Серые туманы Эрантии - Георгий Смородинский

Фаланир сделал несколько глубоких вдохов, но ничего при этом не почувствовал: ни прохлады ночного осеннего воздуха, ни запаха растущих в долине растений. Обоняние исчезло вместе с болью. Хорошо, что проклятье только задело его, подарив тем самым трое суток жизни, и это позволило выполнить приказ лорда. Но до Леса он дойти бы уже не смог. Гирт донесет послание, его тело найдут и передадут жене. Все… пора обратно в пещеру… Собрав волю в кулак и опираясь о выступ, на котором сидел, Фаланир поднялся и в последний раз посмотрел на застывшую над долиной луну. Зрение ухудшилось настолько, что светило выглядело мутным кровавым пятном.

– Прощай, Красная Сестра… – прохрипел оборотень и медленно побрел в пещеру умирать…

* * *

Ёлочной гирляндой вспыхнул и расплылся голубой свет магических фонарей, муть исчезла, и перед глазами проступил оплывший камень стен. Я пару раз судорожно вздохнул и, окончательно придя в себя, смог наконец оглядеться по сторонам.

– Ты в порядке?

– Да. Можно уже не держать!

Хватка друга ослабла, я окинул взглядом встревоженные лица собравшихся вокруг меня бойцов и протянул Максу череп, что по-прежнему был у меня в руке.

– Это то, о чем ты рассказывал? – внимательно глядя мне в глаза, уточнил он.

– Да… Я знаю, о чем думал этот эльф, и что чувствовал перед самой своей смертью, – кивнув на лежащие под ногами кости, я пожал плечами и направился на выход. По дороге указал на крайнюю левую нишу. – Карта тут, а я подожду на улице.

Снаружи было еще светло, достаточно для того, чтобы читать какую-нибудь газету. Если она, конечно, у тебя есть. Отряд, не торопясь, располагался на ночевку. Маунтов уже отпустили, остался только мой Мрак, драконы Ваессы и ящеры патрульных. Кто-то ставил шатры, кто-то кучковался у костров. Слева за выступом трое «клинков», оживленно переговариваясь, наблюдали за каким-то не видимым мне действом. Впрочем, по их репликам можно было понять, что Фантик все-таки решил наглядно показать Риису, что же такое – эта самая наскальная живопись.

– Нашли?! – Аленка поднялась со своего бревна и чуть склонила голову набок, ожидая ответа.

Сестра, по всей видимости, решила сменить гнев на милость и не обижаться на брата за то, что он не взял ее с собой.

– Да, вроде бы, – пожал плечами я, – сейчас они достанут эту карту, спустимся и расскажем.

Оглянувшись, я нашел взглядом выступ, на котором сидел умирающий эльф. Врачи, конечно, не рекомендуют сидеть на холодных камнях, но этого мира их предостережения не касаются. Да и не такой уж он холодный, этот камень. Усевшись поудобнее, я откинулся спиной на скалу и, сунув в зубы трубку, закурил. В этом мире вообще куча разнообразных плюсов. Туристических стульчиков тут не изобрели, но двадцатикилограммовый чурбак для сидения на стоянке может таскать в инвентаре даже самая хрупкая девчонка. Еду тут можно наготовить впрок, и это не пятилитровая, недельная кастрюля борща, сваренного хозяйкой в выходные. Помещенные в инвентарь продукты не портятся. Они даже не хранятся, просто остаются такими же, как и в момент приготовления. Так что сэндвичи с мясом наконец-то для нас закончились. Если лисы в походах предпочитали питаться всухомятку, что не очень-то от этих сэндвичей отличалось, то у «клинков» дело с этим обстояло гораздо лучше. У некоторых кулинария прокачана до двухсот – уровень шеф-повара какого-нибудь парижского ресторана! И готовили они соответственно. Я вдохнул пахнущий дымом воздух и улыбнулся. Вспомнились вдруг школьные походы в лес, девчонки в косынках с поварешками в руках, водка, спрятанная на самое дно рюкзака, пачка сигарет и обязательная в таких случаях гитара. Нет, испытать те эмоции уже не получится никогда, но как же жаль, что нельзя остановить время… Хотя бы на недельку. Чтобы не нужно было никуда бежать и снова расставаться…

– Ты как? – Макс первым появился из пещеры, смерил меня внимательным взглядом, пожал плечами и уселся рядом.

