Враг с планеты Земля - Владимир Тимофеев

Элиссона через месяц судили и приговорили к расстрелу, но приговор в исполнение так и не привели. Пока он сидел в камере смертников, наверху произошли изменения, к власти в парламенте Федерации Ста Планет пришла оппозиция, и после длительных консультаций адмирала решили помиловать. Вариант вполне ожидаемый. Политики, просчитывающие ситуацию хотя бы на пару шагов вперёд, профессионалами, как правило, не разбрасываются.

Что примечательно, звание и награды Элиссону вернули, но прежнюю должность — нет. Вместо командования эскадрами и флотами ему предложили возглавить так называемую «штрафную флотилию».

По данным имперской разведки, подразделение имело в составе два десятка боевых кораблей. Их экипажи, включая десантные группы, набирали из осуждённых по результатам недавней войны офицеров. В большинстве своём, с крейсеров и корветов, что находились в битве у Мегадеи на острие атаки, но так и не сумели прорвать нашу оборону.

Что любопытно, послевоенные репрессии вообще не коснулись тех, кто принимал решение сдаться. Хотя, вероятно, это обычная практика всех высокопоставленных проигравших: сваливать свою вину на других, реально сражавшихся. Это, мол, из-за них, неумех, мы пролюбили уже почти выигранную баталию. А последовавшая за ней позорная сдача — это, наоборот, подвиг, спасший бесценные жизни солдат, которых хотели спалить в безнадёжной драке кровожадный командующий и те, кто его поддерживал…

Задачи штаб-адмиралу, насколько я знал, ставились специфические. Примерно такие же, какие в своё время получал «лейтенант Ханес» в своём Би-4. Ну, в штрафных частях по-другому и не бывало. Вот только командовать ими штаб-адмиралов обычно не назначали…

То, что команда Элиссона появилась у Шугаду, сюрпризом не стало. Повышенный интерес имперцев к этой системе стопланетники не могли не заметить. И если мой первый визит сюда, завершившийся схваткой с майором Мерфи, ещё можно было назвать разовой акцией, то следующие события — бой «Баяна» на дальних орбитах с кораблями трёх разных держав и разведрейд «Риона» — не оставляли и тени сомнений: Империя Бохав и правящий дом Ван Румий что-то здесь ищут. Ищут целенаправленно. И не только ищут, но и находят.

Так что со стороны ФСП попытка поймать нас на чём-то горячем была лишь вопросом времени.

Поэтому-то я и спешил. Поэтому так торопился покончить со здешним святилищем и вернуться назад на «Аврору».

Пока мы находились внизу, в аномальной зоне, маскировочные поля УБК работали на полную мощность. Местные обнаружить наш крейсер возможности не имели, но о том, что он где-то рядом, догадывались и, соответственно, информацию о его появлении «кому надо» отправили. От пространства, контролируемого стопланетниками, Шугаду отделяло часов десять лёта, и я подспуднонадеялся, что они не успеют. Однако ребята из Федерации явно «что-то подозревали» и, вероятно, держали свои силы где-то поблизости. Возможно, даже барражировали в гиперпространстве, ожидая сигнал. И этот сигнал поступил, когда ударный десбот поднялся с поверхности и взял курс на сбросившую маскировку «Аврору».

Нет, флотилии адмирала Элиссона я не боялся. Однако и драться с превосходящими силами мне сейчас не хотелось. Потери в подобных случаях неизбежны, причём, с обеих сторон…

— Барон?! Вы?! Что вы здесь делаете? — выдохнул штаб-адмирал, когда связь между двумя кораблями стабилизировалась и он узрел на экране меня.

Я усмехнулся.

— Вы не поверите, адмирал. Пытаюсь спасти Вселенную.

Собеседник мне не поверил. А если поверил, то виду не показал:

— Приказываю вам отключить системы вооружения и принять на борт призовую команду.

— Увы, но я вынужден отказаться.

— Но вы же понимаете, что нас больше.

— Да, адмирал. Понимаю.

— Тогда почему отказываетесь? Хотите погибнуть героем?

— Погибнуть? — поднял я бровь. — Похоже, что вы опять неправильно оцениваете ситуацию. Погибать в мои планы не входит. В ваши, надеюсь, тоже. Поэтому я предлагаю разойтись миром.

— Не в моих правилах договариваться о чём-нибудь с врагом нации! — прорычал Элиссон.

— И всё же я предлагаю договориться, — пожал я плечами. — Пусть ваши корабли заняли неплохую позицию, и одним залпом их не накроешь, но только учтите, господин адмирал, сейчас у меня на прицеле ваш флагман, и дальность моего выстрела существенно выше вашего.

— Вы вновь угрожаете нас уничтожить? — набычился Элиссон. — Зря, господин барон. Вы знаете, я ультиматумы не приемлю.

— Знаю, господин адмирал. Но угрожать вам не собираюсь. Я лишь информирую, что лучше бы нам встречаться на переговорах, а не в бою.

— Вы так уверены, что эта встреча у нас не последняя? — позволил себе усмешку командующий флотилией.

— Да, адмирал. Уверен, что мы ещё встретимся. В других обстоятельствах, более подходящих сотрудничеству, а не конфликту. И тогда я, наверное, сам расскажу о том, что вы хотите узнать. А сейчас…

Я наклонил голову и нажал на панель.

Прямо по курсу «Авроры» замерцало окно нуль-перехода.

— Прощайте, господин адмирал. Честь имею.

За те две секунды, что мы летели до входа в портал, выстрелов со стороны стопланетников не последовало. Вероятно, и впрямь — дистанция для уверенного поражения цели оказалась великовата…

Два с лишним месяца работы порталов, ведущих на Тарс, в мир-без-времени и обратно, начали постепенно стабилизировать обстановку на Флоре.

Об этом мне сообщила Пао.

По её сведениям (а они базировались на регулярных контактах с доверенными лицами тех, кто собирался покинуть Княжество), падение уровня индексов барьерного сходства остановилось, а кое-где они даже стали расти. Конечно, собранная за такой короткий период статистика ещё не могла считаться полностью достоверной, но те, кто ей занимался, стали уже задумываться: а может, слухи не врут, а может, и вправду новый хозяин северного баронства придумал что-то такое, что остановит регресс и даст флорианцам шанс увидеть другие миры?

Знаковое, кардинальное, основополагающее для Флоры событие произошло через одиннадцать дней после моей экспедиции на Шугаду.

Баронесса лично связалась со мной через гиперсвязь и попросила срочно прибыть в баронство:

«Обстоятельства чрезвычайные. Подробности по прибытию…»

Надо ли говорить, что я тут же забросил иные дела и рванул на Флору. Интриганством Паорэ сроду не занималась, поэтому если она не стала рассказывать по переговорнику, что конкретно случилось, значит, дело действительно важное, безотлагательное, офигенно секретное и требующее моего личного присутствия в замке. Но поскольку строгие временны́е рамки Паорэ не обозначила, я всё же решил не пользоваться ни порталом, ни шестимерностью, а прилетел как обычно — на крейсере…

Челнок приземлился в поместье примерно через сорок минут после разговора.