Клятва истинной валькирии - Райчел Мид

Лео ждал их у выхода на посадку. Он прилетел из Портленда чуть раньше – чтобы они могли сесть на один самолет. Но с Мэй он все равно держался настороженно и отчужденно. После взлета Джастин спросил его:

– Как запись? Что-нибудь понятно?

Лео откинулся в кресле и нахмурился.

– Нет. Я провел стандартную экспертизу – все возможные тесты. Потом нестандартную – ту, что обычно провожу.

Говоря о работе, он преображался. Куда девалась его холодность!

– Но я еще пару людей знаю, спрошу у них. Ты, главное, не волнуйся. Я им, конечно, собственно запись не покажу. Мне нужна информация по камере, которая снимала. Мы с этим разберемся, не бери в голову. Вопрос – когда.

– Может, на месте получится разобраться, – уточнил Джастин. – Хотя бы сможем понять, как убийца проник в закрытую изнутри комнату.

Тут он усмехнулся:

– А потом взял и превратился в дымную тень…

Лео кивнул в ответ:

– Ну, это-то вообще не вопрос. Если они, конечно, не убрали все и ничего не переделали. Потому как в усадьбе, где мы были в прошлый раз, с записями с камер был полный бардак.

– Я не виноват, не смотри на меня так, – ответил Джастин. – Это все полиция! Они же раньше нас туда добрались…

Потом они надолго замолчали. Джастин уткнулся в ридер – читал досье жертвы. Мэй могла бы просто помолчать, но она вдруг почувствовала, что ей непременно нужно наладить отношения с Лео. Если им дальше вместе работать, то Лео не стоит обмирать от одного ее присутствия.

– Извини, я так и не поняла – ты давно женат? – спросила она.

Понятное дело, подробные комментарии Джастина насчет того, как «удачно» Лео выбрал место жительства и супруга, она опустила.

Лео осторожно покосился:

– Два года уже.

Она улыбнулась. Может, и не так обаятельно, как Джастин, однако ее все-таки неплохо учили очаровывать людей приятными манерами. Благородных девиц из каст учили быть радушными хозяйками и дрессировали на славу.

– Наверное, виноделие – это очень интересно.

– Времени очень много отнимает, – коротко ответил Лео.

Вообще-то так светскую беседу не поддерживают. Нужно же давать собеседнику, от чего оттолкнуться в следующей реплике!

– Однажды я там отдыхала. Правда, мы останавливались на ферме поближе к морю. И ездили оттуда по разным местам, пробовали вино. Красота…

Она сама не знала, зачем начала говорить о той поездке. Возможно, просто хотела разговорить Лео. Она не часто вспоминала о том путешествии, а сейчас рассказала – и ее затопили воспоминания. Запах океана. Кричащие над берегом чайки. Вкус «Пино гри» – они купили его у виноторговца, который продавал его прямо из гаража. Солнечный свет на лице. Прикосновение простынь к голой коже – они долгие часы проводили в постели…

Лео снова что-то неохотно пробормотал в ответ, и Мэй решила попытать судьбу в последний раз:

– А как вы встретились?

И тут Лео, к ее удивлению, вдруг встрепенулся – и принялся рассказывать все в мельчайших подробностях!

– Я увидел его в первый раз в «Лай-Вейл». Это такой бар, в Ванкувере. Туда только по спискам пускают, и знаменитости туда часто ходят. А я должен был там с девушкой встречаться, а она опаздывала. Поэтому я просто подошел к стойке и заказал себе выпить. Один раз выпил, второй, третий. Потом вдруг понял, что эго-то я дома забыл! Представляете, какой позор? Да еще в таком пафосном месте… Хорошо бы подружка пришла поскорее и заплатила… Но тут рядом со мной за стойку сел Доминик и сказал: не волнуйтесь, я за этого человека заплачу. Я пытался что-то там возразить, мол, скоро подруга придет, а он ни в какую. А что делать? Оставалось только благодарить его раз за разом. Я пообещал, что мы с ним созвонимся, и тогда уж я за него заплачу. А он сказал: а давайте лучше поужинаем вместе. Я согласился… ну и вот. С тех пор мы неразлучны.

Мэй улыбнулась, причем искренне:

– Потрясающе!

Лео кивнул и тут же одеревенел снова. А потом встал:

– Сейчас приду.

Пропустил в узком проходе стюардессу и пошел в туалет.

Джастин, не отрывая взгляда от ридера, поинтересовался:

– Кто это был?

– Кто именно?

Мэй не поняла, кого он имеет в виду – Лео или Доминика.

– Любовь твоя, с кем вы на море ездили. Какой-нибудь викинг с девяткой в индексе?

– Почему ты решил, что это была моя любовь?

– Друзья не снимают домик на берегу моря. Им такая романтика не нужна.

– А я ничего про романтику не говорила.

– Да по голосу все было понятно.

Наконец он посмотрел на нее.

– Ты потеплела – вся, целиком. Голос, улыбка, лицо.

И он еще некоторое время смотрел на нее, а потом снова уткнулся в ридер.

– Да ладно, не волнуйся. Можешь не распространяться о своих делишках и бывших любовниках. В смысле, можешь молчать и думать, что я ничего не узнаю. А я узнаю. Потому что ты сама не замечаешь, как выдаешь всю подноготную.

Умом Мэй понимала: ввязываться в спор бесполезно. Джастину просто не хватало внимания, и он таким образом его выпрашивал. Надо было просто отвернуться и промолчать – самое ужасное наказание для ее спутника. Ему удалось задеть нечто сокровенное – какую-то струну, что ли. Она зазвучала, и Мэй не сумела промолчать:

– С чего ты решил, что он мой бывший? Откуда ты знаешь, может, мы еще встречаемся? – требовательно вопросила она.

– В таком случае ты бы сказала «мы с бойфрендом». А ты сказала просто – «мы». И вот еще что. Я знавал женщин, которым изменить мужу или любовнику легко. Но ты не такая. И если бы у тебя был кто-то, ты бы не искала приключений на одну ночь в Панаме.

– А ты действительно отлично анализируешь вводные, – пробормотала она.

Если бы Джастин с таким же энтузиазмом делом занимался, то давно бы уже все убийства раскрыл.

– Однако ты весьма скептически отнесся к рассказу Лео.

Джастин презрительно фыркнул:

– Еще бы. Это же глупость полная. Он все выдумал.