Дикие карты. Книга 6. Туз в трудном положении - Джордж Мартин

– Давайте, давайте! Делайте ставки. Не на урода-джокера – его расплющат.

Коп дергается: это Блез тянет за связь, соединившую человека с квартероном-такисианцем.

– Он не станет помогать джокеру. Он их тоже ненавидит. Я это знаю. Я у него в голове.

– А потом понаехала масса полисменов – и Блез узнал границы своих способностей, – продолжил Поляков, не догадываясь, что Тахион уже все прочел.

Таха продрала дрожь при мысли о том, что в самом конце эпизода Блез управлял девятью людьми. Пределом для самого Тахиона был полный контроль над троими – и это при крайнем напряжении всех физических и умственных сил. «Девять! А ему всего тринадцать. И я его обучал». Он встретился с неподвижным упрямым взглядом надувшегося парнишки.

– Чейкен с любопытством наблюдал всю сцену и заинтересовался тем, что мое теперешнее имя не соответствует тому, которое он помнит. Я наплел им, что поменял имя, поменяв образ жизни, но если они не полные идиоты, то это проверят.

– Твои документы?

– Очень хорошего качества, но один вопрос не там, где надо, или фотография, показанная не тому, кому надо…

Поляков выразительно пожал плечами.

– Тебе надо бежать. Из страны. Если тебе нужны деньги, то я…

– Нет. Я приехал сюда с определенной целью. Я не уеду.

– А как же я?

– Ты не важнее меня. То, что я делаю, делается из веры в идеал – возможно, смешной веры. Это слово должно быть тебе понятно, Тахион. Ты используешь его в качестве ругательства, веришь в него. Мы довольно похожи. Нам обоим присуще благородство. К сожалению, оно всегда оплачивается кровью.

– Ты не имеешь права использовать Блеза. Я запрещаю!

Поляков чуть приподнял брови, а его губы изогнулись в чуть заметной горькой улыбке.

– Я сделаю все, что захочет дядя Джордж! – проверещал Блез.

– Скорее я тебя убью, – заявил Тахион, глядя прямо в глаза русскому.

– Я тебе не враг, Танцор. Враг – он.

Толстый палец ткнул в потолок – в направлении апартаментов Хартманна, расположенных семью этажами выше.

20.00

Стоя так, что листья пальмы падали ему на лицо, словно челка, Маки Мессер смотрел, как Сара с тем мощным хером выходят из ресторана.

Она целый день не давала к себе приблизиться: держалась в толпе, так что у него не получалось застать ее одну. Он был уверен, что она наверняка отправится в тот номер, где жила с ниггером, чтобы принять душ: бабы повернуты на чистоте. Он никогда не видел «Психоз» и потому не догадывался, что в такой ситуации женщина из одного с Сарой поколения сделает подобное в последнюю очередь.

При воспоминании о том, как он прикончил щеголя-ниггера, его губы растянулись в улыбке. Как это было приятно – резать рукой кости! Однако прилив адреналина уже прошел. Он проголодался. Он смог найти Сару только ближе к полудню, в парке с джокерами. У него даже не было возможности пробраться на кухню какого-нибудь ресторана и стащить какой-нибудь еды. В течение всего этого дня голод подпитывал в нем бессильную злобу, которая все нарастала.

«Вот сука! Я должен ее убить. Нельзя подвести Человека». Ему придется очень скоро что-нибудь делать – что-то жестокое, – чтобы дать выход своим чувствам.

И вот теперь она и ее новый приятель пошли к лифтам, рука об руку. Идут наверх трахаться: бабы все одинаковые.

Он последовал за ними, снуя между делегатами, которые не удостаивали вниманием кривобокого парнишку, и оказался у лифтов вовремя, чтобы увидеть, как они зашли в одну из кабинок, дверь которой закрылась за ними.

Он громко захохотал.

– Да! Чудно, чудно!

