Живые тени ваянг - Стеллa Странник

Катя крепко сцепила ладони в замок, пытаясь сконцентрировать все свои мысли. Известие о гибели Паулы потрясло ее. Что же теперь делать? Полететь в Амстердам? И что? Что там она скажет чужим людям? Что тоже — такая же чужая? А Вилли? Что может она для него сделать? Быть опекуном? Исключается! А может, стать няней и утирать ему нос платком? Мысли беспорядочно носились, но правильное решение в голову не приходило.

— Но ведь у ней никого нет! — с чувством отчаяния воскликнула она.

— Это не так, — Буди старался говорить как можно мягче, зная о ее способностях взрываться по пустякам. — У нее есть коллеги по работе, и друзья… Вот, например, Николина… Да и деньги на похороны тоже есть… Думаю, все формальности будут соблюдены по закону: ее сын — единственный наследник, споров об этом не будет. Ну, а то, что он еще несовершеннолетний — это не важно. Вступит в права позже…

— Подожди, а с такими отклонениями в развитии он может являться наследником? И как он будет защищать свои интересы?

— Я вижу, что у тебя вопросов возникает все больше и больше… Хорошо, давай будем думать вместе. — Буди пододвинул стул поближе к столу и тоже сложил ладони в замок, рядом с Катиным. Как негласный знак солидарности.

— Я думаю о том, как помочь Вилли, ведь он не обычный ребенок… А это требует большого внимания…

— Да, согласен с тем, что в приюте с ним никто не будет заниматься индивидуально…

— И я о том же…

Катя немного помедлила, как будто сомневаясь, а потом несмело предложила:

— А если его усыновить?

— Вообще-то, иностранные граждане имеют право на усыновление детей, правда, при соблюдении целого перечня требований… В первую очередь это должна быть не одинокая девушка, или — парень, а — семья, и желательно с опытом воспитания детей… То есть, со своими детьми, за исключением случаев, когда супруги не могут их иметь… Важные моменты — уровень дохода и жилищные условия, а это значит, что у семьи должно быть отдельное жилье, а не комната…

— Я поняла, Буди…

— А лучше всего сейчас связаться с Николиной, узнать, что там происходит, и взять у нее телефоны социальной службы, а может — и босса Паулы. Это не помешает. А тебе хорошо подумать, что именно ты хочешь, и в зависимости от этого и действовать. Катя, ты всегда сможешь вернуться к этому вопросу… Когда созреешь…

— Да, надо позвонить… Эх, жаль, что с жилой площадью у нас не богато, — начала она рассуждать. — Вот если бы была отдельная квартира…

Буди так и подмывало сказать ей о том, что у Паулы есть квартира в Питере, и он даже знает номер телефона, а значит, легко узнает и адрес, но… Но он дал слово не говорить об этом. С другой стороны… Может быть, Паула бы и не возражала, если после смерти некоторые ее тайны будут раскрыты?

Щелчок замка на входной двери прервал их размышления. «Отец пришел, — подумала Катя, — а у меня еще не все готово к ужину…» Она резко встала из-за стола и быстрым шагом пошла на кухню, чтобы доделать начатый салат и поставить на плиту чайник.

Буди пошел следом за Катей и остановился в проеме арки, соединяющей кухню с закрытой лоджией, служившей столовой. Он стоял и смотрел, как ловко расправляется она с темно-зеленым огурцом, нарезая его на ровные полукольца. Интересные в России огурцы, с пупырышками, может, и поэтому идет от них необычайный аромат свежести… На его родине они великанские — размером с баклажан… Много есть всяких фруктов… А вот огурцов таких нет.

— Что-то вы сегодня невеселые… — Георгий Дмитриевич, как всегда, разделся в прихожей по-солдатски. Такая привычка сохранилась с юности, когда они с Сонечкой жили еще в общежитии, а там нужно было везде успевать: и в университет на лекции, и на рынок за продуктами, и на кухню, где стояла всего одна плита на весь этаж.

— Добрый вечер, Георгий Дмитриевич, — Буди оторвал взгляд от кухонного стола. — У нас сегодня не самые лучшие новости…

— Что случилось? — отец семейства подошел к Кате и потрогал ее лоб. — Не заболела? Твой румянец на щеках мне не нравится!

— Папа, я уже взрослая… Я не та маленькая девочка, которую нужно водить за ручку в садик…

— Ну вот, опять начинаешь кипятиться…

Именно в этот момент засвистел чайник, и Катя рассмеялась:

— Это не я кипячусь, а чайник… А если серьезно… Папа, сегодня мы узнали о том, что погибла Паула…

— Паула? — он явно был много наслышан о ней, а значит, дочь делилась с отцом своими «девичьими секретами». — И как это произошло?

— Она была за рулем, и вместе с машиной упала с моста в воду…

— Да… Какие неожиданности подстерегают нас… Живем, живем, и не знаем, где и когда закончим свой путь, за каким поворотом… И оказывается потом, что мы совсем не ценили эту удивительно прекрасную жизнь. Вместо того, чтобы наслаждаться ею — корили себя сомнениями, убивали себя недовольством…

— Папа, я вот думаю сейчас, чем можно помочь ее сыну…

— Ты сначала немного успокойся, в таком состоянии не принимают серьезных решений, — сказал он. — Пусть пройдет несколько дней…

— Вот и я говорил ей об этом, — Буди продолжал подпирать арку, не решаясь войти на кухню.

— Ладно, уговорили. — Катя поставила салатницу с аппетитным содержимым на обеденный стол. — Правда, я хотела бы поговорить с Николиной. Буди, у тебя есть ее телефон?

— Да, конечно…

— Пап, а как дела у тебя?

— Прекрасно, дочка, прекрасно… Сегодня разговаривал по телефону с профессором Кардапольцевым. Он еще кое-что узнал о нашей родословной, обещал сегодня сообщить новости.