– Нормально; карту нашли?

– Нашли, – Макс сунул в зубы трубку и перевел взгляд на выходящих из пещеры ребят. – Кости я тоже забрал – похороню их в Лесу.

– Он думал, что тот, кто их найдет, передаст жене. Саэрта ее зовут… или звали… из клана Серых Теней. У него еще дети должны были родиться. Но ты поступай так, как считаешь нужным. – Я выдохнул сквозь зубы дым и перевел взгляд на Макса: – Ну, что там с картой? Посмотрел?

– Нет, без тебя не хотел смотреть. Как-то неправильно, – он продемонстрировал мне свернутый в трубку свиток пергамента. – Вместе ходили за ней, вместе и смотреть будем.

– Ага, и яблоко тоже пополам, – улыбнулся я.

– Макс, давай уже, не томи, – поторопил товарища Луффи. – Мне тоже посмотреть охота, да и Таша уже беспокоится.

– Говорил Филатрим, что превратишься ты, друг, в подкаблучника, – разворачивая пергамент, сокрушенно покачал головой Макс. – Но кто же знал, что это случится настолько скоро… Ладно, давайте посмотрим.

Вот такой у меня друг. И плевать ему на все эти задания богов и прочую ерунду. Вместе влезли – обоим и получать, ну, или делить – тут как получится. А с яблоком этим вообще забавная история вышла в далеком пятом классе. Мы тогда оба в одну восьмиклассницу влюбились. Ну и решили объясниться ей в любви, а там пусть уже сама выбирает. Она на перемене на подоконнике сидела с яблоком в руках. Ну, мы подошли и объяснились… по очереди: я первый, он – второй… Она очень внимательно выслушала, потом не выдержала, прыснула, сунула нам яблоко и свинтила… Ладно, в сторону эту лирику.

Карта, к слову, оказалась довольно подробной. «Граница Великого Леса и Темной Империи» – примерно триста на четыреста километров. Рисовалась она до нашествия Древних, когда эльфы были еще единым народом, а границы Леса – совсем другими. То есть, если верить нарисованному, то Великий Лес отступил за эти две с половиной тысячи лет примерно на четыре сотни километров на запад. Пять замков, с десяток поселений, зеленая полоса: отдельно стоящие деревья, обозначающие, судя по всему, целые рощи, и раздувший щеки мужик в правом нижнем ее углу. Так, наверное, рисовали карты в древности на Земле, и художник не стал отходить от уже существующих канонов. Были тут фигурки зверей, волчьи морды, полуголые мужчины, и женщины с оленьими рогами, и четыре обозначенных красными черепами данжа. Квеста у меня не было, поэтому отметку, где хранится «посылка» я тоже видеть не мог.

– Вот, – Макс ткнул пальцем северо-восточнее того места где мы находились, – шестьдесят километров всего, и нам, Ром, по-прежнему по пути.

– Было бы странно, если бы он шел как-то по-другому, – покачал головой Пончик. – И что же, ты действительно больше ничего не видишь?

– Ты о данжах? – Макс кивнул на карту и перевел взгляд на разбойника. – Ну да… Я догадываюсь, что в них еще не было игроков, но карта-то никуда не денется. Придем когда-нибудь и…

– Вроде и кабака с девками вокруг нет, – ухмыльнулся Пончик. – Как?! Как, скажи мне, можно это не видеть?

– Ты о чем? Какой кабак, какие девки?