Планета бессмертных - Джеймс Алан Гарднер

Ладжоли прижалась к Уклоду, как будто во всем мире он один мог защитить ее; при этом великанша едва не свалила его, но каким-то чудом оранжевый человечек устоял на ногах. Преданный супруг успокаивающе обхватил ее бедра, однако взгляд коротышки был прикован к выходному люку; чувствовалось, что он как можно скорее хочет попасть туда. Никто из остальных, к счастью, не был обременен необходимостью защищать крупную робкую женщину. И мы рванули к люку – не из трусости, а потому, что на этом дурацком человеческом корабле отсутствовали окна, и мы не могли видеть, что творится снаружи.

– Куда вы? – спросила леди Белл, когда мы мчались мимо нее.

Никто не ответил. Я добежала до люка первой, сразу за мной Нимбус, мгновение спустя в шлюзовую камеру ворвался Аархус. Оказавшись внутри, он с силой захлопнул дверь, не обращая внимания на кашлингов, растерянно глядевших нам вслед.

– Крути вон то колесо!

Сержант указал на торчавшее из стены металлическое кольцо. Я ухватилась на него и навалилась всей своей тяжестью. Колесо поворачивалось с таким трудом, что я не была уверена, в ту ли сторону вращаю его; но кому захочется выставить себя круглым дураком, тут же начав крутить в обратную сторону? Поэтому я надавила на колесо еще сильнее. А теперь – еще сильнее!

Пол под ногами накренился.

– Эй! – крикнул Аархус. – Полегче!

– Я ничего такого не делаю, – ответила я, – просто поворачиваю колесо.

– Это колесо соединено с шарнирами карданной подвески. Они изменяют ориентацию нашей шлюзовой камеры с учетом направления гравитации на другом корабле. Меньше всего хотелось бы выйти из шлюзовой камеры и вознестись прямо к потолку, на самом деле являющимся полом.

– Зачем космические корабли устроены так сложно? – проворчала я. – Если бы я заведовала делами в галактике, то издала бы указ, чтобы все корабли были одинаково плоскими и ровными, безо всяких этих дурацких расхождений.

Однако дальше я крутила колесо медленнее, чувствуя, как в соответствии с моими усилиями поворачивается и шлюзовая камера. Но вот что интересно: ощущение низа более или менее оставалось под ногами, как будто гравитация все время подстраивалась под круговое движение камеры. Если бы у меня хватило терпения крутить колесо совсем понемногу, мы могли бы перевернуться вверх ногами, даже не заметив этого.

– А тебе не приходит в голову, – сержант внимательно следил за моей работой, – что наши действия можно рассматривать как пиратство. Без позволения проникаем на борт чужого корабля.

– Не глупи, – ответила я. – Кашлинги могут последовать за нами, как только мы перейдем.

– Это понятно. Но что подумают их системы безопасности? Если чужаки появляются без сопровождения, корабль может расценить это как вторжение.

Нимбус фыркнул.

– Насколько я знаю кашлингов, в половине случаев, покидая корабль, они забывают активировать системы безопасности.

– Но ведь в остальных случаях – нет. И этой половины достаточно, чтобы душа корабля поджарила нас и растоптала угли. Кто-нибудь знает, какое оружие популярно у кашлингов?

– Газ! – Призрачный человек отреагировал мгновенно. – Кашлингам он не вредит, потому что они быстро адаптируются к любым веществам, загрязняющим воздух… но у людей вызывает рвоту, пока они не теряют сознание от обезвоживания организма.

– Чудесно, – пробормотал Аархус.

– Хочешь вернуться? – поинтересовалась я. – Пасть ниц перед леди Белл и извиниться за свой опрометчивый поступок?

– Нет! Просто хочу попытаться представить себе, что произойдет, когда дверь откроется.

Колесо в моих руках щелкнуло и остановилось. Аархус улыбнулся сначала мне, потом крошечной «Звездной кусаке» внутри Нимбуса.