Отмороженный 6.0 - Евгений Гарцевич

Выбирать вообще не хотелось.

Хотелось просто размазать этого придурка, решившего поиграть не пойми в кого. В отца, в судью, в вершителя судеб? Пофиг, валить его надо.

Я приглушил визор, типа глаза прикрыл, чтобы подумать. А Иллиот тем временем начал обратный отсчет, дав мне на раздумья всего десять секунд.

Как же не хватает Искорки — сейчас нормально просканировать капсулы, получить данные вплоть до пульса и температуры тела. Я активировал «ведьмачье» чутье и направил его на капсулы. Подтвердил, что во всех трех есть органика, но не более.

Перевел взгляд на девушку. Стрелять сквозь нее не буду точно, скайкрафтовая пуля разносит астериус, а человека, как того хомячка, скорее всего разнесет в клочья. Шанс, что это будет минимальный аккуратный надрез навылет, мог бы сработать где-нибудь в районе плеча, но «страйкера» я так не свалю с одного выстрела. Визуального контакта с ней нет, повязка на глазах мешает как и мне дать подсказку, так и ей намекнуть, куда дернуться.

Прозвучала цифра шесть, а я так и не приблизился к разгадке. Посмотрел на головы дроидов на столе, может, подмигнет хоть кто-нибудь? У одного что-то промелькнуло, какая-то пара ярких пикселей, словно что-то выключилось или, наоборот, включилось в системе.

Перевел взгляд на мониторы — единственное место, где хоть что-то происходило. Три зоны, в каждой по двенадцать мониторов. В левой зоне все нейтрально, картинки с показателями есть, но ровные. В средней зоне одно из изображений — с иконкой экскаватора только что потухло, зато такая же появилась справа.

Пересменка что ли? Автоматика переключила управление на третью капсулу. То есть вторая капсула пост сдала, третья приняла, а первая как отдыхала, так и продолжает.

Я стал судорожно вспоминать график дежурства, увиденный на стене на входе. Ночная смена точно была у младшего брата, так что третью капсулу вычеркиваем. У папаши вроде бы утро. И тогда, если график актуальный, отец семейства должен быть в первой капсуле.

Прозвучала цифра три.

Капец, а у меня только одна версия и та основана на куче допущений. Галлахеры противоречивое семейство, но будет надеяться, что в вопросе работы они педанты. А еще будем надеяться, что Иллиот просто выкинул папашу из капсулы и занял именно его место.

Два.

Один.

Я выстрелил.

Одна версия — лучше, чем ни одной. Ближайшая ко мне капсула треснула, от аккуратной дырочки на уровне головы оператора, во все стороны побежали трещины. Малышка Нисса всхлипнула, но хотя бы не захрипела в предсмертных конвульсиях.

— Эй, ты здесь? Или я выиграл? — если все закончилось, сегодня напьюсь, еще и за Кузю с его дежурными отдельно выпью.

Я подошел к капсуле, пытаясь понять, где у нее замки. Стукнул и как только появилась узкая щель, дернул крышку вверх. Скаутган при этом не убирал. Но опасности уже не было. Дурацкая игра больного человека завершилась. А моя ставка сыграла.

Наконец-то выдохнул, сидя в кресле. Прямо сейчас выпью, у Эбби точно что-то должно было остаться. Выдержал паузу, стряхивая с себя ощущение чего-то мерзкого и липкого. Нервная игра с жесткими ставками, даже думать не хочу, чтобы было, если бы я ошибся.

Подошел к еще ничего не понимающей девушке, начал говорить с ней. Фигню какую-то, просто успокаивающую, чтобы не дернулась, пока я разжимаю пальцы. А как только это произошло, она буквально сложилась пополам и рухнула на пол. Сорвала повязку со скотчем и, одновременно матерясь и рыдая, набросилась на замершего дроида. Пнула его, взвизгнула от боли и уселась на пол. Теперь уже только рыдать.

Никогда не считал себя великим утешителем, особенно это касалось женщин. Тем не менее аккуратно приобнял девушку за плечи и постарался на уровне энергии передать ей ощущение, что все хорошо и опасность миновала.

Понятия не имею, сработал ли этот метод, или девушка пошла по своему пути, но нарыдавшись вдоволь, она подняла на меня красное, мокрое лицо и вытерла остатки слез руками.

— Он убил папашу Галлахера, — тихо произнесла она и снова зарыдала, уже в открытую, не пряча лицо, широко открывая некрасивый рот.

При этих ее словах я вспомнил про отрезанную голову на столе. Соглашусь, не лучший натюрморт для успокоения. Поспешно подошел к столу и убрал с него доказательство варварского убийства. Положил голову за кресло, подальше от девушки.

— Нисса? — позвал я девушку, а когда она утвердительно кивнула, продолжил. — Надо помочь твоим братьям? Что он с ними сделал?

— Что-то вколол. Он всем нам что-то вколол, но им потом добавил, а отца… — едва окрепший голос, вздрогнул, но потом, наоборот, стал крепче и как-то злее. — Чудовище точно мертвое?

— Гарантированно, — я кивнул, но потом подошел к дроиду и на всякий случай пробил клинком висок.

Тут Нисса залепетала слова какой-то молитвы. Кажется, на латинском. Я не стал вдаваться в смысл текста.

— Надо сказать сатане, чтобы он хорошенько поджарил его в аду, — объяснила мне Нисса, закончив со своей скороговоркой.

Не знал, что на этот счет существуют специальные молитвы.

— Надеюсь, он тебя услышит, — сказал я и подошел к операторским креслам.

Открыл среднюю капсулу. Передо мной лежал молодой светловолосый мужчина. Рот его был приоткрыт. Грудь спокойно поднималась и опускалась, совершая вдохи и выдохи.

— Это Бран, — сообщила мне немного пришедшая в себя Нисса. Кажется, обращение к сатане и уверенность в том, что теперь-то Иллиот понесет заслуженное наказание, девушку сильно приободрили.

Меж тем я открыл третью капсулу, как понимаю со старшим братом — Киллианом. Он и выглядел старше. Короткая стрижка и большое родимое пятно с неровными краями на подбородке.

— У вас реанимационные комплекты? Надо бы провести диагностику. Попробуем привести их в чувство.

— Есть, — уверенно ответила Нисса. — У нас тут все есть. Папаша Галлахер был готов даже к ядерной войне, только вот… — девушка посмотрела в сторону кресла и снова всхлипнула. — Только вот не к такому.

— К такому невозможно подготовиться. Впрочем, как и к ядерной войне, — в памяти почему-то всплыла картинка, которую я наблюдал на своеобразном проекторе в древнем городе. Вспышка — и землетрясения, цунами, взрывы, огненные зарева на месте целых городов.

— Почему нельзя? — наивно поинтересовалась Нисса.

— Потому что молитвы на этот счет еще не придумали. Да и непонятно, каким силам молиться.

Девушка коснулась руки сначала Брана, а потом Киллиана и снова прошептала какую-то молитву. А потом направилась за медикаментами.

— Алекс! Алекс! Прием! — раздался голос Пауэллся в моем наушнике. — Что там у тебя? Мы подъезжаем к ферме.