Ангелы крови - Максим Макаренков

– Шеф… Ты не выполнил то, что он, – Вуралос глотнул воздуха, – тебе приказал. Он считает, тебе тот старый крылан что-то передал или сообщил. Ты пропал – он решил подключить к твоим поискам все ресурсы.

Это был легкий вопрос, ответ на который не слишком интересовал Кинби. Нужно было разговорить Вуралоса, позволить ему надеяться, что боли не будет. Дать надежду.

– Что известно Реннингтону об Ангельской Звезде?

– Все, что известно Хранителю.

– Вуралос, я повторю вопрос, – мягко сказал Кинби, и нежно тронул сломанный палец доббера.

Вуралос попытался заорать. Рот зажала рука в перчатке грубой кожи. Сдавила челюсти, сминая кожу, царапая.

– Повторяю вопрос… – рука исчезла.

– Он говорил… что знал о Звезде еще во время Войн Воцарения. Но упустил тогда. Потом искал, но никаких следов. Вышел на ее след, но его опередил Хранитель.

– Ты не о том говоришь, – поправил доббера Кинби, – я спросил тебя, что ему известно о Звезде?

– Он собирал о ней все. Все упоминания, документы, легенды ангелов. Покупал для крыланов «весенние дары», двоих задержал для получения информации.

– Похитил. – уточнил вампир.

А исполнитель – ты, – и снова это прозвучало утверждением.

– Сейчас он готов к тому, чтобы испробовать Звезду на людях или хратах, – выпалил Вуралос, – но не хочет показывать это Хранителю.

– Зачем ваши топтуны торчали около Марты?

– Шеф приказал привезти ее в Дом.

– В Дом Тысячи Порогов? – впервые в голосе послышалась нотка легкого удивления.

– Да. Он там постоянно. Ни на минуту не выпускает Звезду из виду. И следит за материалом.

– За ангелом? – уточнил Кинби.

– Да. У них сейчас есть действующий экземпляр.

– Понятно. А зачем вам нужна Марта?

Вуралос обратил внимание на то, что Кинби говорит о девушке в настоящем времени.

– Шеф хотел расспросить ее о тебе. Думал, ты мог с ней поделиться информацией. И еще, естественно, как рычаг воздействия на тебя.

– Заложница, значит, – снова перевел Кинби, – решили на нее меня ловить.

Вуралос промолчал. Что он мог сказать? Подготовка Кинби была не хуже а, честно говоря, куда лучше, чем у него. Детектив не столько хотел получить новую информацию, сколько искал подтверждения своим соображениям.

Впрочем, Вуралос ошибся.

На какое-то время Кинби замолчал. Вуралос слышал его легкие неторопливые шаги. Так ходят люди, когда что-то обдумывают.

Кинби действительно размышлял.

Пока он не услышал от доббера ничего такого, что шло бы в разрез с его собственными мыслями.

Предсказуемые мысли, мелкие желания – жажда власти, жадность, подлость…

Правда, жажда власти в очень, очень крупных масштабах.

– Что Реннингтон знает о нейтрализаторе?

– О чем? – с искренним удивлением переспросил пленник.

– О нейтрализаторе, – повторил Кинби. – О той штуке, что мне передал старый ангел.

Вуралос пожал плечами. Совершенно человеческий, нехарактерный для добберов жест.

– Ничего определенного. К сожалению, его контакт с тобой засекли слишком поздно, а взять живым не удалось. Знаю только, что шеф предполагал что-то такое и считал это очень важным. Для того, чтобы получить от тебя информацию девчонка и понадобилась.

Вуралос заговорил спокойнее. Он почувствовал, что Кинби удалось выстроить связную картину и что-то для себя решить.

Значит, скоро он его убьет, и боли больше не будет. И на него, Вуралоса, будет вечно смотреть Тысячеликая Пустота.

Но вопросы продолжались:

– Южанин. Кто нанял? Что об этом знает Реннингтон.

Доббер мог сказать немногое. Знал только, что нанимал его Олон, что погибли двое оперативников, отправленных за Кинби, их нашли с ранами, явно нанесенными холодным оружием, а дежурный некромант Девятки едва не свихнулся, пытаясь прочитать эмофон убийцы.

– Значит, – прервал излияния Вуралоса Кинби. – сейчас Алекс вовсю колет Хранителя и играет с ним в дружбу. Так?

– Да.

– Замечательно. – Кинби отодрал клейкую ленту с глаз доббера. Присел перед ним на корточки.

– Значит, ты сможешь мне рассказать о расположении комнат, системе охраны, и нарисовать схему всех помещений, где ты был. Ведь можешь. Правда?

Самым страшным был вкрадчивый, почти просящий голос вампира.

Вуралос моргнул и облизнул губы:

– Да. Хорошо.

– Только я хочу тебя предупредить, – потрепал Кинби пленника по щеке, – врать не надо. Хорошо?

И доббер понял – действительно, не надо.

– Сейчас я освобожу тебе одну руку. Дам карандаш и лист бумаги. Ты будешь рассказывать и чертить.

Держать карандаш рукой со сломанным пальцем было неудобно, руку простреливали острые клинья боли, но Вуралос старательно чертил.

Кинби засыпал его вопросами. Через какие входы он попадал в Дом? Где охрана? Какие виды охраны он засек? Ах, лабораторию охраняют люди из спецгруппы? А отдыхают они где? Так, рисуй, рисуй!

Особый интерес у него вызвали хозяйственные постройки, соединявшиеся с основными корпусами крытыми переходами.

– А свита Реннингтона где?

Вуралос отметил, где именно расставил своих сотрудников.

– Вооружение?

И так до бесконечности…

Кинби раз за разом спрашивал о ширине коридоров и высоте потолков, вооружении охранников и количестве ступеней лестницы, ведущей к камере ангела. Его интересовало все.

В конце концов Вуралос самому себе стал напоминать губку, из которой выжали воду до последней капли, и наполнили безысходностью и болью.

Наконец, Кинби, видимо, удовлетворился. Хмыкнув, он сказал:

– А теперь мы поговорим о других вещах.

И Вуралос рассказал все. И о жреце Аланая, спрятанном Реннингтоном, и секретных мант-лабораториях за городом, об анонимных счетах…

Доббер говорил долго, временами замолкал, и тогда Кинби ломал ему палец на руке или тяжелым каблуком дробил ступни.

В конце концов, доббер перестал говорить, поскольку сказал все.

Кинби снова заклеил ему глаза и рот, и вырвал кадык.

Слушая, как бьется в агонии враг, он подошел к раковине, открыл кран и неторопливо смыл кровь с перчаток.

После чего покинул дом.

* * *

После ухода Кинби, Юринэ даже не пыталась заснуть. Она бесцельно бродила по квартире, трогала вещи, рассеянно проводила кончиками пальцев по стеклам книжного шкафа, вздрагивала, что-то вспоминая, и спешила на кухню.