Воин по зову сердца - Терри Гудкайнд

– Это квартиры волшебников и колдуний, чьей обязанностью было следить за барьером, – объяснил он остальным. – Здесь жили Саманта и ее мать, Айрин.

– И смех, и грех, – сказала Кэлен. – Здешние волшебники и колдуньи несли дозор, охраняя суть Благодати, а тем временем Айрин старалась все это разрушить.

– И дочь пошла по ее стопам, – добавила Никки.

– Похоже, такое часто случается с людьми, причастными власти, – сказал Ричард, распахивая дверь, – даже такой небольшой, как здесь. Они начинают разрушать то, что должны защищать.

– Не со всеми, Лорд Рал. С вами – нет, – заметила Кассия.

Он бегло улыбнулся ей через плечо.

– Возможно, потому что я никогда не хотел править. Я хочу только одного: спокойно жить своей жизнью.

Несколько толстых свечей, стоявших в лужицах расплавленного воска, сгорели почти полностью, но еще светили. Несколько уже догорели. Рядом с простым, но добротным шкафом стояла низкая скамья. Возле тюфяка лежали скомканные одеяла. Похоже, уничтожив всех жителей поселения, даже кошек – особенно кошек – Саманта жила в этой комнате.

Факел Кассии, почти догоревший, трещал и шипел, поэтому она взяла фонарь с полки в глубине комнаты, где начинался темный коридор. Фитиль она зажгла лучиной, которую запалила от факела, прежде чем потушить его в деревянном ведре с водой. Мягкий свет фонаря озарил коридор с темнеющими проходами в комнаты.

Вэйл тыкала факелом во все комнаты, заглядывая в них, проверяя, нет ли там кого.

– Ничего, – сказала она, выходя из последней. – Похоже, это дополнительные спальни.

Дальше по коридору располагалось небольшое углубление в стене, которое помнил Ричард. На верхней из трех полок в этой нише стояли маленькие незамысловатые статуэтки из глины. Одна из фигурок изображала пастуха среди овец. Другая – тоже пастуха; прикрывая глаза рукой, он вглядывался в даль. Казалось бы, типичная картина сельской жизни. Пастухи присматривали за стадом и следили, нет ли опасности. Полкой ниже стояли несколько книг, а еще ниже лежали свернутые куски холста.

Никки быстро просмотрела книги и вернула их на полку.

– Ничего, что могло бы нам быть полезным.

Миновав еще несколько пустых темных комнат и удостоверившись, что там ничего нет, они продолжили путь в глубь горы и наконец остановились перед тем, что, знал Ричард, было круглым каменным диском. Посередине каменной плиты, закрывавшей проход, тоже была вырезана Благодать. Не вызывало сомнений, что имели в виду древние строители.

Ричард указал на вделанную в стену проржавевшую металлическую пластину.

– Моя магия не одолеет этот щит.

Никки подалась вперед и прижала ладонь к металлической пластине. От ее прикосновения заградительный камень вздрогнул и отъехал вправо, открывая темный проход. Они молча стояли и ждали, пока грохочущий тяжелый камень не откатится с дороги.

Никки шагнула в открывшийся проход первой.

– Славно, так будет удобнее, – сказала она, подходя к держателю со стеклянным шаром.

Колдунья прикоснулась к нему, и шар засветился. Свет разгорелся еще ярче, когда она сняла шар с держателя. Особое зеленоватое сияние далеко распространилось по длинному коридору.

В отличие от грубого камня пещер в остальной части поселения, стены этого коридора были тщательно отшлифованы и аккуратно стыковались с полом и потолком. На гладких стенах не было художественной росписи, только едва заметные естественные трещины в единообразной породе. Все это располагалось внутри горы, целиком состоящей из более мягкого камня, без следа гранита.

Коридор без выступов, ниш и скамеек создавал странное ощущение стерильности. В предыдущем коридоре была хотя бы ниша с полками, на которых стояли статуэтки пастухов и несколько книг, но за щитом не оказалось даже таких простых бытовых предметов. Ричарду это казалось вполне логичным, ведь этот коридор был лишь средством попасть в более важное место.

– Здесь есть какие-нибудь комнаты? – спросила Никки.

Ричард покачал головой.

– Это всего-навсего проход наружу, запечатанный с другого конца щитом. Мне кажется, что так было задумано, чтобы заманивать злоумышленников в ловушку.

Некоторые щиты действительно делались с таким расчетом. Они пропускали людей, не обладавших нужными способностями, внутрь, но не выпускали обратно. Это расхолаживало злоумышленников, потому что лазутчики никогда не возвращались с сообщениями.

Они двинулись вглубь в мертвой тишине темного прохода, который плавно изгибался, вместо того чтобы делать крутые повороты, и добрались до другого заградительного камня, преграждающего путь. Как и помнил Ричард, в этом проходе не было ни единой комнаты.

Углядев металлическую пластину щита, Никки без промедления нажала на нее ладонью. Едва она это сделала, стеклянный шар в ее руках засиял ярче. Это, подозревал Ричард, был признак того, что щит распознал в ней не злоумышленника, а того, кто должен проходить внутрь.

Второй заградительный камень был значительно больше и тяжелее первого. Вся гора затряслась, когда огромный каменный диск откатился вправо, в нишу внутри скалы. Коридор за ним оказался более широким, а стены были отшлифованы более тщательно и еще аккуратнее стыковались с полом и потолком, словно указывая на еще бо́льшую значимость. Поверхность стен здесь тоже была тщательнейшим образом выглажена. Кэлен провела пальцами по блестящей поверхности, изумляясь трудам, затраченным на выравнивание и тонкую шлифовку стен в недрах горы.

– Зачем они затратили столько сил? – поинтересовалась Кэлен.

– Думаю, чтобы подчеркнуть важность того, что здесь, – сказал Ричард. – Такие хлопоты показывали всем будущим поколениям, живущим в простых пещерах, что место действительно важное и им следует выполнять свои обязанности.

– Хорошая теория, – сказала Никки. – К сожалению, это не сработало.

Ричард, хмыкнув, согласился с ней.

Зайдя за крутой поворот коридора, они увидели символы, вырезанные на каменной стене. Символы были вырезаны, а не нарисованы краской, чтобы сохраняться в течение многих поколений.

Все надписи на стене полностью состояли из символов языка Творения. Чем дальше отряд шел по проходу, тем больше становилось символов; наконец они покрыли всю левую стену от пола до потолка, да и сами усложнились.

– Так есть в этом проходе какие-нибудь комнаты? – спросила Никки.

– Нет, – сказал Ричард. Она явно намекала, что если здесь нет комнаты с колодцем сильфиды, то у них нет и никакой возможности выйти из гробницы этих пещер.

Никки просматривала надписи, медленно шагая чуть позади Ричарда и Кэлен. Два морд-сита следовали вдоль противоположного края прохода, безмолвно разглядывая исписанную знаками стену. Чем дальше они шли, тем светлее становилось в коридоре. Естественный свет лился сквозь небольшое круглое отверстие, вырезанное в стене. Попадая внутрь, он падал на противоположную стену, освещая конец коридора.