Операция "Гемма" - Николай Раков

Истребитель приблизился и пошел борт о борт с дисколетом. Пилот внимательно рассматривал пассажиров, один из которых даже помахал ему рукой.

Динамик машины ожил.

— М-172, куда направляетесь? — прогремел вопрос, и Колдун тут же снизил уровень звучания.

— Задание контрразведки, — ответил Шаман. — Отвечать не обязаны.

— Сектор для полетов закрыт. Приказ начальника ПВО. Следуйте за мной.

— Вы срываете операцию. У нас нет времени.

Через бронестекло кабины перехватчика было видно, как пилот пожал плечами.

— У меня приказ. Если через минуту вы не пойдете указанным мною курсом, то ваше задание будут выполнять другие.

— Давайте курс, — играя голосом раздражение, потребовал Шаман, — но вы за это ответите.

— Я не возражаю, если вы сможете вставить клизму начальнику сектора. Хотелось бы даже на это посмотреть.

Пилот перехватчика, похоже, обладал чувством юмора и хорошим воображением. Посмеявшись над своей фразой, он передал нужные цифры курса, которым должен был следовать дисколет.

Колдун посмотрел на командира, и тот сделал утвердительный кивок. Машина, подчиняясь рулям управления, изменила курс.

— Я буду у вас на хвосте. Вдруг заблудитесь, — раздалось из динамика, и перехватчик, увеличив скорость, ушел вверх, делая крутой разворот.

— Чертов медик-любитель, — отреагировал на обстановку инженер. — Долго мы будем выполнять его указания, командир?

— Сколько нам идти этим курсом до континенталки? — спросил Шаман.

— Минут пятнадцать, — ответил Колдун.

— Через десять минут я прикажу Убору свернуть этому санитару-любителю голову. Мы вылетаем из ближайшего поворота на трассу под видом контейнеровоза и движемся в общем потоке. Пусть поищут нас в толпе. Боря, подходящая голограмма у нас найдется?

— Уже есть, командир.

— Отлично, работаем.

— Ближайший поворот на континенталку через пять минут полета, — проинформировал инженер.

Все почувствовали, что Шаман подобрался, концентрируясь на отдаче приказа сущности.

— В небе только пилоты. Санитарам тут делать нечего, — сообщил Колдун, зафиксировав исчезновение точки с экрана локатора.

— Дорога на въезде пуста. Снижайся, — проинформировал Самум.

Дисколет перешел в резкое пикирование и вскоре замер в метре от асфальта. Через секунду на его месте появился огромный контейнеровоз, очень натурально выпускающий клубы черного дыма их выхлопной трубы. Дождавшись промежутка в густом потоке, машина выехала на трассу, гармонично растворившись в ряду себе подобных.

— Держись в метре за впереди идущим, — посоветовал Каянов. — Диспетчерская служба может отслеживать и идентифицировать машины, а при таком просвете мы будем одной точкой.

Инженер выполнил совет, вплотную приблизившись к идущему впереди грузовозу.

— Самум, сбрось нам на курсограф маршрут и отметь на нем место съезда.

— Сейчас сделаю, — ответил психолог, активируя персоналку. — Готово, можете получить, — сообщил он через минуту.

— Отлично, — увидев на экране схему маршрута, проговорил Шаман. — Миша, ставь свой тазик на автопилот, так будет безопасней.

— Выполнено, командир, — ответил Колдун, снимая руку с рычага управления.

— Локатор выключаю, — продолжал нетрац. — Он может нас демаскировать. Разберите сектора наблюдения. Особое внимание за воздухом. Нас будут искать, и рассчитывать на вежливое приглашение остановиться не стоит.

— Меня интересует, командир, — обратился к Шаману Колдун. — Какая это умная сволочь догадалась, что концерт, устроенный нами на космодроме, не случайность, что угнан дисколет, и закрыла сектор?

— Я буду очень рад, если его закрыли только для полетов. А если контрразведка сделала вывод о наличии на территории диверсионной группы? Основания у них хоть слабенькие, но есть.

— Тогда мы получаем полноценную войсковую операцию, в которой пленных не берут, — закончил за командира Самум.

— А что, кто-то в плен собирается? — невозмутимо спросил Колдун.

— Желающих, как я понимаю, нет, но судьба-злодейка иногда преподносит нам сюрпризы, от которых нельзя отказаться, — высказал свое мнение Шаман, намекая на обстоятельства, произошедшие не далее как месяц назад.

— Они что, не знают, что это им дороже обойдется? — поинтересовался инженер.

— Насколько я изучал гаюнскую прессу, там забыли осветить разгром базы на Сохара группой солнечников, — уведомил Самум. — Сведения о составе группы тоже не приводятся, так как составляют государственную тайну.

— Выходит, и в нашем деле без рекламы возникают трудности, — с сожалением произнес Колдун.

— Когда твоим именем будут пугать детей на Гайя, я попрошусь на должность носителя твоей фляжки, — сообщил Шаман.

— Эту должность ты не получишь. Я недостаточно тебе доверяю, — уведомил командира Колдун.

— Тогда готовься к экстриму. Реклама не вышла, и здесь никто не знает, чего ты стоишь.

— Послушай, командир, меня ждут одинокие женщины в трех звездных системах. Что я должен сделать, чтобы получить два продленных отпуска сразу?

— От меня это не зависит. Думаю, что если с адмиралом свяжется их император и предложит условия капитуляции, в связи с твоим хулиганством в его тылах, то у тебя появится такая возможность. Бери пример с Криса. Десять лет никаких отпусков, и ничего, не жалуется.

— Уйду я от вас к Гармаку, на Босаван. Он меня помнит. Хорошая должность. Спокойная жизнь.

— Не забывай, ты ограбил его кухню. Появишься там, он отдаст тебя под суд.

— Даже под пыткой Оселя не признается, что кое-что взяла для меня из запасов президента.

— Верность на уровне поклонения — чувство очень серьезное, — задумчиво произнес Самум. — Надо быстрее заканчивать операцию, командир. Если за Колдуном сюда доберутся три разъяренные женщины, то от гаюнов ничего не останется и наша операция накроется медным тазом.

— А потом они разорвут его на части, а вот этого я не могу допустить. Миша нам еще нужен, и поэтому будем строго придерживаться наших планов, чем сохраним его бесценную жизнь.

— Спасибо, друзья. Вашу поддержку я никогда не забуду, а возможно, даже припомню при случае, — делая вид, что вытирает слезы, проговорил инженер.

— Не за что, дружище. Мы всегда готовы разделить трех женщин на троих, — ответил Самум, хлопая сидящего впереди него Колдуна по плечу.

В ответ инженер показал ему кулак.

— Не во всех случаях эгоизм худшая черта характера, — невозмутимо согласился с жестом психолог.

— Внимание, — прервал разговор Шаман.