Дети небес - Вернор Виндж

«Так, теперь еще и слуги!» Равна вернулась на верхний этаж, побродила по отполированному паркетному полу, постояла у окна. В ранние годы у Детей были серьезные проблемы с использованием чисто физических устройств, систем столь тупых, что пользователь просто обязан был понимать, как они устроены. Она вспомнила, как часты были в ту пору обморожения. Ей все время приходилось втолковывать Детям, что о своей физической безопасности и комфорте они должны позаботиться сами. Внизу это было суровой правдой жизни: даже планирование не могло полностью устранить необходимость тяжелого физического труда.

Ее новое положение существенно усложняло работу с кораблем, но было, по правде говоря, просто роскошным по сравнению даже с условиями жизни Детей. Осуществив переворот, Невил не прекратил политических маневров. Улыбчивый и обходительный Били наверняка прекрасно понимал это.

На лестнице возобновился шум: грузчики Ингвы покоряли второй этаж. Но мебель они туда тащить не стали, начав с ковров: Равна с ужасом уставилась на нечеловеческих размеров сверток, который занял весь лестничный пролет. Ингва, Ёркенруд и остальные чудовищными усилиями затащили его в комнату и расстелили там. За ними на лестнице мялась стая с молотками и ящичком гвоздей в зубах. Она узнала Винтозуба, владельца бара и шпиона Шкуродера. Неужели он и коврами промышляет?

– Привет-привет-привет, Равна, – сказал Винтозуб, одновременно кивая всем людям. Он наскоро что-то прикинул, развернул ковер и послал четверых элементов придерживать уголки. Один наблюдал со стороны и координировал их действия. Стая проворно развернула ковер в нужное положение. – Ой, не совсем ровно. – Он попытался еще раз. На третий раз ковер лег как надо, и Винтозуб приколотил его к полу, зажав молоток и гвозди в зубах и лапах. Уголки все еще не выровнялись, но ведь никто и не заподозрил бы в Винтозубе эксперта по коврам.

Впрочем, при одном взгляде на сам ковер все претензии отпадали: это не была фабричная продукция с незамысловатым орнаментом, но настоящее произведение искусства, наверняка изображавшее классические мотивы стайного фольклора. Равна опустилась на колени и пощупала ворс. Анаморфные, наложившиеся друг на друга изображения, в общем-то, мало значили для Равны, но ковер выглядел чертовски дорогим. Традиционным способом его пришлось бы изготавливать долгие тысячи когте-часов. Равна поднялась и заметила, что Били остался к Винтозубовым хлопотам вежливо-равнодушен.

– Хэй, он великолепен, не так ли? – спросил Винтозуб. Хотя формально он обращался к Равне, два его элемента смерили презрительным взглядом Били.

– Он прекрасен, – подтвердила Равна.

– Отлично, – сказал Били. – Техническая советница должна быть счастлива. Давайте затащим сюда остальную мебель.

– Вы, Били, вроде бы обо всем подумали, но…

– Да? – Его улыбка стала вопросительной.

«Тут думать особо нечем» – так сказала бы страумлианка.

Били кивнул:

– Ах да. Компьютеры, базы данных, коммуникаторы? Мы завтра тут установим телефон. Но помните, Равна, что все мы были в таком же положении, вдалеке от «Внеполосного-II». – Ганнон Ёркенруд едва слышно фыркнул, и Равна опять заметила на его лице едкую ухмылку. Остальные грузчики с непроницаемым видом слушали беседу. К лицу же Били Ингвы добросердечная улыбка словно приклеилась. – Не беспокойтесь, Равна. Мы предоставим вам хорошо оборудованное рабочее место в Новом Приемном Зале.

– Но мне в самом деле нужна выделенка, Били. Если вы хотите, чтобы я адекватно выполняла функции технического советника, то…

Ингва картинно воздел руки:

– Я знаю, знаю! Ваша помощь нам действительно очень нужна. Я думаю, Невил сейчас только и занят перераспределением приоритетов так, чтобы выделить и для вас участок работ. Уже через несколько дней Невил предоставит вам список заданий. Он мне сам это обещал. – Он выглянул в окно. Солнце уже почти село, был поздний вечер. – Нам нужно закончить до завтра, или вы совсем окоченеете.

