Шаги Командора - Алексей Волков

Улочка как раз немного поворачивала, и там, пока невидимая, уже скрывалась вожделенная дверь. Но сердце внезапно вздрогнуло, словно предчувствуя дальнейшее, и уже затем нам навстречу вышла небольшая смешанная компания.

Ее я увидел сразу. Какое увидел – почувствовал каждой частицей души и невольно застыл. Судя по всему, та компания вполне могла направляться в наш кабачок. Столица, тут женщине не зазорно заглянуть в заведение. Правда, в сопровождении мужчин.

– О! Наш благодетель! – громогласно заявил Калинину пожилой мужчина из числа тех, кто был с Нею. Говорил он на немецком. – Рад видеть вас в здешнем прекрасном городе! Не откажетесь ли пропустить чарочку вина вместе с мелким коммерсантом?

Ну, точно, они же ехали вместе!

– Разве чарочку. – Аркаша посмотрел на нас. На лице его промелькнула понятная досада. Мол, испортят часть дружеского вечера. – У нас свои дела и разговоры.

В противовес ему Юрка сразу отметил мою реакцию и взглянул на компанию более заинтересованно.

Но и выражение лица мужчины тоже изменилось.

– Я так понимаю, случай свел меня с известнейшим Флейшманом и с фельдмаршалом и графом Кабановым?

– С князем, – машинально поправил я.

Раз уж удостоился этого титула. Совсем недавно за завоевание Крыма. А мои ближайшие сподвижники: Гранье, Ширяев, Сорокин и Клюгенау стали графами. Или графьями? Да и захотелось произвести впечатление на незнакомку, которая частенько приходила во снах. Она не выдержала первой, смущенно отвела взгляд. Даже в сумерках ее глаза казались мне ярче любых звезд.

– Безмерно рад! Вы не представляете, насколько я рад знакомству! Герр Калинин ни словом не обмолвился, что имеет честь знаться с такими людьми!

Ну, понеслось! Напрасно говорят, будто в сердце лесть отыщет уголок. Весьма часто похвала в лицо раздражает. Особенно похвала чрезмерная. Я вообще не любил, когда передо мной прогибаются, а уж когда превозносят до небес!..

Но помимо навязчивого типа, вернее, типов, желавших добиться благосклонности людей, близких к Петру, тут присутствовала Незнакомка, а уж ради нее я был готов претерпеть и не такие неудобства.

Спустя минуту мы уже восседали за сдвинутыми столиками заведения, и обслуживал нас лично хозяин кабачка Жюль. Из числа моих бывших флибустьеров, но по возрасту ушедший на покой и осуществивший мечту многих морских бродяг – завести свое питейно-общепитовское дело. Частные кабаки властями поощрялись не особо, но уж нашему соратнику…

Разумеется, окрутить старались больше Юрку, как главного нашего по финансовым, торговым и производственным делам. Однако довольно много внимания перепадало и мне – все-таки и чин, и титул, и известность. Не то чтобы я был тщеславен, да все-таки в победе над шведами есть и моя немалая заслуга. Тут просто быть вельможей моего ранга значит чересчур много. А еще с моим именем…

Если бы не девушка, то в подобной компании я напустил бы на себя высокомерный вид и любые попытки беседы со мной были бы погашены в зародыше. Нам, князьям, все простительно и все нипочем. Однако девушка… И я даже изволил шутить порою, а в остальное время пожирал ее глазами. А уж, глядя на меня, Юра за компанию вынужден был казаться чуть добрее, чем он обычно ведет себя с подобного рода публикой.

Девушку звали Софией. Разумеется, Софой – внешность у нее была характерная. Но было в ней что-то от моей первой супруги. Наверно, потому и такое впечатление. Все-таки юность, светлая любовь, и так ли важно, во что чувство превратилось спустя годы? Хотя моя жена по паспорту считалась украинкой. Кто знает? В те годы мы не заморачивались вопросами национальности. Да и теперь тоже. Однако вероисповедание определяет многое.

Мне было не до вероисповеданий и национальностей. Я просто любовался милым лицом и был счастлив. Вот уж не думал на старости лет, а ведь угораздило. И награда ли это, расплата, кто знает?

Кажется, все складывалось нормально. Да, я не очень молод, зато мой титул, заслуги заставляют женщин на время позабыть о подобных мелочах. Даже мое семейное положение пока не отпугивает. Пока – раз дальше разговоров и обмена взглядами дело не идет. А как будет дальше…

Дальше не было никак. Ахмед влетел в кабак тем самым татарским гостем, хуже которого никого нет, подскочил ко мне и тихо, деликатности хватило, проговорил:

– Вас княгиня. Говорит, очень срочно. Письмо от лорда пришло. Там очень важное.

Просто так Мэри беспокоить не станет. О поводе для ревности она настолько быстро узнать не могла, что я решил отдохнуть с друзьями, прекрасно знала, следовательно, новости действительно серьезные.

Ну почему я не могу принадлежать себе, как все нормальные люди? Или, точнее, я смог бы сейчас жить, как все?