Миры Непримиримых - Тимур Свиридов

– Жизни?

– Да. Живой огонь, живой камень, живой металл – любой жизни.

– Что?! – удивился Дар. – Что это все такое?

– Тому, кто намекает, что он пришел от Древних, нехорошо спрашивать это, – язвительно раздалось сзади. – После описанного тобой зеленого тумана над обелиском – атака гонклардов была только вопросом времени. Обелиск проявил жизнь – гонкларды его убили.

– Вы часто видели такой зеленый туман? – обернулся к говорящему Дар.

– Смотря что считать частым…

– Что такое «живой металл»?

Но больше никто не ответил. Старики насмешливо склонили головы. Стало тихо.

– Кто-то основательно потрудился над тобой… – донесся голос-шепот Отхон-рати. – Ты слаб… Но ты силен. Очень странная загадка для Хуурадана!

– Я друг Хуурадана! – невольно возвысил голос Дар.

– Друг? Друзья Хуурадана имеют Хуурадан под латниром! – раздался бас низкорослого. – Весь Круг свидетельствовал, что ты чужак. В тебе иная жизнь и иные корни владеют твоими помыслами!

– Почему вы мне не верите?!

– Ты еще не вспомнил себя, но это произойдет. Заложенная программа придет в исполнение! Но наши корни не сходятся. А там, где не сходятся корни Матери, – там нет мира.

– Ты сказал это, – откликнулся Дар. – Действительно, я еще не вспомнил. Так помогите мне. Помогите открыть мою память! Зордаор сказал, лишь махо в состоянии помочь.

– «Зордаор сказал». – В низком голосе заиграли презрительные нотки. – У него не было даже «беседы откровения» с тобой. Зордаор даже не смог услышать твоего отбива…

Дар повернулся к низкорослому эгиббарду, и догадка осенила его.

– Ты – махо! – медленно сказал он. – Ты мне нужен!

Он сделал два порывистых шага вперед.

Распахнулась до того незаметная дверь в стене рядом с троном. Низкорослый тангр рывком оказался на ногах и уже стоял перед этой дверью. По обе стороны от него из темноты выступили воины-отаруги в полном вооружении с предупреждающе поднятыми тронками.

– Что ты хотел сказать мне, пришелец? – раздался низкий торжествующий голос. – Мастер травы великого Хуурадана перед тобой!

Махо оказался в глубокой тени, на фоне черного прямоугольника распахнутой двери. Капюшон упал с его головы, но на лице были две яркие точки – его глаза. Они светились ясным зеленым светом, похожим на зелено-золотой свет, что защищал Дара у обелиска Древних в Хршитакке. Эта яркость была просто несравнима с блеском глаз эгиббардов в начале «беседы откровения». Перед ним вдруг вспыхнул воздух, принимая округлые формы. Но это было не пламя! Слабосветящийся прозрачный шар теплого желтого света, более насыщенного в центре, висел на высоте груди. Черты лица махо за ним туманились. Махо поднял руку – и шар света скользнул к Дару, остановившись на полпути. Возможно, махо хотел испугать его, но после виденного в Хршитакке, Дар сам стремился к подобному. Прежние надежды вспыхнули в груди.

– Возьми меня в ученики! – крикнул Дар, торжественно склоняя голову. – Помоги открыть мою память!

Шар дрогнул в воздухе и медленно вернулся назад.

– С чего ты взял, что я возьму тебя? Вернейшие отаруги Хуурадана ожидают подобную честь годами, – натянутым тоном удивился махо. И тут же крикнул голосом, подобным скрежету крошащихся булыжников: – Я не обучаю чужаков!

Дар покачнулся, словно его ударили. Бесконечная тяжесть навалилась на плечи. Все, что он делал, оказалось бессмысленным – битвы, скачки, ожидания, планы… Ответ махо был справедлив. По законам клана справедлив. Но надежда – надежда не сдается до конца…

– Мне так много нужно спросить у тебя. – Дар двинулся вперед, словно боясь, что тот исчезнет. – Только ты можешь решить загадки, стоящие передо мной…

Он сделал шаг к махо, в просьбе протягивая руку.

Раздались предостерегающие выкрики эгиббардов.

Сухо клацнули тронки в руках отаругов-охранников.

В голове вскипела ярость. Дернулось и остановилось время. Это было так же, как у обелиска и как при испытании Саудрака. Дар увидел медленно подлетающие стрелки тронков. Горстью сгреб их в полете, смял, швырнул на пол. Как ни к чему сейчас было это! Он тут же пожалел, что не дал стрелкам вонзиться в свое тело. Он никого не собирался здесь пугать!

– Прошу тебя!..

– Я уже разрешил твою загадку, Безродный Воин, – насмешливо ответил махо, отходя к двери.

Отаруги выступили вперед с обнаженными голубыми шиташами. В их глазах удивление переплелось с абсолютной решимостью защитников Царакклана. Свет желтого шара висел между ними и нахальным чужаком.

– Твое имя – «Стрела, направленная в сердце»! – Голос махо звенел от торжества. – И твой клан «Убийцы Хуурадана»! Великая Мать смотрела на тебя и вчера, и всю «беседу откровений». И я был с нею… Сознайся: кто тебя изготовил и нацелил на нас?!

Дар ощутил отчаяние. На негнущихся ногах он сделал еще несколько шагов.

– Я друг Хуурадана! Постой!..

– Твои мастера думали, что удастся с легкостью обмануть нас? Но Атсинбирг Хуурадана зорка, как никогда! И она знает: здесь корни не соприкасаются!

Отаруги больше не атаковали его, они отходили за своим хозяином, предупреждающе скаля зубы. Их глаза тоже немного светились зеленым светом – гораздо меньше, чем у махо, но все же… возможно, это были его ученики. Тесной группой они отступали к выходу, и Дар в плену своей крошащейся надежды следовал за ними. Глаза всех присутствующих скрестились на нем, словно выжидая. Что-то неправильное было в этом… Потянуло в животе, как предостережение.

Он сделал еще шаг, и раздался громкий скрежет. Плиты пола под ногами дернулись и разошлись, теряя опору. С громким воплем Дар подпрыгнул. Однако проем в полу был слишком широк. Дар конвульсивно вытянул руки и ноги, пытаясь зацепиться за любую щель. Но когти бессильно скользнули по камню, гладкие поверхности были идеально отполированы. Колодец был глубок и вел в самую пучину мрака…