Книга пяти колец - Константин Зайцев

— Прекрасная работа. Рисовал настоящий мастер, она будет отличным дополнением к моей коллекции. Ты знаешь, кто автор? — славьтесь боги и духи, ей понравилось. Спасибо тебе, дядя Хван, за помощь и тебе, дядя Йи, за твое мастерство. Пусть твое посмертие будет легким и приятным.

— Да, Кумихо, автор — Цао Йи, старший брат Цао Хвана, ныне погибший.

— Не знала, что его брат — такой талант, хотя его семья всегда обладала хорошим вкусом. — Она дернула за шнур, и в ту же секунду в дверях оказался старый скорпион, которому она жестом приказала забрать подарок. Плавным движением опытного бойца он стремительно и в то же время с большим достоинством забрал подарок.

Стоило слуге уйти, как я спустился в купель. Первая часть переговоров прошла успешно, теперь главное — не облажаться и не сглупить во второй.

— Кумихо, — я поклонился ей вновь. — Я согласен на твое предложение, но хочу сразу уточнить некоторые детали.

— Приятно слышать слова разумного молодого человека, — ее глаза внимательно изучали меня, считывая каждое мое движение, каждое изменение мимики. — Вина? — она улыбнулась сквозь свою шелковую маску.

— Благодарю, но чуть позже. Вначале я бы хотел решить все вопросы. Какие условия будут у меня и чем конкретно я за это заплачу. — Очень плохо, хотелось дать себе леща, глядя на то, как ее глаза заледенели. Чертова азиатская любовь к обтекаемым формулировкам.

— Ты станешь спящим — агентом, которого нефритовые магистраты могут призвать для выполнения задач. Твои первоочередные задачи — закончить академию в числе лучших и попасть в Академию Земли и Неба. — Пока вроде не страшно, это соответствовало и моим планам. Но зачем ей я?

— Могу я узнать, зачем? — ее взгляд чуть потеплел, немного отошла или же играет со мной.

— В Империи зреет заговор, и мы ищем везде. Твоя кандидатура прошла сито проверок, ты точно не можешь участвовать в заговоре, а если тебя введут в посвященные, нам же лучше, — она обворожительно улыбнулась и продолжила. — Ты будешь отчитываться передо мной или перед человеком, на которого я укажу. Взамен после окончания Академии ты получишь хорошее назначение, тебя введут в нужные круги и, — она взяла паузу, — ты сможешь выполнить мечту своего деда — основать источник Крови. Будешь действовать правильно, становление цюань — дело нескольких лет. — Охренеть. Просто охренеть, за такое она бы купила настоящего Ву Яна со всеми потрохами, а значит, я должен показать, какой я восторженный идиот.

— Я согласен! — с низким поклоном воскликнул я, чтобы она не видела, что творится с моими лицом.

— Отлично, Ян, до твоего отплытия в академию у нас с тобой будет много времени, — говоря это, она провела ладонью по своему бедру. Черт, да она издевается. Кровь бурным потоком прилила к низу живота. Спокойно, парень. Глядя на нее, я в параллель вспоминал самые жесткие и тяжелые способы разминки суставов. А она, скользнув рукой вверх, провела по своей груди. Гребаные гормоны! Мне чертова куча лет, а реагирую, как малолетка, впервые увидевший голую женщину! Глядя на мою борьбу, она ухмыльнулась и совершенно другим тоном продолжила. — Расскажи о себе, Ву Ян, не опоясанный шан девятого поколения. Расскажи, что за инструмент мне попался, чтобы я лучше понимала, как с тобой обращаться, — на последних словах она улыбнулась настолько сладко, что не рвануть к ней мне удалось лишь за счет воспоминаний об оборотне-таракане из мира темных грез.

