Star Wars: Преддверие бури - Алан Дин Фостер

Сопровождая действия яростными криками, пара солдат вновь бросилась атаковать Луминару. В этот момент произошло нечто непредвиденное: откуда-то издалека показалась вспышка лазерного огня, и через несколько секунд пара мертвых тел отлетела в сторону. Оружие нападающих разлетелось на мелкие части. Ошеломленные подобным поворотом событий, солдаты обернулись назад, а затем начали в ужасе разбегаться. По прошествии нескольких минут войско рассеялось, оставив за собой раненых и убитых. Улица опустела. Рассчитав траекторию, Баррисс плавно спрыгнула на землю и в то же мгновение обнаружила, что на нее смотрит улыбающийся светлоглазый юноша. Приветливо кивнув, он деактивировал световой меч и произнес:

— Я же всегда говорил, что утренние разминки необычайно полезны не только для тела, но и души. Приветствую тебя, Баррисс Оффи.

— А, Анакин Скайвокер! Да, помню я наши совместные тренировки… — С этими словами девушка поспешила к наставнице.

Другой незнакомец, пришедший с Анакином, уже осматривал рану Луминары.

— Все в порядке, — произнес он. — Ничего серьезного.

Луминара одернула одежду несколько более резко, чем того требовала ситуация.

— А вы рано, Оби-Ван, — сказала она. — Честно говоря, мы ожидали вашего прибытия не раньше послезавтрашнего дня.

— Дело в том, что корабль проявил себя с самой лучшей стороны и развил приличную скорость. — На площади появилось четверо прохожих, и Оби-Ван мгновенно напрягся. К счастью, от них не веяло ни Силой, ни опасностью. — А поскольку мы прибыли раньше, то рассчитывать на встречу в космопорте было бы довольно глупо, не находите? Вот мы и решили пойти, разведать, как у вас дела. Когда же условленное место оказалось пустым, нам осталось отправиться в утреннюю прогулку по городу. Именно тогда я почувствовал опасность, и чутье привело нас сюда.

— Не могу сказать, что не рада вашему приезду, — Луминара благодарно улыбнулась; это была та самая улыбка, которую Оби-Ван запомнил из своего прошлого. — Надо признать, ситуация довольно затруднительная.

— Вот именно, затруднительная, — отозвался Анакин. — Если бы учитель Оби-Ван и я…

Строгий взгляд учителя оборвал сентенцию на полуслове.

— Честно говоря, слабое беспокойство возникло с самого начала — когда я узнала об этом задании, — Баррисс медленно приблизилась к наставнице. — Я до сих пор не понимаю, почему на этой планете потребовалось присутствие нас четырех, а? Дело-то на первый взгляд казалось плевым — небольшие разногласия в среде местных жителей… — Беспокойство девушки ощущалось чуть ли не физически. — Но ранее вы говорили о каком-то более важном деле!

— Надеюсь, ты помнишь наш разговор, — терпеливо произнесла Луминара. — Видишь ли, кочевники — алвари полагают, что Сенат благоволит местному населению города. Но последние твердо уверены, что правительство Галактики встанет на одну сторону с кочевниками. Подобная позиция Сената привела к тому, что обе противоборствующие стороны начинают склоняться к одной очень простой мысли: если Ансион выйдет из состава Республики, то все внутренние конфликты можно будет решить без участия потусторонних сил. Судя по всему, вся ситуация движется именно в этом направлении. Кроме того, не стоит забывать и об интересах недоброжелателей… Наверняка они также хотят выхода Ансиона из Республики — это в значительной мере ослабляет ее мощь.

— Пока это только домыслы и слова, — произнесла Баррисс.

Луминара медленно кивнула.

— Верно. Но сам Ансион никогда бы не принял подобное решение. По причине существования огромного количества пактов, соглашений и альянсов… Выход Ансиона повлечет за собой непредсказуемые последствия. Честно говоря, данный вопрос интересует не только меня или Совет Ордена… Многие понимают, что Ансион просто обязан остаться в составе Республики. А лучший способ добиться этой цели — разрешить противоречия между местными жителями и кочевниками; в таком случае на планете вновь воцарятся мир и спокойствие. Являясь представителями воли Сената, мы найдем здесь большое уважение, но вовсе не дружбу. Кроме того, я полагаю, что подозрение также окажется нашим верным спутником. Учитывая сложность сложившейся ситуации, возможное присутствие потусторонних агитаторов и провокаторов… Совет рассудил, что две пары переговорщиков на Ансионе смогут принести гораздо больше пользы, чем одна.

— Ну, теперь мне стало понятно.

Тем не менее, Баррисс продолжала полагать, что за этой историей кроются гораздо более серьезные причины, чем простые противоречия между жителями и кочевниками. Возможно, Луминара имела приказ не открывать истинного положения вещей, думала падаван. Хотя существует и иное объяснение данных, сомнений: возможно, что за последнее время я стала слишком мнительной и осторожной. В любом случае, с этих пор мне следует уделять как можно более пристальное внимание политическим отношениям в Галактике. К примеру, почему некоторые силы за пределами Ансиона хотят видеть эту планету вышедшей из состава Республики? Неужели существует некая тайная причина, которая мне до сих пор просто неизвестна? В состав Республики входят тысячи тысяч гораздо более цивилизованных миров. Неужто исчезновение одного или даже нескольких из них способно повлиять на ход историй? Мне в это не верится, хотя кто знает, как обстоят дела в действительности?

Девушка понимала, что в данных рассуждениях ей не хватает какой-то очень важной информации; это обстоятельство и вызывало у нее ощущение глубокой неудовлетворенности. Но, судя по словам Оби-Вана, дальнейшие расспросы Луминары ни к чему бы не привели.

— Кто-то за пределами Ансиона совсем не хочет, чтобы наши переговоры имели место. Судя по всему, им крайне выгодны все те последствия, которые возникнут после выхода планеты из состава Республики, — Оби-Ван поднял взгляд на небо, которое покрылось кучевыми облаками. Вскоре джедаи ощутили первые капли дождя. — Для нас крайне важно знать источник подобных идей. Я предлагаю расспросить какого-то нибудь выжившего солдата.

— Да ведь это обычные бандиты, — возразил Анакин.

Ламинара впала в раздумье.

— Вполне возможно. Но в любом случае Оби-Ван прав: банда головорезов хотела во что бы то ни стало сорвать все переговоры. Но организатор наверняка действовал через подставных лиц. Если нам и удастся отыскать достойного языка, он может абсолютно ничего не знать.

— Кажется, вы правы, — вынужден был признать падаван.

— Так значит, ты был и на Набу? — спросила Баррисс у Скайвокера, устав от рассуждений взрослых джедаев.

— Конечно, — в голосе молодого Анакина сквозила нескрываемая гордость.

Странный он какой-то, подумала Баррисс. Странный, но… не отталкивающий. Судя по всему, его раздирают внутренние противоречия…

Тем не менее, внутренняя Сила чувствовалась за версту, и это внушало девушке особое уважение.

— Скажи, сколько ты в падаванах у учителя Луминары? — спросил он.

— Достаточно долго, чтобы знать одну простую истину: те, кто не закрывают своего рта и без умолку трещат, обычно абсолютно ничего не слышат.