Вспомнить всё - Филип Киндред Дик

Никто в баре не двинулся с места. Все сидели за столами, с непроницаемыми лицами. Смотрели, как Рейнольдс махнул рукой – мол, зажгите свет. Тьма рассеялась, и окружающие предметы мгновенно обнаружили свои цвета и форму.

– Да выключите вы этот автомат, – резко приказал Рейнольдс.

Музыка мгновенно оборвалась на полуноте.

– Все эти люди – члены Корпуса, – объяснил он Кертису. – Мы считали информацию об этом месте у тебя в мыслях. Когда ты входил в кабинет Фэйрчайлда.

– Но я не предвидел этого, – пробормотал Кертис. – Никаких сигналов, ничего такого.

– Человек, который убил, – Анти-Пси, – сказал Рейнольдс. – Мы знаем про них уже давно. Долгие годы. Припомни, вы только после наших проб обнаружили защиту Патришии Коннли.

– Да, – согласился Кертис. – Вы брали ее ментальные пробы несколько лет назад. Телепат брал.

– Нам не нравится сама идея создания класса Анти-Пси. Мы не хотим, чтобы они стали классом, но нам любопытно. Мы обнаружили и нейтрализовали четырнадцать Анти-Пси – только за последние десять лет. И нас в этом поддерживает практически весь Пси-класс – за одним исключением. Только ты против. Однако проблема, видишь ли, в том, что талант Анти-Пси проявляется только в противостоянии Пси-таланту, который он сводит на нет.

Кертис все понял.

– Вам необходимо было испробовать способности этого человека в поединке с провидцем. Я провидец. А кроме меня, есть только один с таким талантом.

– Джули согласилась работать с нами. Мы рассказали ей о проблеме несколько месяцев назад. Представили ей неопровержимые доказательства того, что у вас с этой девушкой роман. Я не понимаю, ты что, и впрямь надеялся, что сможешь держать в тайне от телепатов свои планы? Так или иначе, но девушка мертва. И никакого Анти-Пси-класса не будет. Мы ждали, сколько могли, потому что не хотели уничтожать талантливых индивидуумов. Но Фэйрчайлд уже готовился подписать соответствующий пакет законов, поэтому нам пришлось начать действовать.

Кертис ударил – из чистого отчаяния, потому что уже в момент удара знал – не попадет. Рейнольдс скользнул назад, его нога зацепилась за стол, и он замешкался. Кертис прыгнул, разбил высокий холодный стакан с коктейлем Пэт и занес зазубренное стекло над лицом телепата.

Его оттащили.

Кертис вывернулся. Наклонился, сгреб в охапку тело Пэт. Она была еще теплой. Лицо оставалось спокойным, бесстрастным – пустая, выжженная изнутри оболочка, не отражающая ничего. Он вынес ее из бара на ледяную ночную улицу. Потом бережно опустил на сиденье машины и пролез за руль.

Он доехал до Школы, запарковался, внес ее в главное здание. Прокладывая себе дорогу в толпе ошеломленных сотрудников, добрался до детского крыла и плечом выбил дверь в комнаты Салли.

Она не спала. Она сидела полностью одетая. Сидела в кресле с очень прямой спиной. Завидев его, девочка вызывающе вскинула голову:

– Вот видишь? – злобно взвизгнула она. – Видишь, что ты наделал?

Он сначала даже не понял, что происходит. И потому не нашелся с ответом.

– Это ты во всем виноват! Из-за тебя Рейнольдс это сделал! Ему пришлось убить ее!

И она вскочила и побежала к нему, пронзительно вереща:

– Ты – враг! Ты пошел против нас! Ты хочешь, чтобы нам всем было плохо, плохо! А я все рассказала Рейнольдсу про тебя, и он…

Он вышел из комнаты, кричащая девочка осталась за захлопнувшейся дверью. Тяжелая ноша оттягивала руки. Он медленно шел по коридору, а истерящая Салли выскочила из комнаты и побежала за ним.

– Ты хочешь переместиться – и ты хочешь, чтобы я заставила Макаронину переместить тебя!

Она забежала вперед и заметалась по коридору, как рехнувшееся насекомое. По щекам текли слезы, лицо исказилось до неузнаваемости. Она бежала за ним до самой комнаты Макаронины.

– А я тебе не помогу и не надейся! Ты пошел против нас, против всех нас, и я никогда ни за что тебе больше помогать не буду! И я довольна – слышишь, ты! – я рада, что она умерла. И хочу, чтобы ты тоже умер! И ты умрешь, умрешь – потому что Рейнольдс тебя поймает! Он мне сам сказал! Сказал, что таких, как ты, больше не будет, и все теперь будет как положено, и никто, никто – ни ты, ни тупоголовые – не смогут нам помешать!

Он опустил тело Пэт на пол и вышел из комнаты. Салли помчалась за ним.

– Ты знаешь, что он сделал с Фэйрчайлдом? Он его парализовал! Теперь этот человечек вообще никогда ничего делать не будет, ха-ха-ха!

Кертис взломал закрытую дверь и вошел в комнату к сыну. Дверь закрылась за ним, и пронзительное верещание девочки разом стихло – только отдельные звуки доносились. Удивленный и заспанный Тим сел на кровати.

– Пойдем, – сказал Кертис.

Он вытащил мальчика из кровати. Одел его и быстро вывел в коридор.

Салли перегородила им дорогу, как только они вошли в комнату Большой Макаронины.

– Он вам не станет помогать! – завизжала она. – Он меня боится! А я ему запретила! Понял ты? Понял?!

Макаронина полулежал в своем массивном кресле. Когда Кертис подошел поближе, он поднял огромную пухлую руку:

– Чего ты хочешь? – пробормотал он. – А что с ней? – И он ткнул пальцем в неподвижное тело Пэт. – Она в обмороке или что?

– Рейнольдс убил ее! – восторженно заверещала Салли, нарезая круги вокруг Кертиса и его сына. – А потом он убьет мистера Перселла! Он всех убьет! Всех, кто пытается нам помешать!

Макаронина потемнел лицом. Щетинистые брыли налились кровью.

– Что происходит, Кертис? – тихо спросил он.

– Корпус захватил власть, – ответил Кертис.

– Они убили твою девушку?

– Да.

Макаронина с трудом принял сидячее положение и наклонился вперед:

– Рейнольдс правда хочет тебя убить?

– Да.

Макаронина заколебался и принялся облизывать толстые губы.

– А куда ты хочешь отправиться? – хрипло спросил он. – Я могу тебя переместить ну… на Терру, например. Или…

Салли делала отчаянные пассы руками. Детали кресла Макаронины вдруг пришли в движение и начали извиваться. Подлокотники хищно обхватили его, до боли врезаясь в трясущееся, как желе, брюхо. Бедняга рыгнул и прикрыл глаза.

– Я тебе покажу! – злым голоском пропела Салли. – Я знаешь, что с тобой сделаю? Смотри, пожалеешь!

– Я не хочу на Терру, – сказал Кертис.

И он поднял тело Пэт и кивнул сыну, чтобы тот встал рядом.

– Я хочу переместиться на Проксиму VI.

Макаронина отчаянно пытался принять решение. За дверью комнаты слышались осторожные шаги и тихие разговоры – члены Корпуса и сотрудники Школы тоже не знали, что предпринять. В коридорах топали и орали, бестолково метались туда-сюда.