Харон: Дракон в воротах. Медуза: прыжок тигра - Джек Чалкер

— Эта девушка — Зала, или Кира, как ее там — и в самом деле тревожит тебя? — участливо поинтересовалась Дарва.

Я кивнул:

— Только не Зала. Она просто смазливая глупышка. Но еще Корман предупреждал меня о ее второй половине. Я всегда хотел познакомиться с ней и вот добился своего. Ну и зрелище! Не приведи Бог столкнуться с ней, когда она в плохом настроении.

— Наверное, мне никогда тебя не понять, — вздохнула Дарва. — Сначала ты вывел ее из себя, перепугал до смерти, а теперь недоволен. Почему? Разве Кира не такая же, как ты?

Я резко повернулся, готовый вспылить или по крайней мере съехидничать, но вовремя остановился. Дарва попала в самую точку. Я взял себя в руки и быстро успокоился:

— Да, отчасти ты права. Конечно, таких монстров я еще не встречал, но она очень напоминает идеального агента. Когда-то я представлял себя именно таким. Никакой морали, никакой рефлексии, никаких чувств — вообще ничего! Вот чего добились яйцеголовые биологи, когда вывели своего Франкенштейна о двух мозгах! Все человеческое в нем принадлежит глупышке Зале, а мозг Киры — настоящий компьютер, не обремененный такими пустяками. Кира… Когда я говорил с ней, то видел не человека, а… а самого себя. СИДЯЩЕГО ГДЕ-ТО В ОДНОЙ ТРЕТИ СВЕТОВОГО ГОДА ОТСЮДА, продолжил я мысленно.

Действительно, чем же отличается Кира от этого наблюдателя? В промежутках между заданиями с полустертой психикой и памятью он являл собой поистине жалкое зрелище. Вечный плейбой, завсегдатай богатых казино и борделей. Разница между мною и этим субчиком лишь в том, что, завершив свою миссию, я буду вынужден навсегда остаться здесь и бороться за существование, а он вновь окунется в свои проказы и шалости. С другой стороны, Кира, испытавшая все на собственном опыте, и не подозревает, что ее двойник-маска представляет собой нечто большее, чем она сама.

Техника, при помощи которой создали Залу — Киру, оставалась загадкой даже после многочисленных исследований. Не считая необычной конфигурации микроорганизмов Вардена, никаких отклонений от нормы не было. Однако это был не психический, а физиологический феномен.

Увидеть идеального убийцу и понять, что этот уродец олицетворяет именно те качества, которыми ты Прежде гордился, — такое может ошарашить любого. Я и сам, не имея ни веры, ни принципов, искренне считал себя отважным борцом за всеобщую справедливость. Харон меня многому научил и разрушил былую уверенность в собственной правоте. Мои цели не изменились в первую очередь потому, что противник был мне омерзителен — а не только из-за безграничной преданности Конфедерации. Интересно, испытали ли нечто подобное мои двойники на Лилит, Цербере и Медузе? Про себя я мог сказать только одно:' лишь здесь я стал истинным человеком, и хотя слабее, чем Кира, но зато гораздо более цельным.

Объяснить свои душевные терзания Дарве оказалось непросто, она так и не смогла понять меня. Что поделать — Дарва не была рождена для ВЕРЫ.

Видимо, этим я и отличался от Киры. Я был верующим с рождения, но, хотя утратил своего идола, взамен обрел человечность. Здесь, на Хароне, я был превращен в животное, зато возродился подлинным человеком. Кира была превращена в машину, да так и осталась машиной. Навсегда.

В известном смысле она вынудила меня присмотреться к самому себе — и благодаря этому в конце концов я познал свободу. Последние оковы затверженных догм и стереотипов пали. Как и крошечный доктор с Цербера, я разорвал путы прошлого и сознательно стал союзником Думониса, потому что наши интересы в данным момент совпадали.

Впервые я всерьез заинтересовался своей особой и, к огромному удивлению, при помощи ВА различил крошечное устройство из органики, вживленное в укромном уголке моего мозга. Я претерпел фантастическую метаморфозу, познал дикую жизнь в джунглях — оно выдержало все. Так что ты, наверное, слышишь меня, мой двойник… Моя Кира.

* * *