Жизненный цикл - Галуст Баксиян

— Все очень просто, друг мой! При помощи «Плеяды», нашего термоядерного генератора, мы сможем создавать «молниеносные» частицы как в активной форме, так и в неактивной.

Мы создадим их в колоссальном количестве! Их будет так много, что хватит для того, чтобы создать вокруг «Оазиса» гигантское облако!

— И что нам это даст? — поинтересовался другой помощник.

Сэмюэл достал из кармана закупоренную колбу с маслом, которую приготовил накануне, зная, что такой вопрос прозвучит.

Он взял колбу за середину указательным и большим пальцами и, вытянув руку, чтобы всем было видно, стал наклонять ее то по часовой стрелке, то против. Когда один конец колбы опускался, другой ее конец, соответственно, поднимался. При этом воздушный пузырек внутри колбы поднимался всегда вверх, быстро и плавно стремясь из опущенного конца колбы в поднятый.

— Вот вам и ответ! — с легкой улыбкой сказал Сэмюэл. — Пузырь воздуха сохраняет свой объем, меняя форму лишь незначительно. По такому же принципу будем двигаться и мы.

Окутав «молниеносными» частицами «Оазис», мы помчимся с невообразимой скоростью, защищенные от чудовищного давления. По похожему принципу летят птицы на далекие расстояния, собираясь в большие группы. Впереди летит вожак, а позади него, располагаясь клином, летят остальные птицы. При таком расположении птиц каждая из них, делая взмах крыльями, создает тем самым восходящий поток для следующей за ней особи. Этот поток воздуха, создаваемый всей стаей, добавляет полету порядка семидесяти процентов мощности. Это значительно уменьшает нагрузку для птиц, поэтому они могут совершать перелеты на огромные расстояния. Построение клина очень точное и правильное, и стоит птице выбиться из строя, как она почувствует огромную нагрузку и будет вынуждена вернуться обратно.

— То есть мы сможем лететь в какую угодно сторону с безгранично высокой скоростью? — спросили капитана.

— Да! — уверенно ответил Сэмюэл. — Таким образом, мы совершим первый в истории космонавтики гиперпространственный прыжок!

— Но как мы будем знать, куда мы прилетели. Как мы будем регулировать полет? — задали вопрос капитану.

— В память Анжелины внесена карта Млечного Пути. Она знает, где мы находимся, то есть знает координаты нашего местоположения. Нам нужно, к примеру, отправиться в район какой-нибудь звезды, к примеру, к звезде Альфа Центавра, или Сириус, Арктур, Альдебаран, Антарес, Бетельгейзе, какой угодно. Анжелина, зная наши координаты и координаты звезды, направит нас к ней. Естественно, нам будет необходимо держаться на значительном расстоянии от звезд, учитывая их размеры и условия на них. То есть мы сначала выйдем из гиперпространственного тоннеля вдалеке от звезды, а затем на меньшей скорости приблизимся к ней.

— Но карта Галактики, разработанная на Земле, несовершенна. Люди просто не могли знать о каждом теле в Галактике. Что если при выходе из гиперпространственного тоннеля мы угодим в это тело? — был задан вопрос капитану.

— Анжелина может сканировать огромные пространства. Все данные она запоминает. То есть с каждым километром, который мы пролетаем, у Анжелины появляется все более подробная карта Галактики. Более того, просканировав пространство на пределах своих возможностей, а это гигантское расстояние, мы сможем преодолеть его за бесконечно малую долю секунды. Путешествуя таким образом то с обычной скоростью, то используя для движения «молниеносные» частицы, мы сможем за считанные дни облететь все интересующие нас районы Галактики!

— Я не верю своим ушам! — проговорил один из помощников капитана.

— Осталось только проверить теорию на практике! — уверенно заметил Сэмюэл Смит.

— Когда начнем, капитан?

— Завтра утром, друзья мои! Если все получится, мы, скорее всего, будем спасены! После удачной попытки нам только останется найти нужную планету. В случае неудачи мы избавим себя от этой необходимости!

— А что насчет межгалактического полета? Когда мы сможем попробовать совершить его?

— Вначале нам необходимо как можно ближе подлететь к центру Галактики и разузнать о нем как можно больше. Если полученная на месте новая информация подтвердит и дополнит мои расчеты, то межгалактический полет состоится очень скоро. По моим расчетам, черная дыра состоит лишь из неактивных «молниеносных» частиц. Поэтому она и не видна, так как является абсолютно черным телом. К тому же это воронка чудовищных размеров, которая втягивает в себя совершенно все, в том числе и свет, что делает ее совершенно недоступной для рассмотрения. Я считаю, что, влетев в черную дыру Млечного Пути, мы вмиг окажемся в ближайшей к нему галактике. Еще один миг, и мы окажемся в следующей. Эти путешествия будут продолжаться до тех пор, пока в одной из галактик, которые мы будем прочесывать, не найдется желанная планета.

Оставалось все проверить на практике. Как же опасен был замысел, но как же он был необходим. Другого выбора у пассажиров «Оазиса» просто не было. Точнее, выбор был, а именно бесцельное и бесконечное скитание в космосе, которое рано или поздно должно было закончиться гибелью людей.

После слов Сэмюэла все обнялись. Впервые за годы полета они были действительно счастливы. Надежда в их сердцах загорелась ярким пламенем. Если все удастся, и они отыщут планету, то человечество будет спасено. Если же нет, то тот огонь, который сейчас загорелся в их сердцах, сожжет дотла все оставшиеся надежды.