Инкубус - Михаил Зуев

Бабушка Христодула неподвижно сидела возле окошка в своей старой скрипучей качалке. Облезлая кошка чутко дремала на ее коленях.

– Эй, старуха, доброе утро! – приковылял в комнату дедушка Кириякос. – Ты опять спать не ложилась, что ли?

– А что мне? – проскрипела в ответ Христодула. – Я что сплю, что нет. Все равно темень кругом. Не волнуйся, спала я.

Ее бельма были направлены прямо в глаза Кириякосу. Тот поморщился.

– Христодула, откуда ты знаешь, где я стою? Ты же слепая!

– Это ты до девяноста дожил, а всё такой же глупый, как и в двадцать. Слепые, может, видят лучше зрячих.

– Всё бы тебе языком трепать, женщина. Кофе хочешь?

– Ну, я ж говорю, дурак дураком. Когда я от кофе отказывалась?

Дедушка Кириякос пошаркал на кухню.

– Не упади там, старый! А то грохнешься, кто поможет?

– Ты и поможешь! Сама сказала, лучше меня видишь.

– Слушай, дед, а что вчера ночью было в доме Никитидиса? Ухнуло как! А потом сирены, беготня какая-то…

– Ну, так Никитидис умер год назад, внук его дом продал.

– Знаю, что умер и что продал. А вчера-то что было?

– Ты слушай, старая, не перебивай. Продал он дом какому-то иностранцу. Ну, там все тихо было, а вчера что-то взорвалось, говорят.

– Что могло взорваться?

– А я откуда знаю? Пожарные быстро приехали.

А дальше мне Эксархидис рассказал.

– Ну?!

– Сам дом в порядке, а сарай – стены стоят, крыши нет, в полу воронка. И четыре мужика безумных там, только мычат и всё. Потому скорые и пригнали. А еще, Эксархидис говорит, оружие там нашли. Видать, террористы. Бомбу собирали, ошиблись, она и взорвалась.

– А-а, ну понятно, – протянула бабушка Христодула.

– Кофе пей, милая.

– Спасибо, родной.

Христодула глотнула, добавила сахарку, размешала. Террористы, значит.

– Врет твой Эксархидис. Всегда был трепло треплом.

– Что врет?

– Это не террористы.

– А ты, как всегда, лучше всех знаешь!

– Да, именно! Я, как всегда, лучше всех знаю!

– Господи, ну написано же в умных книгах – не спорь с женщиной!

– Вот ты и не спорь!

– Я и не спорю. Тогда скажи, если не террористы, что там было?

– Цветок.

– Что?

– Глухой, что ли? Цветок!

– Какой цветок?

– Такой, – обиженно буркнула Христодула, пригубила чашку и замолчала.

Выше крыш, до неба – поднялся огромный красный цветок. Переливаясь багровым и рубиновым, вращаясь, словно полуденный смерч над морем, восстал; лепестки его были алы и упруги, красоты неописуемой, стебель мощен и страшен. И за всю жизнь не видела я цветка краше.

– Ладно, придумала я всё, не сердись, – Христодула на ощупь, кончиками пальцев, нашла лицо старика, поцеловала в щеку.

– Я не сержусь, что ты! Хитрая какая! Всё намекаешь!