Месть Солнцу - Василий Головачев

–Вселенная бесконечна и реализует все мыслимые варианты.

–Тогда предлагай свой!– рассердилась женщина.

–Да нет, я согласен,– поспешно отступил он.– Только давай бахнем не по ракетам, а по танку справа. Кстати, заметила крест на его борту? Это же немецкий «Леопард» начала века. Откуда Улей знает о таких вещах?

–Скачал их описание из нашей памяти во время атаки. К примеру, я хорошо знаю историю России. Но в любом случае это мираж.

–Уж слишком натуральный мираж,– сказал Терентий.

–Стреляем или нет?

–Давай.

Она помедлила.

–Да какого фига?! Нет тут никого живого!

Лазерный луч блейзера на одной десятой мощности вонзился в самый настоящий немецкий танк «Леопард» ине причинил ему никакого вреда, словно был лучиком фонаря, а не высокоэнергетическим оружием.

Терентий крякнул.

–Однако! Танк его проглотил!

Компьютер увеличил мощность. Второй выстрел заставил древнюю машину податься назад, хотя никаких дыр в лобовой броне «Леопарда» не прожёг.

–Жесть!– восхитился Терентий.– Он просто поглощает луч. Ну его к дьяволу, не связывайся.

Но Флора не послушалась.

На этот раз «голем» нанёс штыковой удар гравитонным импульсом.

Результат превзошёл все ожидания. Танк превратился в пламенный пузырь, и его остатки на десятки метров расплескала взрывная волна!

И тотчас же на землян в кабине «голема» обрушился такой же энерго-информационный шторм, что и при выходе! Но на этот раз пассажиры аппарата были готовы к нападению и выдержали её намного легче. Когда сверкание огней и безумный рёв катаклизма закончились, Терентий увидел другой пейзаж.

«Голем» висел над кратером вулкана, в котором плескалась и кипела расплавленная магма, а над ним располагался такой же вулкан с такой же лавой, хотя она почему-то и не лилась сверху вниз, если верить ощущениям силы тяжести. Прежние оружейные комплексы не исчезли, окружая катер со всех сторон угрожающей стаей, наоборот, теперь их стало больше.

–Мираж!– повторила Флора.

Терентий внутренне поёжился, понимая её чувства.

–Мы можем вернуться?

–Куда?

–В отсек с «антрацитом».

–Зачем?

–Попробуем перейти в другой сектор Улья, где нет танков.

Флора помедлила.

–Хорошо, пусть будет по-твоему.

Катер двинулся в обратную сторону, повинуясь командам компьютера, пользующегося памятью, но ряды машин не дали ему возможности протиснуться между танками и бронетранспортёрами. Оптимал ткнулся в одну сторону, в другую, но везде «голем» встречала невидимая упругая плёнка и не пропускала ни на метр.

Разозлившись, Флора инициировала гравик, уничтожив сразу четыре механизма: два танка, ракетную установку Himars и бронемашину Bradley (их названия были написаны на броне), однако пройти сквозь плотный строй боевых машин не удалось и на этот раз. Места уничтоженных сразу занимали другие, нацелив стволы на катер.

–Это они ещё не стреляли,– заметил Терентий.– А ну как начнут?

–Не трусь!– процедила она сквозь зубы.

–Я не о себе беспокоюсь.

Флора ещё раз выстрелила, применив три боевых системы одновременно: гравиразрядник, плазмер и скорчер, выдавший красивый электрический зигзаг.

Лопнули огненными «мыльными пузырями» сразу пять машин.

«Голем» ринулся в образовавшийся коридор, но был остановлен силовым полем, о прочности которого Оптимал озадаченно сказал так:

–Мы упёрлись в броню!

–Если ударить не одним залпом…– начала Флора.

–Подожди,– остановил её Терентий.– Здесь опять что-то не сходится.

–Если ты о стрельбе…

–О стратегии. Давай успокоимся и подождём. В любом случае переговорщик обязан появиться.

–Уверен?

–Уверен! Мы не смогли сбежать, но и они ничего не добились.

Флора помолчала, сжимая и разжимая кулаки. Кивнула:

–Что ж, посмотрим.

Катер вернулся в центр пещеры с двумя вулканами, являющимися отражениями друг друга. А ровно через минуту предсказание Терентия сбылось. Появился переговорщик.

Перед катером из тумана сформировалась круглая площадка, и на неё из ближайшего танка вылез человек в форме немецкого танкиста времён Второй мировой войны.

Изумлённый Терентий повернул голову к Флоре, вспомнив свои рассуждения: аесли там, внутри, живая команда? Но вовремя остановил язык. Если он был прав, катер только что уничтожил несколько экипажей танков и БМП. Но – немцы?! Чушь собачья! Они ну никак не могли попасть внутрь Улья, то есть разумной сверхсистемы, жившей на самом краю времён, когда распались не только звёзды и планеты, но и атомы.

–Боже мой!– с дрожью в голосе произнесла Флора.

–Не бери в голову!– поспешно откликнулся он.– Уверен, что это фантом. Видеопризрак. Голографический пузырь.

«Танкист» вэтот момент расставил ноги шире и заложил руки за спину, как это делали, судя по военным фотографиям, немецкие офицеры, подождал немного и поманил пассажиров «голема» вполне человеческим жестом – пальцем к себе. Только сейчас Терентий разглядел, что вместо танкистского шлема на голове у него красуется фуражка с высокой тульёй, на груди сияют кресты – сразу четыре. И вздохнул с облегчением. Местное «начальство» вэтом секторе Улья разыгрывало спектакль.

По-видимому, это поняла и Флора.

–Шольц,– сказала она.

–Кто?– не понял Терентий.

–Этот переговорщик похож на немецкого президента Шольца-второго, лидера Германии лет пятнадцать назад. Я видела фото в исторических хрониках.

–Но у него четыре креста!

–Для форсу,– рассмеялась Флора.– Ты был прав. Нам предложили картинку из нашего прошлого. Пошли поговорим.

Активировали ещё одну пару фозмов взамен уничтоженных ранее, выпустили роботов первыми, убедившись, что снаружи царит невесомость. Это ещё раз подтверждало вывод Терентия: переговорщик стоял на туманной подушке как человек, притягиваемый массой планеты, что выглядело нелепо.

–Кто вы?– задала вопрос Флора.

«Танкист» склонил голову к плечу, словно получил сообщение по рации.

В головах людей послышался медленный, без каких-либо интонаций, скрежещущий мыслеголос:

«Это ваш последний шанс. Присоединяйтесь к мыслящему кластеру, всё равно выхода у вас нет».

–Ещё один бот,– проворчал Терентий.– Ничего нового.

–Передай хозяину,– сказала Флора.– Переговоров больше не будет. Даём вам час на решение, потом начнём уничтожать ваши «разумные» структуры одну за другой. Пока не получим достойное нас предложение.