Турнир - Роман Пастырь

— И в мыслях не было.

— Не ври. У тебя был шанс. Сейчас тоже есть. Я в плохом состоянии.

— Старик… — я запнулся, но потом решил забить. Старик, он и есть старик, в любом теле. — Ты это говоришь слишком уверенно. Мы оба знаем, что убить тебя в этом теле я не могу.

— Ты мог бы рискнуть. Но не рискнул, а значит, твоя разумность и осторожность победили.

— Что дальше?

Здесь и сейчас у меня не было козырей, чтобы давить и самому рулить ситуацией. Теперь, захватив это тело, старик получил власть надо мной. Как и надо всем доминионом, чего уж. Одно его слово, жалоба семье — и случится бойня.

Сделать я с этим ничего не мог. У меня нет знаний, которые позволяют без помощи Эара и его храма перейти в другое тело. Возможно, в этом могли как-то помочь пустые таинства, но из того, что я знал, даже наметок не было, каким образом.

— А дальше… — старик-парень замолчал и завис на пару минут. — Сложно это, брать тело под контроль, — пояснил он, когда пришел в себя. — Раз уж до драки не дошло, предлагаю продолжить союз.

— Внимательно слушаю.

Не вполуха же ему внимать.

— На новом месте мне потребуются союзники, пусть и из самого низа. Мало ли какая-то ситуация сложится. Взамен я помогу вам обрести свободу и самостоятельность.

— Старик… Как к тебе хоть теперь обращаться?

— Сарко… Меня зовут Сарко. Надо привыкнуть к этому имени. Тебе тоже. Больше никаких стариков, — сказал он повелительно.

Чем изрядно меня напряг. Дорвавшись до власти, как далеко Герцог решит зайти?

— Хорошо, — ответил я, не собираясь начинать конфликт. — Сарко.

— Господин Сарко Тон, с поклоном — на людях обращайся только так, иначе не поймут, — сказал он с нотками усталости в голосе.

Казалось, Герцог ведет внутреннюю борьбу. Или скорее впопыхах старается разобраться в чужих воспоминаниях. По себе знаю, что процесс это сложный, с кучей нюансов, и есть все шансы потерять часть памяти. Что в скором времени неизбежно приведет к проблемам.

— Как скажешь, Сарко. Но за дурака меня не держи. Все козыри у тебя на руках. Мы, выходцы из отсталых земель, никак тебе помочь не сможем.

— А вот здесь ты ошибаешься, Эрано. Твой дар видеть тайное и скрытое, понимать суть вещей — это великое подспорье. Ты сильно недооцениваешь эту способность. Я и сам смогу разобраться с тем, с чем столкнусь, но с тобой будет быстрее.

— Где мои гарантии, что ты не предашь?

— Нет гарантий. Но я не давал повода мне не доверять.

Это трудно признать, но старик прав. Единственный наш конфликт — это борьба за тело. Сейчас, когда он перешёл в другое тело, конфликт исчерпан. Вот только смущает, не захочет ли старик подчистить концы. Убей нас — и никто никогда не узнает, кто он такой на самом деле.

— К тому же у тебя нет выбора. — усмехнулся старик, всё больше и больше беря тело под контроль. — Как ты объяснишь своим внезапное изменение решения? Кая почувствует, если соврешь. А так с турника соскочить не получится. Если проиграешь, Кая в это тоже не поверит. Да и не хочет она оставаться здесь. Так как поступишь, Эрано? Доверишься человеку с настолько темной репутаций? — подался он вперед и заглянул мне в глаза, рассмеявшись.

Я подсознательно ждал старческого, каркающего хохота, но это был утонченный, юношеский смех. Звонкий и чистый.

— Время подумать у меня ещё есть, — ответил я. — Пора бы и разойтись. Иначе подозрения вызовем.

— Ты прав. Можешь идти. А я пока здесь посижу.

***

За дверью стояли солдаты. Дороманцы и урсувайцы, по два человека с каждой стороны. Дороманцы смерили меня подозрительными взглядами, а наши… Они тоже встретили не особо дружелюбно и велели идти за ними.

Один факт того, что я ожидал, будто меня проводят на выход, говорил о внутреннем раздрае. Какой выход, о чём я? Интерес посланника к рядовому солдату — событие, мимо которого власть придержащие люди не могли пройти. Вели меня к герцогу.

Далеко идти не пришлось. Герцог ждал здесь же, во дворце.

Не первый раз вижу этого мужчину и до сих пор мнение о нём не составил. Выглядит он простовато. Если сравнивать с Кристианом — тот как гора мышц, воплощение физической мощи. Герцог же смотрится как обычный дядька, пусть и с короной на голове. В которой он был всегда, когда попадался мне на глаза.

Волосы были с завитушками, каштанового, темного цвета. Щёки выдавали любовь к алкоголю и еде. Сам он казался пухлым, но при этом не выглядел толстяком. Скорее как воин, когда-то способный удивить развитым телом, но позабывший те времена. Главное, что его отличало — это умные глаза.

Встретились мы в просторной комнате с большими открытыми окнами с видом на сад. Герцог сидел за столом и вкушал фрукты. Что-то спелое, сочное и красное. Когда я вошёл, он как раз укусил плод, брызнул сок и потёк по его бороде.

— Ваша светлость, — поклонился я.

— Юный Эрано, — посмотрел он на меня.

Посмотрел и замолчал. Продолжил есть фрукты, молча разглядывая. Уж не знаю, что он там себе думал, но этот акт психологического давления меня ничуть не впечатлил.

Странное же дело. Темный Герцог и правда ничего плохого мне не сделал. Знаниями поделился, выгодную сделку предложил. Как я ни крутил ситуацию в голове, видел лишь, что получаю один прибыток. При этом меня не покидало чувство, что я хожу по острию ножа в пещере у свирепого монстра, который способен убить меня в любой момент.

Я никак не мог отделаться от этого чувства, сам не знаю почему. Может, потому что восхищался тем, как Герцог всё провернул? Он десятки лет назад замыслил гениальную аферу, открыл путь к перерождению, собирался начать всё сначала и… Чуть не проиграл, по злой иронии попав в одно тело с ловцом знаний. Точнее, на тот момент он проиграл. Но старик не сдался, восстал, составил новый план, отказался мстить и выбрался из ситуации с большим прибытком. Из того, что я знаю, кандидатура посланника, если он полностью захватит его тело и разум, наилучшая из возможных.

Превратить поражение в столь громкую победу, обмануть всех и сорвать большой куш — разве это не достойно восхищения? Разве это не показатель его гениальности?

Поэтому я и боялся. От такого игрока сбежать не получится, и, если он замыслил в отношения меня и Каи что-то дурное, плохо дело.

А ещё меня пугала его готовность меняться. Если его история не ложь, то изначально стариком управляла жажда мести. Иначе не объяснить, почему он выбрал именно это тело и зачем так подставился. Ведь конфликт с Кристианом — очень опасное дело. Но что я вижу? Старик сам отменил условие убить Изгоняющего. Сам признал, что пока не тянем.

И вот это пугало вдвойне. Если человека ведут сильные эмоции, это опасно, но легко просчитывается. Если же он способен отказаться от своих обид, то от него можно ждать чего угодно.