Сказка для Алисы - Сергей Беляев

Внучку она забрала у маминой подруги через два дня после трагедии и увезла в другой город. Девочка тогда была совсем маленькой.

По словам бабушки, в наследство Алине досталась приличная сумма, но деньги так и лежали на банковском счёте.

У самой бабушки с деньгами тоже всё было в порядке. По её словам, в цирке она работала скорее «для души». На крупные покупки, вроде новой машины или большого дома, который бабушка сама распланировала и строительство которого через пару месяцев должно было завершиться, она денег не жалела. Хотя, в целом, Алина с бабушкой жили довольно скромно, и ничего другого и не желали.

И сегодня Алина впервые осознала, насколько нравилась ей эта жизнь, с многочисленными бабушкиными друзьями, глупыми комедиями и сказками, которые бабушка могла рассказывать бесконечно…

Бабушка первой нарушила молчание:

–Я понимаю, что ты чувствуешь, и не хочу ещё больше тебя пугать… Но тебе нельзя здесь оставаться…

–Но, ба!..– начала было Алина.

Уже в который раз бабушка оборвала её:

–Послушай, я всё ещё верю, что у нас всё будет хорошо. Но всякое может произойти. Нас ищут. И круг будет постоянно сужаться, пока не превратится в точку. И тебя в этой точке быть не должно…

–Но без тебя…

–Да не спорь ты, в конце концов! Пока они, полагаю, знают лишь планету… Но я могу и ошибаться. И поверь мне: это не кино, где всемогущие злодеи не могут уничтожить несчастного мальчишку! Уверена – если бы не те, кому ты… мы нужны живыми, от этой планеты уже ничего бы не осталось! Там не привыкли мелочиться – они…

На этот раз Алина не дала бабушке договорить:

–Кто не привык мелочиться? Твои знакомые – экстрасенсы?

Девочка устремила на бабушку испытующий взгляд. Как она и ожидала, бабушка осеклась, а затем, шумно вздохнув, запрокинула голову и прикрыла глаза.

–Давай так… – в её голосе вдруг почувствовалась усталость.– Если тебе будет суждено, ты всё узнаешь. А если нет, то просто считай, что твоя бабушка была психически нездорова и сама запуталась в своих сказках… Только кольцо не снимай!– вдруг добавила она.– Сама тебя успокаиваю, и сама же пугаю,– бабушка тихо засмеялась, но в этом смехе не было привычного веселья.

Алина ошарашенно смотрела на неё, а бабушка продолжила:

–Хоть тут идти всего ничего, на этот раз я вызову тебе такси. Пожалуйста, езжай домой, будь другом… А завтра я зайду, и дальше разберёмся…

Алина поняла, что своими протестами лишь расстраивает бабушку, которой, видимо, и так нелегко. Ещё раз получив заверения, что завтра они обязательно увидятся, девочка уехала.

Встреча немного успокоила Алину, и ближе к утру она уснула. На этот раз, к счастью, безо всяких снов.

Выпроводив девочку, Анна закрыла дверь и подвернувшейся под руку зажигалкой открыла пиво так, что пробка улетела в потолок. Поставив полупустую бутылку на один из многочисленных комодов, она достала из шкатулки, которую принесла из дома, медальон – старинную позеленевшую монету на тонком кожаном шнурке.

Неторопливо опустошив бутылку, она направилась к книжному шкафу в коридоре, и уже через минуту оказалась в подвале, среди развешанных по стенам картин. На этот раз дверь за собой она закрыла.

Очертив мелом на полу круг и начертав рядом с ним какие-то странные знаки, она, зажав в кулаке медальон, уселась в центре, скрестив ноги. Если бы кто-то наблюдал за ней следующий час, то мог бы поклясться, что она не дышит…

На следующий день Алину разбудил звук поворачивающегося в замочной скважине ключа. Проспала она почти до полудня.

Уже через десять минут они с бабушкой пили чай на кухне. Бабушка была задумчива и немного рассеяна, но старалась улыбаться. А ещё она смотрела на девочку как-то странно – Алина не помнила у неё такого взгляда, и снова встревожилась.

Когда девочка спросила про дальнейшие планы, бабушка лишь пожала плечами:

–Я заскочила ненадолго, для того, чтобы передать тебе это,– бабушка сняла с шеи какую-то старую монету на шнурке и протянула девочке.– Надень его сейчас, и не снимай…

–Что это?

Алина с любопытством рассматривала монету, на которой был начертан какой-то странный знак в языках пламени. Раньше она никогда её не видела.

–Талисман, на удачу,– ответила бабушка.

–Может…

Алина хотела в очередной раз начать расспросы, но бабушка оборвала её:

–Всему свое время!

–Да когда оно придёт, это свое время?!– не выдержала Алина.

Бабушка грустно улыбнулась:

–Может, очень скоро, а может и нет – видно будет!

После небольшой паузы она продолжила:

–Кстати, мне нужно уехать… Не всё получилось так, как я рассчитывала. Надо… Короче, мне надо уехать!

Алине вновь стало не по себе. А когда бабушка сказала, что уезжает надолго, тревога девочки почти переросла в отчаяние. Видя, что Алина на грани, бабушка заварила ей свой особый травяной чай, да и себе налила чашку – это был верный признак, что она тоже не в своей тарелке.

–Береги себя, если с тобой всё будет хорошо, то и со мной всё будет в порядке,– с этими словами бабушка встала и направилась к двери.– Да, кстати, возьми вот это,– она протянула Алине, которая после отвара была словно заторможенная, свернутый вчетверо листок бумаги.– Накидала по-быстрому. Это мой хороший знакомый, он должен о тебе позаботиться. Ему можешь полностью доверять…

На прощание бабушка крепко обняла девочку и дверь за ней захлопнулась.

Алина бессильно опустилась на пол. Машинально развернув листок, она увидела нарисованный карандашом портрет. Несмотря на явную спешку, получилось очень даже прилично – этой грани бабушкиных талантов Алина раньше не знала.

На портрете был изображен мужчина лет сорока, с приятными чертами, умными глазами и зачесанными назад волосами. Его лицо, почему-то, казалось печальным.

Следующие несколько дней Алина ругала себя, что так и не смогла узнать у бабушки, куда та уехала. Её телефон молчал.

Объявление и поиски кольца, к которым подключилась учительница и почти весь класс, пока результата не принесли.

Алина побывала в гостях у бабушкиного друга, дяди Паши, бывшего циркового силача, который вынужден был завершить карьеру из-за травмы. Он заехал через день после бабушкиного отъезда и отпросил девочку из школы. Дядя Паша был большой весельчак, и Алина дружила с его детьми, двойняшками Олей и Колей. Чувство юмора было у них семейное – они всё на свете могли превратить в веселье. И несмотря на то, что настроение у Алины было неподходящее, она живот надрывала от их проделок. Обычно жертвой становился дядя Паша, который в ответ на шалости сам смеялся до слёз, и густым басом грозился отомстить… Пара дней, проведённых в их доме за городом, немного привели девочку в чувство.