— Кумихо, — я специально замялся, замедляя дыхание. — Мне покровительствует кто-то из моих предков, и он силен настолько, что может изредка контролировать мое тело. — Она оценивающе посмотрела на меня и сказала:

— Тебя надо показать инквизиторам. Они оценят, насколько он опасен, и, если он будет мешать, проведут ритуал экзорцизма, — на ее слова в моей голове раздался дикий хохот. «Инквизиторы изгонят меня от моей крови? Лучшей шутки не слышал, наверное, тысячу лет». И снова этот выродок умолк.

— Госпожа, — я вновь поклонился, — в этом нет нужды. — Повернув руку, я указал на едва заметный шрам в виде крысиного следа. — Местная Мать Крыс назвала меня другом, — и прежде чем скорпион успела что-то сказать, быстро продолжил. — Они с дедом знают друг друга много лет, а ее сын был побратимом моего отца.

— Друг крыс, — она задумалась на несколько мгновений, а потом сказала. — Ты любой ценой должен попасть в Академию Земли и Неба. Придется убить — убей. Придется подкупать — подкупи, не будет денег — обратишься к моему агенту.

— Кумихо, это не все, — она смотрела на меня еще более заинтересованным взглядом. — У Матери есть свой Видящий-недзуми, именно он рекомендовал ей оставить мне метку. Он сказал, что предок хранит меня от Скверны.

— Наш союз с тобой уже начинает приносить плоды. За одно утро я узнаю о Громовой жемчужине больше, чем за последние пару лет от моих агентов.

— Губернатор заключил сделку с Черепахами, — она меня перебила:

— Про политику можешь не рассказывать, тут я осведомлена прекрасно.

— Он затребовал у них нюхачей, а мне приказал наблюдать и учиться у них, — продолжил я, несмотря на запрет.

— Ох уж эти воины Стены, — она развернулась ко мне спиной, открывая отличный вид на ее шикарную задницу, и налила себе вина. Стараясь действовать как можно тише, я сглотнул слюну, а жар внизу был настолько нестерпимым, что хотелось просто наброситься на нее. Нефритовый магистрат как ни в чем не бывало развернулась и продолжила:

— Нюхачи Черепах полезны, учись у них, чему сможешь. В академии тебе это пригодится. После открытия второго кольца начнем подбирать тебе подходящий Путь. Теперь, как ты понимаешь, выбор у тебя стал намного больше, — она отсалютовала мне чашей.

— Понимаю и благодарю за это.

— Я расскажу тебе одну притчу о моем клане, чтобы ты лучше мог нас понимать. Ее рассказал мне учитель, а ему его учитель, — она медленно приблизилась и, прижавшись ко мне всем телом, начала шептать на ухо:

— Когда-то на берегу реки жил маленький лягушонок. Однажды мимо проходил скорпион и спросил лягушонка, не перенесет ли он его через реку. Лягушонок сказал: «Нет. Ибо если я это сделаю, ты ужалишь меня». На что скорпион ответил: «Я этого не сделаю. Потому что в таком случае мы оба утонем». Лягушонок увидел мудрость в словах скорпиона, поэтому он позволил ему забраться себе на спину и поплыл через реку. Примерно на полпути он почувствовал болезненное жжение в спине… Лягушонок почувствовал, как яд скорпиона проник в его сердце, и, когда смерть приблизилась к нему, они оба начали погружаться в холодную воду. — Ее шепот на мгновение замолчал, а я старался лишний раз не дышать. Она чуть двигалась, соприкасаясь своим телом с моим. Через секунду, устроившись поудобнее, она продолжила:

— Как раз перед тем, как его нос скользнул под волны, лягушонок сказал: «Скорпион, теперь мы оба утонем!» Но скорпион улыбнулся. — Кумихо отстранилась от меня, осмотрев, словно впервые, и продолжила:

— «Но, маленький лягушонок, я умею плавать». У тебя большое будущее, Ву Ян, — сказала она, проведя своей ладонью по моему лицу. — И хорошая выдержка, она тебе очень пригодится.