Они ссыпались по лестнице. Только Винтозуб оглянулся на Равну – но она не двинулась с места. Равна помахала стае на прощание, и Винтозуб тоже ушел. Внизу возобновился шум. На сей раз он больше походил на громыхание водопроводных труб. Неужели это Били, Ганнон и ребята – или все же Винтозуб? Она с трудом подавила порыв спуститься по лестнице и посмотреть, чем они там заняты. Вместо этого она прошлась по комнате, подошла к широким окнам. Сначала ей показалось, что стекла лишены дисторсийных искажений, но теперь по ним бежала слабая рябь… ах нет, это теплый воздух из вентиляционных отверстий. Равна оглядела окрестности. В этом направлении стояло всего несколько домиков, и вида ничто не загораживало. Небо над темнеющей землей и черным морем было совершенно бесцветным. Она заметила пригоршню ярких звезд. Теперь она прикована к единственной планете, и случайная конфигурация ярких светил будет сообщать ей о смене времен суток или года… а вон там, совсем рядом с парой звезд, повисших над морем, самый важный участок небосклона. Ничем не примечательный клочок небосвода: даже в самые темные беззвездные ночи там с трудом можно было различить несколько тусклых пятнышек.

Всего в тридцати световых годах роится около сотни кораблей. Угроза нависала над их головами уже десять лет, влияла на каждое решение Равны, заставляла ее подгонять, вынуждать, готовить Детей и Когтей к немыслимому, невозможному: отражению атаки Погибели. А теперь-то что? Груз ужасной ответственности разом свалился с ее плеч, и Равну захлестнуло странное умиротворение.

На следующий день вестей от Невила не последовало. И на следующий. Несколько Детей наведались к ней в новое жилище, но ненадолго. Старшие удивленно осматривались, восторгаясь красотой интерьеров, и словно бы пытались нашарить отсутствующие стены.

Буря предыдущей десятидневки переместилась вглубь страны, помешав возвращению Йоханны со Странником. Антиграв исчерпал энергозапас, а оставалось пролететь еще не одну сотню километров. Не все беды стоило приписывать козням Невила.

Равна ежедневно посещала «Внеполосный-II». Били Ингва дал ей временный доступ в Новый Приемный Зал. Ночь мегаломаньячества осталась в прошлом. Невил придал грузовому отсеку более или менее прежний вид. Как и ожидала Равна, примитивные игровые консоли быстро утратили популярность, ведь то, что мог «Внеполосный-II» здесь создать, болезненно разнилось с воспоминаниями Детей о прошлом. Нынче тут резвились в основном стаи да еще младшие Дети. Ну и Тимор Ристлинг. Мальчишка почти не отходил от своей консоли, и даже прилипшая было к аркадам Белль Орнрикакиххм зачастую, утомившись, вытаскивала его оттуда. Тимор обычно даже не замечал появления Равны, а когда все-таки обращал на нее внимание, то принимался взахлеб фонтанировать деталями сеттингов и прочей геймерской эзотерики. Единственный преданный сторонник Равны полностью отстранился от происходящего, но, пожалуй, обрел экстатическое счастье. Остальные ребята не слишком охотно с нею общались. Может быть, глядя на нее, они вспоминали только великаншу с экрана на ужасном собрании. Поэтому в конце концов Равна села в публичной зоне грузового отсека и, обложившись устройствами доступа, с головой ушла в работу, не забывая, однако, держаться подальше от разделов архива, куда с нынешними своими «временными правами» не могла бы попасть. Разумеется, это исключало всякую активность в роли сисадмина. Существенно урезан был доступ к вычислительным ресурсам и поисковым движкам. Некоторые библиотеки она вообще не видела.