глуховатым голосом она ответила:

– В прошлой жизни Петрович.

Она не поняла смысла сказанного. Голова закружилась еще сильнее. Она пошатнулась. И он подхватил ее не давая упасть. Он как будто тоже что-то вспомнил. Он знал, что был виноват перед этой девочкой. Но не подлой и грязной виной. Он ее не предавал и не обижал, но, тем не менее, был причиной какого-то очень большого горя в ее жизни.

Он придерживал ее осторожно, как хрупкую вазу и смотрел на нее взглядом умной виноватой собаки.

– Простите, простите… Прости, родная, но я не мог поступить иначе, – твердил он как заведенный.

Как поступить, когда поступить, о чем идет речь, он не знал. Но почему-то был уверен, что говорит правильно.

Как приятно и сладко было в кольце рук этого доброго грубияна. Как долго ждала она этой встречи. Слезы хлынули из ее глаз.

– Скотина, собака (Боже, что я несу этому незнакомому и солидному человеку!). Тумба чугунная… – Она стукнула своим кулачком в его твердую, как железо грудь. Милый, любимый, родной…

И вдруг совершенно неожиданно и непонятно для себя самой сказала, улыбаясь сквозь слезы:

– Как был дурак, так и остался. Хоть бы поцеловать догадался.

Он едва коснулся губами ее щеки осторожно и нежно. Люди обтекали эту странную пару, которая то ли ссорилась, то ли мирилась, то ли плакала, то ли смеялась.

А потом они пошли по весенней улице, взявшись за руки, как дети. Пошли по своей земле, своей Светлой Руси, не так уж давно по историческим меркам отвоеванной их отцами у имперской сволочи.

И так потом никогда не могли вспомнить, что же говорили они друг другу в ту свою первую встречу.

Великий Сварог смотрел с небес на своих внуков. В прошлой жизни они были верны своим Богам. Они верили в бессмертие души и не предали заветов своих предков. Они не дрогнули и до дна испили предназначенную им чашу. Они заслужили свое счастье. Сварог был уверен, что их души слишком благородны, чтобы недостойно воспользоваться этим счастьем. Они воистину выковали свою нынешнюю судьбу…

Взрывными технологиями, – усмехнулся про себя старый кузнец.

Москва-Александров 2005