Товарищ пришелец - Андрей Загородний

В машину забирались под крики, напомнившие о многократно просмотренном «Вожде краснокожих». Павла отдали на съедение людоедам, в смысле – посадили на заднее сиденье вместе с близнецами. Супруги же уединились впереди.

– Расскажи, что там у вас произошло, – все-таки продолжила неизбежный разговор Ольга: – Вопрос «как съездили», судя по вашему виду, неуместен.

– Плохо съездили.

– Как дед Иван?

– Еще хуже.

По тону и односложным ответам Ольга поняла, что продолжать расспросы не стоит, и сменила тему:

– Заедем домой? Под душ залезете. У меня плов сварен…

Павел хотел извиниться и отказаться, но Василий его опередил:

– Нет, Оленька, сначала в аэропорт. Павлу надо улететь как можно быстрее. И еще… ну, не привлекая лишнего внимания.

Похоже, Ольга настолько доверяла мужу, что не допускала и мысли о каком-либо криминале. Надо, значит, надо. Павлу вспомнилась Катюша, возможность разговаривать, не открывая рта. Возможно, и Василий с Ольгой?.. Нет, конечно. Он отбросил промелькнувшую мысль – с ним ведь Василий мысленно не разговаривал. Если бы мог, заговорил бы – очень уж помогло бы такое умение в пережитых ситуациях.

– Рейсов на Москву все равно в ближайшие часы нет. Ни по расписанию, ни отправляемых с задержкой, я проверила. И девочкам позвонила, когда откроется бронь на девятичасовой, они придержат одно место.

– Спасибо! – Павел обрадовался, что все может так легко устроиться. – А бронь откроется?

– Почти наверняка. В Москву ведь начальство всего края летает регулярно. Бронируется чуть ли не по полсамолета каждый день.

Несколько минут молчали – Ольга занималась пропихиванием «Оки» среди более крупных, но менее поворотливых собратьев по дорожному движению – перерытая улица была запружена разнокалиберными грузовиками.

– Так что, поехали обедать? Заодно и переоденетесь. Вася, подберешь что-нибудь подходящее из своего?

Захотелось согласиться, постоять в душе, поесть нормально – обещанного вкусного плова. Но Павел тут же сообразил, что ехать к друзьям опасно. Как только госорганы заподозрят о случившемся, первым проверяемым адресом будет именно квартира Василия.

– Извините, Ольга, но мне бы лучше в магазин. В большой. Там, в туалете, и грязюку с себя смою хоть частично. А вы мне посоветуете, что из одежды к лицу подойдет.

– Точнее, к ссадинам и твоей щетине, – улыбнулся Василий, и сам давно перешагнувший стадию элегантной небритости…

* * *

В аэропорту Павел тут же отправился в туалет, куда за ним двинулся и Василий. Понял, что нужно переговорить напоследок, не посвящая ни Ольгу, ни тем более мало понимающих, но наверняка все запоминающих близнецов. Остановились перед входом в туалет, в закутке.

– Получается, Василий, бросаю тебя под танк. Слушай, может, давайте со мной в Москву, типа в отпуск? Там мне проще со всеми органами разбираться. Про свои связи я тебе объяснял, но есть еще одно. Ведь когда я сюда летел, с Титом, в смысле с Титовым, уже был знаком. Расскажу его начальству, мол, служил ему поддержкой и опорой. Не очень и врать придется. И мы с тобой окажемся не подозреваемыми, а типа сподвижниками борца. Пока все утрясается, Ольга по Москве с детьми погуляет – прекрасное развлечение для мальчишек.

– Нет, не получится. И Ольге не объясню, что надо вот так взять и работу бросить, да и Москва не для меня по той же причине, что для тебя Хабаровск. Здесь все свое. Если надо, найду, кто поможет. А там мы просто местами поменяемся: ты окажешься на моем, а я на твоем.

– Ну, смотри. Приглашение в силе, и остаемся на связи. Только лишнего по телефону не говори. И еще, когда таскать начнут, лучше ничего не врать. Рассказывать правду, но по минимуму: то, что не спрячешь. Так, как ты же и предлагал. А остальное: не знаю, не помню, не слышал. Мы же чуть не утонули, кто что после такого много вспомнит!