Руины Вудстоуна - Андрей Ефремов

Я провалился в сон прямо на площади и, наверное, в первый раз за всё пребывание на Асдаре не увидел эха. Моё сознание настолько измучилось длительным отсутствием отдыха, что вместо привычных картинок мне привиделись неясные образы, разобраться в которых не представлялось возможным. Да и не хотелось, если честно. Мне нужен был просто покой.

Проснулся я из-за прикосновения к щеке шершавого языка Мрака.

— Что уже пора вставать, дружище? — сонно произнёс я и услышал в ответ утвердительный урк.

Монарх не озаботился моим комфортом и не посчитал нужным переместить персонажа в более подходящее для отдыха место. Я по-прежнему валялся на каменной тренировочной площадке и, если бы не тёплый бок химеры, непременно бы замёрз.

— А ты заметно подрос, — вдруг осознал я. — Неужели ли́чи занимались и с тобой?

В ответ Мрак закидал меня мыслеобразами, наполненными событиями прошедших дней.

— Помедленнее, дружище, — попросил я и, просунув руку между ставшими невероятно прочными чешуйками, почесал нежную кожу за ухом.

Мрак довольно заурчал и начал посылать более осмысленные сообщения.

— Я смотрю, твоя обучающая программа тоже была весьма насыщенной, — усмехнулся я после краткого рассказа друга.

Как оказалось, Монархи подумали и о развитии моего пета. У них есть большой отряд самых разнообразных зверей, обучением и тренировкой которых занимается отдельная категория нежити — петоводы. Друг закидал меня образами встреченных за время обучения костяков животных, и я поразился их разнообразию. Медведи, волки, саблезубые кошки, приматы, существа, отдалённо напоминающие носорогов, но больше всего меня поразил костяк дракона.

Из рассказов Кассианеля я знал, что тёмные эльфы разводили чёрных драконов, но они были полностью уничтожены светлыми во время войны, и встретить дракона, пусть и мёртвого, на острове я никак не ожидал. Самой большой проблемой был тот факт, что белоснежный костяк не мог летать, и личам, даже обладая памятью некромантов, не удалось это изменить. Но и без полётов здоровенный дракон обладал огромной силой.

В образах Мрака тела всех костяков животных были закованы в металлические панцири, а когти и зубы были усилены магией и светились разными цветами, в зависимости от типа использованной энергии. Друг отправил десятки образов, наполненных своей болью от травм различной степени тяжести, но Мрак стоически терпел всё и с каждым часом становился гораздо опытнее и сильнее. Монархи использовали технологию компрессии времени и во время подготовки Мрака, так что, заглянув в таблицу статуса пета, увидел много нового.

Помимо увеличившегося сразу на 6 пунктов уровня, все навыки химеры выросли минимум до пяти, а некоторые вообще до шести и семи, что вызвало колоссальный рост силы пета за счёт большого притока очков характеристик, а поблёскивающие красно-оранжевым цветом когти Мрака говорили, что с ним поработали и маги. Теперь друг получил возможность с определённой периодичностью раздирать когтями доспехи и вскрывать рыцарей, словно консервные банки. Откат у зачарования когтей довольно длительный — около часа, но против единичных целей подходит идеально. Есть, конечно, и ограничения. Пробить броню с добавленным в сплав мифрилом очень сложно, но против обычных доспехов зачарование работает хорошо.

— Ладно, хватит разлёживаться, у нас много работы, — закончив изучать произошедшие с Мраком изменения, проговорил я.

Но прежде чем отправиться в тронный зал, где, скорее всего, и находятся Монархи, я достал из инвентаря посох тёмного лекаря и начал заполнять свободные слоты заклинаниями. Это правило мне намертво вбил учитель. В каком бы состоянии я ни находился, но запас заклинаний на все случаи жизни должен постоянно обновляться. Да и вообще от ёмкости оружия мага зависит очень многое, так как в бою часто случается так, что формировать тот или иной магический конструкт попросту некогда.