Главный противник - Николай Басов

В боковом окошке море открылось неожиданно. И свет, возникший из-за отражения солнца в воде, запрыгал по потолку антиграва, словно они не летели, а плыли по воде. Ребята работали молча, Ким бурчал только необходимые команды, Ева чуть ли не дремала, тем не менее, делая свою работу автоматически, бакумур почти без акцента отзывался привычными – «пнял» и «уп», которое заменяло ему «есть».

Только дважды за весь этот перелет и поговорили. Сначала Ким попробовал стряхнуть с себя накопившуюся усталость:

– Рост, а помнишь, как мы видели корабль с воздушными змеями вместо парусов?

– Тогда это было открытием, – отозвался Ростик. – Сейчас открытия делать сложнее.

– Так и должно быть, – зевнула Ева. – Было бы хуже, если бы мы ничего не узнали о Полдневье.

Тогда и выяснилось, что Ким спрашивал не просто так.

– Не темни, Председатель всея Руси, поделись, что чувствуешь впереди?

Ростик молчал, молчал… когда понял, что дольше тянуть уже невозможно, буркнул:

– Там что-то есть.

И это разом прекратило дискуссию. А второй раз Ева, давно разучившись стесняться команды и сбегав в корму, чтобы облегчиться в распахнутый люк, вернулась к Киму с нерадостным известием:

– Топливо эта лодка жрет, что прозрачный червяк. Очень далеко в море зайти не удастся, по моим расчетам, километров на семьсот, не больше. Иначе до Боловска не дотянем.

– Я и сам замечал, – высказался на это Ким, – что облегченные машины не очень понятно с топливом расправляются. То летишь, и остается столько, словно они одним воздухом питаются, а иной раз… – Он задумался. – Может, и правда, согласно Росту, пространство тут какое-то ненормальное, с провалами?

Рост напрягся, уж очень ему не хотелось обсуждать эту проблему, но дальше полетели совсем в молчании.

На лодки пауков, которых теперь насчитывалось более десяти тысяч, включая какие-то тихоходные плоты, похожие на надувные понтоны, только слепленные из материала, напоминающего кованое дерево, наткнулись уже после полудня. Собственно, потому и наткнулись, что паучиное переселение разошлось по морю широченным фронтом, на сотню километров.

Не раздумывая, Ким повернул вдоль передовых пауков, выдерживая курс на восток-юго-восток. Потом сходил проверить, что у них с топливом, и доложил Росту:

– У нас еще километров двести хода, потом придется возвращаться.

– Пауки даже по болоту ходить не умеют… – заговорила Ева. – Представляете, как им страшно плыть по морю?

Они пролетели еще километров семьдесят, как вдруг Ростик, который сумел уместиться за креслами пилотов, хотя и придавил их к рычагам, увидел, что в одном месте этого паучьего скопления что-то происходит. Он присмотрелся, но все равно ничего не понял.

– Ким, веди машину плавно, – попросил он.

Снова стал смотреть, но без оптики разглядеть детали не получалось. И вдруг Ева уверенно произнесла:

– Их пожирают викрамы.

– Что? – не сообразил Ким.

Но Ростик вдруг понял – из воды около лодок пауков появлялись огромные викрамы. Даже рядом с не очень субтильными комши они выглядели огромными, раза в три больше тех, что обитали в заливе у Одессы. Пауки в них стреляли, дрались какими-то пиками или баграми, но не очень успешно. Чаще викрамам удавалось раскачать лодку или даже понтон, а потом они наваливались еще решительнее… И когда пауки падали в воду, викрамы приканчивали их, разрывая на куски, несмотря на очень прочные, по человеческим меркам, панцири, окрашивая воду белесо-кровавой мутью.

Ева бросила свои рычаги, хотя не должна была этого делать, и приникла к боковому стеклу.

– Что это такое, а? – Ее голос стал звонким от волнения.

– Зачем они сюда забрались? – спросил Ким. – Организовали такое вот массовое самоубийство?

Летающая лодочка людей прошла над местом избиения пауков и пира океанических викрамов несколько раз. Ева сказала:

– Хорошего слова пауки, конечно, не заслуживают – враги, никто не спорит… Но все равно, поганая это смерть.

Помолчали, повернули к берегу, к видимому облегчению Евы. У нее, как оказалось, тоже были нервы, кстати, чуть более тонкие, чем следовало. Но Рост уже привык, что у самого смелого и решительного человека есть предел выносливости. И слишком строго спрашивать за какую-то слабину не следует. Ким, уж на что смельчак и боец, а тоже нервничал, когда первый раз атаковали города пауков.

Пролетели с час к берегу. Ким, разглядывая флотилию пауков внизу, высказался:

– Гребут, стараются и не знают, что их телами викрамы закусят, даже спасибо не скажут.

– Куда же они гребут? – задумчиво проговорила Ева. – Тут же нет никакой земли… Острова есть на юго-западе и севере. А они идут на юго-восток, в чем дело?

Рост даже фыркнул от подавленного раздражения, хотя не должен был.

– Ну как ты не понимаешь, их должны были ждать тут, выручить, может быть, поднять на корабль вроде того, под змеем, который мы с Кимом видели.

– Я в прошлом году тоже видела, – призналась Ева. – Собирала зеркала по заданию Дондика на оконечности полуострова пернатых и заметила в море… К сожалению, как и у вас, он далеко от берега шел, так что устройство змеев определить не удалось.

– Я согласен, – мрачно высказался Ким, – что их предали.

– Кто же, интересно знать? – настаивала Ева.

– Их главные союзники, – медленно, почти устало проговорил Ростик. – И наши враги. Тоже главные.

– Пурпурные? – для верности спросила Ева.

– Ясно, что они, – резковато высказался Ким. – Слушай, Рост, а что мы вообще за этот полет выяснили?

Ростик вздохнул.

– Не знаю, потому что… Да, потому что врагов, на которых я хотел посмотреть, тут не оказалось.