Префект - Аластер Рейнольдс

– На перекрестке Практики открытый амфитеатр, – сказал садовник. – Они и его громят.

– Значит, дело не в нас, гражданин Келлибо. Тут что-то другое.

Келлибо вернул очки.

– Ничего необычного в поведении роботов не замечаете?

– В смысле?

– Они все движутся примерно в одном направлении. Может, это машины не из порта, но явно со стороны полюса, к которому вы стыковались. По-моему, они обходят анклав и громят все, что попадется под руку.

– Как роботы пересекли полосы окон?

– Для них есть специальные дороги и мосты. А если бы и не было, стекло легко выдерживает вес роботов, даже с грузом. Так что окна для них не препятствие.

– Ясно. Если они идут от стыковочного полюса, то куда, по-вашему, направляются?

– После того, как обойдут весь анклав? Вариант только один – противоположный полюс. Для стыковки он приспособлен плохо. Иными словами, тупик.

– Но ведь груз они несут не просто так. Не зря же его собирали.

– Там, конечно, есть производственный комплекс, – рассеянно проговорил Келлибо. – Но идти туда тоже бессмысленно.

От дурного предчувствия Талия похолодела.

– Расскажите про этот комплекс, – попросила она.

– Как я уже говорил, толку от него чуть. На полную мощность он не работает много лет… Уже не вспомню сколько.

Талия терпеливо кивнула:

– Но фактически комплекс на месте. Его не демонтировали, не перемещали?

– Думаете, роботы решили восстановить комплекс? Развернуть крупномасштабное производство, а вместо сырья использовать собранный хлам?

– Это просто мысль, гражданин Келлибо.

– Полагаете, они корабли начнут строить?

– Не обязательно. Раз есть возможность производить мономолекулярные корпуса, значит ограничений нет в принципе. Разумеется, при наличии чертежей. Если не задать верных установок, вообще ничего не сделаешь.

– Вы прямо-таки с облегчением вздохнули.

– Наверное, зря я волновалась. Просто подумала, какие страшные вещи можно было бы произвести, если заполучить нужные схемы. К счастью, ничего опасного в открытом доступе нет.

– Судя по голосу, в этом вы уверены.

– Попробуйте раздобыть производственные чертежи оружия класса «космос – космос», гражданин Келлибо, или военного звездолета, или боевого робота. Оглянуться не успеете, как к вам нагрянут префекты.

– «Доспехи» отслеживают такие запросы?

– Отслеживаем, но, главное, не выкладываем ничего опасного. В редких случаях, когда необходимо произвести что-то опасное, у нас запрашивают разрешение. Мы копируем файлы из архива, снимаем блокировку, а потом всенепременно стираем их.

– Так вы уверены, что роботы ничего страшного не произведут?

– Уж точно не с помощью «Доспехов», – категорично заявила Талия.

Келлибо мрачно кивнул.

– Еще вчера, префект, других заверений мне не понадобилось бы.

Талия снова повернулась к окну, обдумывая слова садовника. Роботы работали с маниакальным, воистину муравьиным усердием. Они вгрызались в нижнюю часть башни, обнажали ее геодезический каркас. Судя по крупным и мелким обломкам, сыпавшимся в хоппер, у этого объекта роботы задерживаться не собирались.

– Эта башня скоро рухнет. – Талия обернулась и взглянула на центр голосования.

Она надеялась на то, что не ошиблась, что центр голосования нужен роботам, поэтому полномасштабного штурма башни, поддерживающей сферу, где укрылись префект с группой местных жителей, не будет.

Но за единственный день, проведенный в Доме Обюссонов, Талия ошиблась уже несколько раз.

* * *

Дрейфус почуял неладное, едва приблизившись к перегородке кабинета Джейн Омонье. По разные стороны от нее дежурили два префекта Службы внутренней безопасности. Хлысты-ищейки наготове, точнее, на быстросъемных поводках, тянущихся от поясов к дверным глазка́м. Сама перегородка в режиме «Не входить».

– Что-то случилось? – осторожно спросил Дрейфус.

Ему не позволяли общаться с Джейн, когда ее дела выходили за рамки допуска «Панголин». Но стражу у кабинета он видел впервые, да и Омонье, как правило, заблаговременно предупреждала, что не сможет разговаривать.

– Простите, сэр, – сказал младший из стражников, – но к перфекту Омонье нельзя.

– Давайте я сам это решу.

– Только с позволения верховного префекта, сэр.

Дрейфус глянул на молодого человека, словно тот загадал ему обманчиво простую загадку.

– Но ведь Джейн и есть верховный префект.

– Уже нет, сэр. – Молодой стражник смутился. – Обязанности верховного сейчас исполняет префект Бодри.

– На каком основании префекта Омонье сместили с должности? – растерянно спросил Дрейфус.

– Я уполномочен говорить, что решение приняли после оценки годности по состоянию здоровья. Я думал, вас проинформировали, но если…

– Меня не проинформировали. – Дрейфус старался обуздать злость, чтобы не сорвать ее на молодом стражнике, как чуть раньше на Тиссене. – Но мне по-прежнему хочется поговорить с префектом Омонье.

– Префект Омонье не в состоянии общаться ни с кем, – хрипло произнесли за спиной у Дрейфуса.

Том обернулся. По коридору, которым только что плыл он, приближался Гаффни.

– Простите, Том, но такова ситуация.

– Разрешите мне поговорить с Джейн.

Гаффни с искренним сожалением покачал головой:

– Вряд ли я должен объяснять вам, сколь нестабильно ее состояние. Излишние расстройства префекту Омонье совершенно ни к чему.

– Если меня не пустят к Джейн, расстроится не только она.

– Спокойно, Дрейфус. Знаю, сегодня вам пришлось несладко, но это не повод набрасываться на руководство.

– Вы участвовали в отстранении Джейн?

– Префекта Омонье не отстранили, а избавили от бремени руководства в момент, когда пребывание в должности превратилось в угрозу ее здоровью.

Боковым зрением Дрейфус видел, что стражники смотрят прямо перед собой и стараются сохранить постные лица. Мол, стычка начальников их не касается. Старшего префекта они не вызывали. Дрейфус смекнул: Гаффни околачивался неподалеку и ждал его появления у кабинета Омонье.

– Чего вы добиваетесь? – спросил Дрейфус. – Лилиан Бодри – хороший префект, но, в отличие от Джейн, не умеет мыслить масштабно. Ждете ее промаха, да?

– С какой стати мне ждать промаха Лилиан?

– С такой, что после отстранения Джейн вы станете на шаг ближе к должности верховного префекта.