Волки пустыни - Николай Раков

— Ну что же, я умру как истинный солдат империи, — с трудом прохрипел капитан.

— Ты умрешь как предатель. Посмотри вон туда. — И Самум указал пальцем на один из экранов внешнего обзора, который демонстрировал группу понурых гаюнов в форме штурмовиков и членов экипажа. — Узнаешь, кого-нибудь? Вижу, узнаешь. Я отправлю тебя к ним. Насколько мне известны ваши порядки, весь твой экипаж уже должен быть расстрелян за измену. Ведь вы допустили захват своего корабля противником. А на Гаю расстреляют все ваши семьи.

Он замолчал, давая возможность капитану осознать сказанное, а потом продолжил:

— Мы не выбросили из корабля ни одного трупа. Для всех ты погиб смертью солдата, защищая империю. Честь и слава семье героя. Сейчас, разговаривая с тобой, я фактически пытаюсь спасти тебя и твою семью от смерти.

Капитан сник. Придя в себя после нападения, он не успел осознать, насколько резко изменилась его судьба. Доводы говорившего с ним диверсанта были действительно неоспоримы. Перспектива расстрела не вызывала сомнений. Дисциплина в его среде держалась на страхе и абсолютном повиновении.

— Что я должен делать?

— Ничего особенного, ты нам пригодишься как специалист. Только не вздумай шутить. Я хороший штурман, а мой напарник отличный пилот. Для начала сообщи нам как зовут твоего генерала и какое положение он занимает?

— Генерал Сан-Я, один из Шепчущих канцелярии самого императора.

— И что тут ищет этот шепчущий?

— Я слышал от охраны, что каких-то самых опасных и неуловимых диверсантов, угрожающих мощи империи.

— Так вот, старик, перед тобой двое из этих опасных и неуловимых. И мощь вашей империи что-то слабовата, если мы ей угрожаем. Пора переходить на сторону сильного.

— Я выполню все ваши требования, — упавшим голосом проговорил капитан.

— Вот и отлично. Где каюта этого вашего шепелявого?

— На нашем уровне по правому борту. На ее двери имперский знак.

— Надо бы заглянуть туда.

— Обязательно заглянем, — ответил Шаман, сосредоточенно изучая пилотажный пульт.

— Какая камера работает в этом секторе?

— Там нет камеры. У генерала собственная система охраны.

— Подскажи наименование и позывной корабля, — потребовал психолог.

— Меган. Имперский четыре.

— Частота и код выхода на связь?

Капитан без запинки назвал ряд цифр.

— Код доступа к памяти центрального процессора?

Получив ответ и быстро введя его в машину, улыбнулся.

— Вот видишь, как все просто.

Самум помог капитану встать и усадил в родное кресло.

— Сейчас я приведу в чувство вашего радиста, он сначала, как и ты, будет слегка туповат. Поговори с ним, может, до него быстрее дойдут просьбы капитана о сотрудничестве.

— Бесполезно, он из контрразведки. Фанатик.

— Вот видишь, ты уже добровольно нам помогаешь. Пусть тогда просто посидит на своем месте. — И подхватив великана под мышки, Самум с натугой приподнял тело и, усадив его в кресло, пристегнул ремнями. — Извини, я еще не до конца тебе доверяю. — С этими словами он выстрелил из парализатора в капитана и добавил: — Говорить ты сможешь, а вот ноги сейчас тебе не понадобятся. Пока поспи.

Тело капитана сразу обмякло, голова свесилась на грудь.

— Командир, как у тебя дела?

— Я готов, можно запускать двигатели.

— Дай еще пять минут с голографом разобраться.

Самум быстро подключил свой универсальный блок к памяти центрального процессора и в несколько секунд, получив нужную информацию, перебросил ее на кольцо голографа.

— Вот теперь мы почти готовы убраться отсюда. Сейчас запущу программу расчета прыжка, — усаживаясь за штурманский пульт, проговорил психолог, — и можно будет начинать движение.

В рубке прозвучал зуммер вызова входной двери.

Самум бросил взгляд на экран и, увидев на нем Сирену, поднялся, чтобы впустить ее на мостик.

— Кто хотел подкрепиться перед стартом, — входя, проговорила девушка, держа в руках поднос, на котором стояло несколько бутылок и лежали пакеты.

Психолог молча взял одну из бутылок и вернулся на свое место.

— Сядь за пульт наблюдения и контролируй обстановку, — не отрываясь от предстартовой подготовки, приказал Шаман. — Как там пушки?

— Пост стрельбы закрыт, я в него не попала. Доступ, наверно, с капитанского пульта.

— Надо было меня вызвать. Где была так долго?

— Искала камбуз. Я ведь не дома.

— Колдун доступ к себе закрыл?

— Да, командир.

— Запускай двигатели. Полетишь на голодный желудок. Так безопасней.

— Эту девчонку я потом съем. Ры-ы-ы… — донеслось из динамика.

Корабль вздрогнул. По мостику прокатилась легкая вибрация.

— Включили маскировку, — проговорил Самум и, убедившись, что приказание выполнено, подошел к капитанскому пульту.

— Тишина. Выхожу на связь с орбитой.

Он сделал паузу и отдал приказ капитану:

— Проснулся.

Гаюн открыл глаза, но по его лицу было видно, что он находится в заторможенном состоянии.

— Капитан, вы сейчас выходите на связь с орбитальным диспетчером. Называете все необходимые коды и пароли и просите разрешение на старт. На вопрос диспетчера о причине взлета сообщаете, что это приказ генерала Сан-Я, находящегося на борту. Сразу после взлета корабль уходит на восьмую планету. Вы поняли меня, капитан? Повторите.

— Я вас понял. — И гаюн в точности повторил услышанный приказ.

— Включайте связь.

Капитан уверенно вдавил несколько кнопок в панель своего пульта. Через секунду над ней развернулся голоэкран, на котором возник моложавый диспетчер в идеально подогнанной форме штурмовика.

— Слушаю вас, капитан О-Гар. Как здоровье генерала?

— Спасибо, все в порядке. Генерал на борту. Мы стартуем на восьмую.

— Сообщите код допуска.

Капитан назвал требуемые цифры.

— Принято, капитан. Старт разрешен. Выходите в третий квадрат, там ваш эскорт.

О-Гар молча кивнул и отключился.

— Что это за эскорт? — спросил Самум.

— Два корабля сопровождения типа Осуок.

— Капитан, почему вы раньше не сообщили мне об эскорте?

— Вы меня об этом не спрашивали.

— Отдыхайте, капитан, вы можете поспать.

О-Гар уронил голову на грудь.

— Слыхал, командир, у нас в эскорте два лидера. Как тебе это?