Распознавание образов - Уильям Гибсон

Узнать что?

Кто вы?

Где вы?

Мечтаете ли вы?

Живете ли вы моем мире – так же, как я живу в вашем?

Кейс перечитывает написанное. Подобно другим письмам, написанным по просьбе Кэтрин – матери, отцу (как до его исчезновения, так и после), своим бывшим парням, предыдущему терапевту, – это письмо тоже заканчивается вопросительными знаками. Кэтрин считает, что это тревожный признак. В идеале такие послания должны заканчиваться точками или восклицательными знаками.

Искренне ваша,

Кейс Поллард.

Ее пальцы деловито и уверенно пляшут по клавиатуре в лучших традициях первоклассных машинисток – словно у серьезной женщины, которая заканчивает важный и полезный труд.

(КейсП)

Парк приглушает шум Лондона, создавая вокруг Кейс невидимый пузырь, на поверхность которого спроецирована вся вселенная, а гравиевые дорожки силовыми линиями сходятся в центр, к статуе Питера Пэна.

Пальцы тарабанят по клавишам, как непослушные упрямые дети.

stellanor@armaz.ru

Адрес появляется в поле «Кому», как будто она и впрямь собирается это отослать.

Кейс останавливает курсор на кнопке «Отправить».

Конечно, она не станет нажимать...

И видит, как письмо уходит.

– Нет, – протестующее говорит она выцветшему экрану «Айбука». – Нет, я не отправляла, – повторяет она статуе Питера Пэна.

Она просто не могла этого сделать. И все-таки письмо отправлено.

Сидеть по-турецки на расстеленной куртке. Сгорбившись, глядеть на «Айбук».

Кейс не знает, как себя чувствовать.

Она автоматически проверяет почту.

Пусто.

Мимо бежит женщина в потной футболке, хрустя гравием и пыхтя, как паровоз.

Кейс механически жует тайский салат в первом попавшемся азиатском ресторане. Сегодня она не завтракала, и еда может успокоить.

Хотя вряд ли.

Надо просто принять случившееся, как данность. Вопросы об осознанности поступка могут подождать.

Во всем, наверное, виноват парк. Обстоятельства места и времени, как сказал бы Капюшончик. Слишком много солнца. Гравиевые дорожки, сходящиеся в центре. Силовые линии, сходящиеся в той части ее сознания, куда нет прямого доступа.

Открытый «Айбук» снова лежит перед ней на столе. Она только что посмотрела, на чье имя зарегистрирован домен armaz.ru. Некто А. Н. Поляков, с адресом на Кипре.

Кейс даже жаль, что она не курит. Сейчас она могла бы, наверное, составить конкуренцию самому Баранову.

Сверившись со своими анти-«Кассио», она пытается сосчитать время в Огайо. У «макинтошей» должна быть такая маленькая карта с часовыми поясами, вот только лень искать.

Надо позвонить Буну, рассказать ему о том, что случилось. Кейс выключает «Айбук» и отсоединяет телефон. Внутренний голос ехидно замечает: сначала Буну, а не Капюшончику – это неспроста. Она просит его помолчать.

Первый номер из длинного списка, который он ввел в телефон по пути из Токио.

– Алле, Бун?

В трубке женский смешок:

– А кто его спрашивает?

На заднем плане слышен голос Буна:

– Дай сюда!

Кейс смотрит на чашку с зеленым чаем. И вспоминает, что последний раз пила зеленый чай с Буном, в Хонго.

– Кейс Поллард.

– Бун Чу слушает, – отвечает он, отобрав трубку у женщины.

– Это Кейс, Бун.

Она вспоминает заросли кудзу на железных крышах. И думает: ты же сказал, что она в Мадриде.

– Хотела узнать, как дела.

Мариса.

А у Дэмиена Марина. А у кого-то еще будет Марика.

– Хорошо, – отвечает Бун. – Есть какие-нибудь новости?

Кейс смотрит в окно, на проезжающие по Хай-стрит машины.

– Никаких.

– Я здесь вроде что-то нащупал. Сообщу, когда станет яснее.

– Да я уж вижу. Молодец! – Она яростно нажимает отбой.

Официант, заметив выражение ее лица, озабоченно хмурится. Выдавив улыбку, Кейс опускает глаза в тарелку. Потом с преувеличенным спокойствием кладет телефон и берется за палочки.

– Черт! – говорит она вполголоса, пытаясь заставить себя есть.

Почему так получается? Почему она все время попадает в дурацкие ситуации?

Когда с лапшой покончено, и официант приносит новый чай, Кейс звонит Бигенду – просто для того, чтобы сделать что-нибудь самостоятельно, по своей воле.

– Да.

– Хьюберт, это Кейс. У меня вопрос.

– Слушаю.

– Тот человек с Кипра. Доротея знает его имя?

– Да, знает. Минутку... Андрей Поляков.

– Вы где-то посмотрели?

– Да, а что?

– Где?

– В распечатке телефонного разговора.

– Доротея в курсе, что вы прослушиваете ее звонки?

– Вы сейчас где?

– Не меняйте тему разговора.

– Уже поменял. У вас есть для меня новости?

– Пока нет.

– Бун улетел в Огайо.

– Знаю. До свидания.

Кейс снова включает «Айбук», подсоединяет телефон. Следует рассказать Капюшончику о том, что она узнала. И о том, что сделала.

Она проверяет почту.

Одно письмо, от stellanor@armaz.ru.

Поперхнувшись, Кейс едва не опрокидывает чашку на клавиатуру.

Надо просто прочитать сообщение – так, как будто это обычный имэйл. Как будто...

Здравствуйте! Это очень странное письмо.

Кейс закрывает глаза. Открыв их, она видит, что строчки никуда не исчезли.

Я в Москве. Мой отец тоже погиб от взрыва. И моя мать. Откуда у вас этот адрес? Вы говорите о разных людях – кто эти люди? Что значит «фрагменты»? Вы имеете в виду части проекта?

И все. Больше ничего.

– Да, – говорит она «Айбуку». – Значит, это проект.

Проект.

– Хьюберт, это опять Кейс. С кем я могу поговорить насчет билетов?

– Ее зовут Сильвия Джеппсон. Звоните в офис. Куда вы летите?

– В Париж. В следующее воскресенье.

Это уже третий зеленый чай. Официант начинает коситься: она слишком долго занимает столик.

– Почему Париж?

– Объясню вам завтра. Спасибо. До свидания.

Она звонит в «Синий муравей» и просит соединить ее с Сильвией Джеппсон.