Последняя черта - Семён Кожанов

— Не надо! Я все скажу! Сделай мне перевязку, а то я умру от потери крови.

— Посмотрим, что ты расскажешь. Если соврешь хотя бы раз, получишь еще одну рану! Понял?

— Понял, — обреченно ответил Кружевников, и, набрав в легкие воздух, начал говорить: — Ильяс — «банкир», он привозит деньги, а Руслан — координирует действия диверсантов. Керчь обречена, она должна стать предостережением для всех, кто вздумает сопротивляется. Цель диверсионных групп — уничтожение мирного населения. Где-то в городе есть схрон, в котором размещается склад боеприпасов, начиненных боевыми отравляющими веществами.

— Почему именно Керчь?

— Из-за географического расположения — Россия находится рядом, по ту сторону пролива. Плюс ко всему, в Керчи проживают те представители крымских татар, которых не очень жалуют свои же соплеменники.

— Сколько всего сил будет брошено на Керчь?

— Не знаю! Правда, не знаю. Кто мне об этом скажет? Я всего лишь командир низшего звена!

— Ну а если подумать?

— Тысячи две, никак не меньше!

— Когда должно начаться вторжение?

— Не знаю, могу лишь предположить — на майские праздники.

— Первого мая или девятого?

— Девятого, а лучше десятого. Да! Я бы начал — десятого мая!

— Кого ты еще знаешь, кроме Ильяса и Руслана?

— Никого. Только этих двоих, — голос Кружевникова становился все тише и тише.

Через минуту Сева замолчал и его голова упала на грудь. Я достал из кармана ИПП и, наложив жгут немного выше раны, перевязал ее. После того как рана была обработана, а бинт туго намотан вокруг раны, я снял жгут и вколол несколько лекарств в плечо Кружевникова.

Когда я вышел из мастерской, то двор интерната стал заметно пустее — по нему бродили не больше десятка парней. Патрульные, стоявшие возле дверей, с облегчением выдохнули, когда я вышел из мастерской. При этом автоматы они держали направленными в мою сторону, видимо, боялись, что Кружевников захватил меня в заложники.

— Где Вовка Серов? — спросил я у парней, дежуривших возле двери.

— Подходил пять минут назад, сказал, что как только вы закончите, он ждет вас у брата в комнате.

— Хорошо. Никого внутрь не пускать, сами тоже не заходите. Поняли?

Парни синхронно кивнули в знак понимания. Я прошел через двор, по дороге здороваясь с теми, кого знал.

В комнате у Василия было многолюдно, помимо братьев Серовых и братьев Патроховых, были еще четверо парней, которые имели отношение к Керченскому союзу казаков. В комнате было накурено, а на стене развешаны карты города и пригородов. Все были настолько увлечены обсуждением, что не заметили, как я вошел в комнату. На меня обратили внимание только после того, как я подошел к карте и стал рассматривать нанесенные на нее обозначения. Цепь холмов, которая протянулась от крепости «Керчь» и до Аршинцевского кладбища, была отмечена красными крестиками. Еще несколько красных крестиков были хаотично раскиданы по карте города. Присмотревшись, я понял, что кресты располагались на пересечении улиц, там, где над ними располагались высотные здания или господствующие высоты.

В принципе правильно: весь город нам не удержать, значит, расчет надо ставить на то, чтобы удержать только один район города — Аршинцево. Цепь холмов позволит создать ряд укреплений, которые будут располагаться на господствующей высоте. В Аршинцево есть порт в районе бывшей ТЭЦ, есть судостроительный завод «Пролив», есть несколько рыболовецких заводов с собственным парком судов, есть яхт-клуб и несколько лодочных кооперативов. Чтобы эвакуировать население через Керченский пролив, транспорта хватит.

— Леха, ну что, как дела? Будет у нас оружие? — спросил Серов-младший.

— Будет, — коротко ответил я. — Сколько людей согласилось вступить в наш отряд?

— Много. Даже больше чем мы ожидали. Наших, интернатовских, — сто восемьдесят три человека, казаков — пятьдесят два бойца, ну и так, можно сказать, сочувствующих — еще человек семьдесят. В общей сложности получится человек триста. Но наши еще не все приехали, те, что служили или учились в Киеве, приедут завтра утром. А это еще двенадцать человек. Оружия хоть хватит на всех?

— Примерно на столько бойцов и рассчитывал.

— А что хоть за стволы? Наверное, старье какое-нибудь? — пренебрежительно спросил Владимир.

— Главное, что оно рабочее и может стрелять. Хотя, конечно, ППШ, винтовки Токарева и пистолеты ТТ не назовешь верхом оружейной мысли.

— Я так и думал, — поджав губы, сказал Вова. — Что еще можно было ожидать от Испанца. Есть еще какие-нибудь мысли по поводу того, где бы разжиться оружием?

— Кое-какие мысли есть. Но давайте все завтра, устал я сегодня, спать пойду. А вы тут прикиньте список всего, что нам понадобится и что можно купить в городе. Испанец оружие дал бесплатно, так что сэкономленные деньги можно будет пустить на закупку медикаментов, амуниции и транспорта.

— Я примерный список набросал, — подал голос, сидящий на кровати Серов-старший: — Если мы будем вооружены пистолетами-пулеметами Шпагина, то отпадает вопрос с запасными дисками и подсумками, у нас есть и свой запас. Надо будет всем раздать экипировку, которая есть у нас в музее. Хорошо бы, чтобы у всех наших была единая форма — так будет легче ориентироваться в бою, где свои, а где чужие.

— Завтра утром подготовьте группу — шесть человек на нескольких машинах, причем одна из машин должна быть на выезде из города. Мне должен будет позвонить Векшин, к нему абреки приедут забирать камуфляжные костюмы. Надо будет их захватить и допросить. Сделать это надо будет где-нибудь за городом.

— А если они не покинут пределы города? Что тогда? — спросил Гена Патрохов.

— Должны покинуть город! У них заказ на тысячу комплектов формы, они такую толпу в городе не спрячут!

— Тысяча комплектов?! — округлив глаза, спросил Антон Сайков — атаман керченских казаков. — Так много?

— Тоха, на самом деле их еще больше. Намного больше, — выходя из комнаты, произнес я: — Так что подумайте лишний раз, перед тем как решить, хотите вы воевать или нет.

Возле моей комнаты стоял Данила с автоматом в руках. Рядом с ним сидела на стуле Настя.

— Привет, молодежь. Скучаете?

— Немного, — ответил Ветров. — Меня назначили в караул, охранять вашу комнату.

— Можете идти спать. Разбудите меня утром, часиков в восемь. Хорошо?

Ветров кивнул головой в знак прощания и, подхватив свою девушку под руку, пошел прочь по коридору. Зайдя в комнату, я закрыл дверь на ключ, а потом еще и намотал несколько витков скотча на дверную ручку, так, чтобы дверь не могли открыть снаружи — осторожность лишней не бывает!

Спать лег прямо так, в одежде, только расслабил пояс на брюках и немного расшнуровал ботинки. Перед тем как заснуть, подумал, что хорошо бы завтра купить сонник и попытаться растолковать сон, который мне снится каждую ночь.