Час трутня - Денис Кащеев

— Это еще что за огород? — вырвалось у Светлова.

— Кажется, так бывает, когда от злого леса отбивается особенно неугомонное дерево, — неуверенно проговорил Демир. — За ним в поле остается похожий след — только он обычно уже и не такой прямой…

— Нет, — рассмеялся Мамай. — Это другое. Вы что, никогда контрольно-следовой полосы не видели?

— Что еще за полосы? — спросил Олег, пока Демир переводил слова его товарища Хюррем.

— Ну на государственной границе, чтобы нарушителей ловить. Пройдет иностранный шпион — наследит, пограничники его и схватят. Думаю, здесь такой же смысл. Наверняка это наши трактором прошлись… О, а вон и пограничный наряд! — воскликнул Стас, показав рукой куда-то вправо.

Все дружно посмотрели в ту сторону: вдоль вспаханной полосы со стороны Крепости по степи резво катился вездеход.

— Это ваш? — спросил Демир, поигрывая ятаганом.

— Другого здесь быть не может, — выговорил Олег.

— Ты же говорил, что он в поле застрял!

— Так и было. Видимо, пока нас не было, затолкали в рабочую зону и завели…

Не доехав до места, где стоял отряд, метров двадцать, вездеход плавно остановился. Разглядеть через тонированные стекла, кто находится внутри, было невозможно, а выйти из кабины что-то никто не торопился.

Хюррем вопросительно посмотрела на Олега.

— Пойду, переговорю, — кивнул он, поняв, что от него требуется, и направился к машине.

Чтобы подойти к вездеходу, ему пришлось пересечь вспаханный участок. Взрытая и размельченная земля глубоко проваливалась под подошвами, сохраняя за «нарушителем» четкую цепочку следов. Если это и правда так задумано — отличная идея, никто не проскользнет незамеченным!

Водительская дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель высунулся темный раструб мушкетона. Светлов приподнял ладони, демонстрируя, что безоружен.

— Так, спокойно, ребята! Я свой — не видите?

— Видим, — раздалось из кабины — Олег узнал голос рыжего Артема. — Поэтому и не стреляем. А что за народ там с тобой?

— Это друзья, — ответил он, на всякий случай пока не опуская рук. — Со стамбульского «Ковчега». Их тоже обокрали, и у нас теперь что-то вроде союза наклевывается.

— Ясно, — бросил водитель. Дуло мушкетона исчезло в недрах кабины, но шире дверца так и не открылась. — Ну, типа, добро пожаловать домой. А мы тут, понимаешь ли, патрулируем…

— В Крепость нас подкинете? — попросил Светлов. — А то с раннего утра топаем, устали, как собаки…

— Подкинем, что ж не подкинуть, — согласился Артем. — Только пусть сначала твои союзники оружие сдадут.

— Да ты что? — нахмурился Олег. — Неудобно!

— Неудобно штаны через голову надевать, — бросил его собеседник. — А у нас тут, знаешь ли, бдительность и все такое. Вооруженных чужаков я у себя за спиной не посажу!

Вернувшись к отряду Светлов пересказал состоявшийся разговор Хюррем. Переводивший его слова Демир, как услышал про требование разоружиться, так аж затрясся, а вот девушка, к счастью, отреагировала спокойно:

— Разумная предосторожность, — кивнула она, протянув Олегу мушкетон. — Видишь, я исполняю свои обещания, — добавила с улыбкой.

Офицер что-то скомандовала по-турецки, и ее соплеменники, пусть и без особой охоты, отдали Светлову с Мамаем свои подкроватные ятаганы. Демир разоружился последним, с таким кислым лицом, словно его секунду назад заставили укусить лимон.

В кабине вездехода, кроме Артема, оказался еще и Дима. Олег подсел к ним третьим на передний ряд, Мамай с турками разместились сзади, и машина помчалась по степи к Крепости.

— Ну, что тут у нас нового? — поинтересовался Светлов, пристраивая сданные ему ятаганы на полу, в ногах.

— Да все по-старому, в общем-то, — повернув голову и с нескрываемым любопытством косясь на Хюррем, ответил ему Дима. — Вот, круглосуточное патрулирование ввели.

— Круглосуточное? — переспросил Олег. — И ночью тоже?

— Ну да. Фары яркие, все видно, в принципе. Крепость на ночь запирается, но внизу у обзорного экрана теперь постоянный пост.

— Ну и как, хоть раз видели следы? — поинтересовался Светлов.

— Пока только звериные, — сообщил Дима.

— Точно звериные? — прищурился Олег.

— Точно. Мы этого кабана потом минут двадцать по степи гоняли, пока не подстрелили.

— Зажарили хоть? — спросил Светлов, вспомнив турецкий опыт.

— А то! Только не вкусно без соли. Но вместе с кашей — нормально.

Вездеход притормозил у входа в Крепость, и, не дожидаясь полной остановки, Олег распахнул дверцу и спрыгнул на траву — совсем забыв при этом о ятаганах в ногах. Клинки вывалились из кабины, один упал плашмя, второй воткнулся острием и встал торчком. Юноша нагнулся их подобрать, а когда снова поднял голову, увидел в створе ворот Инну. Девушка радостно шагнула ему навстречу, но, заметив показавшуюся из-за задней дверцы вездехода Хюррем, нахмурилась и замерла на полушаге.

Олег поспешил к Иноземцевой:

— Привет!

— Привет! — на миг лицо Инны снова озарила лучезарная улыбка, но тут же оно снова приобрело прежнее тревожное выражение. — Что с вами за люди?

— Друзья, — поспешил успокоить ее Светлов. — Турки из Стамбула. У нас с ними общие проблемы.

— Общие проблемы?

— Они, как и мы, остались без батареек — и похоже, виновник в обоих случаях один и тот же. Они пришли, чтобы заключить с нами союз. Вон та девушка, — указал он глазами на Хюррем, — их офицер и глава делегации на переговорах.

— Ясно, — кивнула Инна, немного расслабляясь. — А Галя что, у них осталась?

— Что? — не понял Олег.

— Я не вижу с вами Гали. Она осталась в их крепости? Типа, заложника?

— Нет… — выговорил юноша, цепенея. — А… Разве она не вернулась? Она должна была прийти еще три дня назад…

Мрачное молчание его собеседницы было красноречивее любых слов.