Хронолиты - Роберт Чарльз Уилсон

– Хронолиты подчинены всем видам ограничений, – продолжала Сью, ее голос гудел, навевая сонливость. – Масса, например, или, вернее, эквивалентность массы, учитывая, что вещество, из которого они созданы, это не обычная материя. Ты знаешь, что ни разу не появилось Хронолита, чья масса превышала бы двести тонн? И не потому, что Куану не хватало амбиций, я в этом уверена. Он и на Луне бы памятник соорудил, если б мог. Но опять же, после определенного момента потребление энергии взлетает по экспоненте. Прочность тоже страдает. Вторичные эффекты становятся более заметными. Знаешь, Скотти, что произойдет с Хронолитом, если он даже ненамного превысит теоретический предел массы?

Я ответил, что не знаю.

– Он станет нестабильным и сам себя уничтожит. Вероятно, весьма эффектно. Пространство Калаби-Яу, надо полагать, попросту развернется. На практике это будет катастрофа.

Но Куану хватает ума не допускать этого. Куан, размышлял я, сообразительнее нас всех, вместе взятых. И это не сулит ничего хорошего нашей маленькой донкихотовской авантюре в залитых солнцем ковбойских краях.

– Я бы выпила кока-колы, – внезапно произнесла Сью. – А то во рту пересохло. Ты не мог бы принести мне бутылочку с заправки, если у них есть?

Я кивнул, выбрался из фургона на засыпанную гравием обочину и прошел мимо стоявших на холостом ходу грузовиков, направлявшихся к станции «Саншайн». Заправка представляла собой уединенный форпост, круглосуточный магазинчик и ряды изъеденных коррозией цистерн прятались в тени старого полукруглого геокупола^[30]. Асфальт был испещрен мелкими брусками рыхлой грязи. Старик в дверях, прикрывая глаза ладонью, разглядывал длинную вереницу грузовиков. Их было, вероятно, куда больше, чем он видел за последнюю неделю. Но особо счастливым он себя от этого не чувствовал. Автоматизированные сервисные модули проверяли подвеску головной машины, дозаправляли и чистили. Сумма высвечивалась на большом верхнем табло, мутная линза бликовала на солнце и покрылась песочной пылью.

– Привет, – сказал я, – Похоже, дождей здесь давно не было.

Заправщик опустил руку и косо посмотрел на меня.

– С мая, – ответил он.

– А есть холодные напитки?

Он пожал плечами:

– Газировка. Какая-то.

– Можно глянуть?

Он отступил из дверного проема.

– Это ваши деньги.

Внутри затененного помещения мне стало даже зябко после влажной жары снаружи. Выбор на полках был небогатый. В холодильнике стояло несколько банок кока-колы, рутбира и апельсиновой газировки. Я взял наугад три жестянки.

Продавец пробивал товар, так пристально разглядывая мой лоб, будто у меня там было клеймо.

– Что-то не так? – спросил я.

– Просто проверка на Число.

– Число?

– Число Зверя, – сказал он и ткнул в наклейку на бампер, которую он прилепил перед прилавком: «Я ГОТОВ К ВОЗНЕСЕНИЮ! А КАК НАСЧЕТ ТЕБЯ?»

– Думаю, если я к чему и готов, – сказал я, – так это выпить холодненького.

– Я так и понял, – он вышел за мной из магазина и обвел прищуренным взглядом очередь грузовиков. – Будто цирк в город приехал, – он рассеянно сплюнул в пыль.

– А где ключ от туалета?

– На крючке за углом, – он ткнул большим пальцем налево. – Окажи милость, смой после себя.

Место прибытия – вычисленное благодаря наблюдениям со спутника и уточненное после измерения радиационного фона на месте – казалось таким же загадочным и необъяснимым, как многие другие места приземления.

Хронолиты в деревнях, провинциальных городах и в других точках, не подвергшихся большим разрушениям, обычно именовались «стратегическими», в то время как такие «бомбы», как Бангкокский или Иерусалимский Хронолит, называли «тактическими». Оставался спорным вопрос о том, насколько важно это различие и не случайность ли все это.

Здешний камень, однако, явно попадал в категорию «стратегических». Вайоминг – преимущественно высокое пустынное плато, изрезанное горами – «земля больших высот и низменной толпы», как назвал его один из губернаторов двадцатого века. Вряд ли камень Куана мог нанести ущерб местным нефтяным месторождениям и скотоводческим фермам. В любом случае на предполагаемом месте прибытия не было и этого – тут вообще ничего не было, кроме пары умирающих ферм и гнездовий луговых собачек. До ближайшего поселения – деревеньки под названием Модести Крик – пятнадцать миль вверх по двухполосной асфальтовой дороге, пролегавшей через бурые луга, базальтовые пласты и редкие насаждения тополей. Мы осторожно катили по этой второстепенной дороге, и пока приближались к пункту назначения, Сью прервала свой монолог, чтобы полюбоваться, как колышутся шалфей и крапива.

– А с какой стати, – спросил я, – сооружать Хронолит в таком месте?

– Не знаю, – ответила она, – но вопрос хороший, резонный. Это должно что-то значить. Как в шахматной партии, когда противник внезапно передвигает слона на край доски безо всякой видимой причины. То ли это неправдоподобно глупая ошибка, то ли гамбит.

Гамбит, а значит, отвлекающий маневр, ложная угроза, провокация, западня. Но Сью настаивала, что это не имеет значения. Какова бы ни была цель этого Хронолита, мы, тем не менее, не допустим его прибытия.

– Однако причинно-следственные связи крайне запутанны, – признала она. – Все очень тесно переплетено и постоянно усложняется. Глядя в прошлое из будущего, Куан имеет преимущество. Он может действовать против нас совершенно неожиданным образом. Мы знаем о нем очень мало, а он может знать о нас предостаточно.

К ночи мы съехали с дороги. Передовая группа уже разведала место и отметила его приблизительный периметр колышками и желтой лентой. Было еще достаточно светло, и несколько человек во главе со Сью поднялись повыше, чтобы взглянуть на луг внизу, такой же скучный, как фундамент будущего торгового центра.

Это была дикая местность, изначально входившая в частные владения. Но ее никогда не обрабатывали и редко посещали. В сумерках она выглядела торжественно – холмистая степь, окаймленная с востока крутым обрывом. Каменистая почва, поросшая полынью, серой на излете сухого лета. Если бы не звуки инженерной команды, нагнетавшей сжатый воздух в надувные квонсеты^[31], тут царила бы абсолютная тишина.

На вершине утеса на фоне потускневшего голубого неба возник силуэт вилорогой антилопы. Она подняла голову, учуяла нас и поспешила скрыться из виду.

Рэй Моузли подошел к Сью и взял ее за руку.