Теперь осталось только проследить, на каком этаже они выйдут. А потом он их отыщет.

Он облизнулся. Хорошо бы они уже начали трахаться, когда он их найдет. Он представил себе, как большой член мужчины входит в Сару, а его жесткая рука входит в этого типа, и чуть не кончил.

Спиртное, усталость и плотный ужин сделали свое дело. У Сары подгибались ноги. Она привалилась к Джеку в кабине лифта, несущегося вверх. Джек закрыл глаза, борясь с приступом головокружения, а потом вспомнил про пузырек с валиумом у себя в чемодане и мысленно улыбнулся.

Сара явно еле на ногах стояла. Она моментально отключится, а ближе к утру Джек намерен был выползти из постели, достать валиум, растворить пару таблеток в апельсиновом соке, заказанном в номер, и скормить это ей на завтрак.

Такая доза, по его мнению, нейтрализует эту непредсказуемую личность на большую часть пятницы – если вообще не на весь день.

Джек провел Сару по галерее, огибавшей высокое фойе, а потом по короткому коридору, который вел к нему в номер. Снизу доносились аккорды «Пианиста». Сара перешагнула через порог и остановилась. Из-за переброшенной через плечо тяжелой сумки ее вело в сторону. Джек повесил на дверь табличку «НЕ БЕСПОКОИТЬ», закрыл и запер ее и обнял Сару из-за спины. Несмотря на выпитое, тело у нее было напряжено, как туго сжатая пружина. Он убрал спутанные пряди с ее шеи и начал целовать ее в затылок. Какое-то время Сара не реагировала, а потом вздохнула и повернулась к нему. Он поцеловал ее в губы. Она ответила не сразу, но в конце концов обняла его за шею, приоткрыла рот и впустила его язык.

– Ну вот, – сказал Джек с широкой улыбкой, – когда ты помогаешь, получается лучше.

Это была цитата из «Иметь и не иметь»: Баколл сказала эти слова Богарту.

Сара не улыбнулась.

– Мне надо в ванную. Я сразу вернусь, ладно?

Джек смотрел, как она неуверенно ковыляет к ванной. Его начало охватывать уныние. Все происходящее слишком сильно напоминало его второй брак.

Он снял пиджак и налил себе виски. Сначала было слышно, как в ванной льется вода, потом стало тихо. Может, она приводит в порядок прическу или макияж. Может, сидит на унитазе и заново переживает гибель своего друга.

Джек закурил и вспомнил, как впервые увидел насильственную смерть: тогда их рота попала под немецкую контратаку на шоссе номер 90 между Авеллино и Беневенто. Он помнил, что после пережитого тоже не ощущал особой тяги к сексу.

Он мысленно выругался. Эта ночь обещала стать весьма унылой.

Дверь ванной открылась. Входя в комнату, Сара адресовала ему отважную улыбку. Она причесалась и подкрасилась и теперь не походила на то чучело, которое сидело напротив него за ресторанным столиком.

Джек затушил сигарету и шагнул к ней. Он уже собирался обнять ее, когда прямо у нее за спиной сквозь стену прошел юный горбун в кожаной куртке. Ухмыльнувшись, паренек ринулся вперед, вставив вперед руку, словно копье.

Не задумываясь, Джек приподнял Сару, сделал полуоборот и бережно бросил ее на диван у себя за спиной. Воздух заискрился золотым сиянием Джека. Раздался звук, похожий на пронзительный визг пилы, попавшей на клин, вбитый в древесину. От этого звука у Джека волосы встали дыбом, а в тело хлынул адреналин. Повернувшись к незваному гостю, он прочел на бледном юном лице потрясение. Джек замахнулся на кроху кулаком – удар был довольно слабым, – и во вспышке желтого света кожаного парня отбросило к стене ванной комнаты. Столкновение получилось достаточно сильным, чтобы привести к переломам. Паренек рухнул на пол тряпичной куклой.