Славия. Рождение державы - Александр Белый

На многие дела времени катастрофически не хватало. Как правило, трех-четырех часов в сутки. Но сон – великое дело, поэтому сам себя обязал спать не менее семи часов.

Утро начиналось с рассвета кроссом обычной десятки. Затем Иван с бойцами занимался фехтованием, рукопашным боем и стрельбой. К процессу обучения подключался и я, если не уезжал в Малагу. А поездить все эти дни туда-сюда пришлось немало. Потом, во время сиесты, в казарме проводил занятия в так называемой собственной школе, где уже через две недели стал замечать и выделять из среды бойцов более одаренных и восприимчивых к знаниям. Таких с учетом Ивана, доктора, Риты и Антона было тридцать пять человек, и меня это откровенно радовало, оставлял их еще на два часа и преподавал по некоторым направлениям более углубленные курсы. Остальные сорок человек мою науку воспринимали как те вещмешки, набитые щебнем, которые хочешь или не хочешь, а необходимо тащить во время кросса. Но, как бы там ни было, ребята они оказались нормальные, можно сказать, костяк будущих командиров среднего звена.

Завершив занятия, выходил на часок размяться и поработать шпагой или саблей, после чего с тройкой своих станочников, которые, кстати, оказались в группе получающих дополнительные уроки, уходил в мастерскую. С наступлением темноты мы зажигали масляные светильники и продолжали постигать технологию машиностроения, металлорежущие станки и инструменты.

Все прошедшие дни, несмотря на капитальную загруженность, доктору и Рите тоже старался уделять один час перед сном.

Они сидели за столом в моем кабинете и записывали все, что мне припоминалось, полностью доверившись и воспринимая мои слова как абсолютный факт.

Для них было откровением, что эпидемии, которые выкашивают целые города, есть не божье проклятие, а в большинстве своем нарушение элементарной гигиены.

– Вы знаете эту тайну. Велением Господа мне было позволено получить во сне любые передовые знания в любых отраслях науки. Однако, как и любого другого нормального мужчину, меня в первую очередь интересовали механизмы и оружие. Даже в алхимии постигал строго ограниченный и весьма специфический круг вопросов, и то только потому, что в этом учебном сне у меня был очень увлеченный этим делом друг. Чего уж там говорить о фармакологии, о которой вообще мало что знаю, или о медицине, в которой знаю только некоторые вершки. Но постараюсь вспомнить все, что когда-либо промелькнуло мимо сознания, и обязательно до вас донести.

Запишите такое слово: инфекция. Это есть заражение людей и животных микроорганизмами. Микроорганизмы – бактерии и вирусы. Что это такое и как они воздействуют на плоть, я вам покажу. Заметьте себе, доктор, я распоряжусь, а мадам Марта выделит свой экипаж, отправляйтесь завтра с утра в Малагу к человеку, поверенному в моих делах, адрес дам. Он познакомит с мастером, который изготавливал для некоторых алхимиков и ювелиров микроскоп Галилея. Закажете у него самый мощный, какой только он сможет сделать. Вот с его помощью мы будем изучать некоторые основополагающие процессы.

– Понятно, ваша светлость, а в пределах какой суммы…

– Деньги – не вопрос, – вытащил из ящика и подвинул к нему мешочек, – здесь двадцать пять дукатов и сто пиастров, вам должно хватить. Теперь пишите дальше. Мне ведомы следующие эпидемии: оспа, чума, холера, тиф, корь, грипп. Рита, слово грипп пишется с двумя «п». Возможно, существуют еще какие-то эпидемии, но спросить, так сказать, тогда, во сне не догадался. Значит, написали сверху слово «оспа» и подчеркнули. Эта болезнь сегодня выкашивает в Европе и Новом Свете десятки, если не сотни тысяч людей. Правда, доктор?

– Да, и как ее лечить, никто не знает.

– Знают, доктор. Арабы и турки лечатся от нее уже сотни лет.

– Но это невозможно. – Доктор от удивления даже рот открыл.

– Возможно. Просто мы в гордыне своей не поинтересовались, а почему это в Порте и арабских странах оспой болеют очень редко? Они, доктор, научились лечить прививками, то есть прививают слабую форму болезни: делают на руке маленький надрез и заносят в эту ранку гной коровьей оспы. После этого у человека случается небольшое недомогание, у кого больше, у кого меньше, в зависимости от состояния иммунной системы, и все. После прививок этой заразой не болеют. Иммунная, Рита, пишется с двумя «м» и двумя «н». Теперь правильно.

– Невероятно, – сказала пораженная Рита, – а что такое эта иммунная система?

– Напишите на отдельном листике. Это понятие будем рассматривать завтра. А сейчас продолжим. Запишите сверху следующее слово: «чума». Исключительно тяжелое заболевание, при котором девяносто восемь человек из ста умирает. Различают чуму дыхательных органов и чуму лимфатических узлов. Лимфатические узлы – это такие горошины, прилепленные к крупным венам, больше ничего о них не знаю. Это наши будущие врачи, которых в своем университете обучите вы, доктор, когда-то исследуют и выяснят их природу. Так вот, слова «чума», «мусор», «свалки» и «дерьмо» – это слова синонимы. Вы, доктор, обратили внимание на то, что после буллы папы римского о чистоте телесной чума, которая раньше в Европе выкашивала целые города, стала редкостью?

– Никогда не думал об этом. Последняя чума была лет пятнадцать назад в Лондоне. И действительно, помои там тоже сейчас на улицы не выливают. И кошек перебили.