Истребитель "Родина" - Евгений Прошкин

– Миссия может включить меня в экспедицию? Ну допустим… Допустим, они даже смогут мотивировать меня на убийство экипажа. Но не глупо ли это? Проще уничтожить сам корабль.

– Гораздо проще, – согласился Андрей. – Путь к Виктории растянется на семнадцать лет, все это время «Союз» и «Аполло» будут для Миссии легкой добычей. У тебя деньги есть?

Владимир, совсем сбитый с толку, достал несколько банкнот.

– Рубль. Отлично. – Андрей выбрал мятую бумажку. – Сколько здесь степеней защиты?

– Вроде, пять, – ответил Серый, не глядя.

– Это те, о которых знает каждый. И еще штук пять, известных только специалистам. Правильно?

– Наверное.

– Итого десять степеней защиты. Может, и больше. – Андрей помахал купюрой: – А это только рубль, Серый. Всего лишь рубль. Если ваш Малевич нарисует… нарисовал бы такой же… да хоть целый мешок… никто бы и глазом не моргнул. А лишний корабль, достигший Земли-2, – это гибель для Колыбели.

– Понятно, – буркнул Владимир. – И с тобой, и… ладно, пусть и со мной тоже. С нами примерно понятно. Но зачем им понадобился Дантист? И почему – здесь? Стартовая площадка находится как раз в Африке, не логичнее было бы отправить его на родину?

– Экипажи формируются в Европе и в Америке, – раздалось снизу. Катерина поднималась по лестнице с таким видом, будто обнаружила на первом этаже что-то новое. – Пришелец, а ты точно уверен, что это Дантист?

– В чем дело, Катя?

– Дантист коллекционировал резцы. Он ради этого и убивал, верно?

Андрей склонился над Малевичем и, откинув покрывало, пощупал ему губы.

– Либо наш Африка и тот маньяк – это разные люди, либо Дантист пересилил свою страсть, либо у него не было такой страсти, – прокомментировала девушка. – А если не было, то зачем?..

– Вообще это странноватая история, – откликнулся Владимир. – Экспертиза признала Дантиста вменяемым, иначе его не отправили бы на Шиашир. Но разве может быть нормальным человек, убивающий ради коллекции зубов?

– И уж если он такой задвинутый, почему эта коллекция престала его волновать? – настойчиво повторила Катя. – В тюрьме голову подлечил?

Андрей невольно вспомнил лагерных врачей. Умереть заключенному они бы не позволили, но заниматься здоровьем всерьез, тем более, здоровьем психическим – нет, не было у них такой задачи.

– Возможно, Дантист торопился? – предположил он. – Хотя выбить зубы покойнику – минутное дело.

– Уж одному бы он точно успел, – кивнул Серый. – Катюха, ты всех проверила?

– О том и речь, – сказала она.

– Значит, ты ошибаешься, Волков. Африка – не Дантист. Возможно, я рано делаю выводы, но мы с ним жили под одной крышей.

За воротами громко просигналила «Волга».

– Это майор, – объявил Андрей. – Вот он и прояснит.

– Да нет, с Африкой ты ошибаешься. Я пока еще в силах отличить клинического психа от здорового человека.

– Ошибаешься ты, Серый. – Он выглянул в окно: следом за «Волгой» у забора остановились два микроавтобуса с крестами. – Африку не нужно сравнивать ни со здоровым, ни с больным. Человеком, – закончил Андрей.

Канунников, помахивая бутылкой, шагал к дому и при этом что-то насвистывал. Не перестал он свистеть и когда открыл дверь, лишь взял ноту повыше. Удивился, стало быть. Затем последовало еще три удивления – майор переходил из комнаты в комнату и натыкался на новые тела.

– Богато, – процедил он, поднявшись на второй этаж. – О, и тут тоже!

– Что ты сказал? – обратился Владимир к Андрею. – Дантист – не человек?! Гад?

– Во как… – Майор встал посередине и протянул бутылку, предлагая ее всем сразу. – Что про Дантиста, Андрюша? Я как нельзя вовремя.

– Дантиста тоже ты рекомендовал?

– Почему «тоже»? Ах, да, – Николай, не дождавшись компании, глотнул сам и приставил бутылку к ноге. – Ну да, – проронил он. – Тоже.

– Потрясающий подбор кадров, – сказала Катерина.

– Ксена хотела нелюдей, – майор пьяно повел плечами. – Их она и получила.

– Так ты заранее знал, что Дантист не человек? – воскликнул Андрей.

– Я и сейчас этого не знаю. Только что от тебя услышал.

– Почему ты сразу о нем не рассказал?

– Неправда, Волков. Я тебе говорил. Кое-что. А ты бы хотел все сразу? С какой стати? Ты сам-то чем лучше Дантиста был? На тот момент, – уточнил Канунников. – Для меня вы были просто двое подопечных. Два равно мерзопакостных типа. Откуда я мог знать, что ты – мальчик со звезд? Да и он, как выясняется, не меньше тебя – звездный мальчик.

– Хватит пить!!! – не выдержал Андрей.

– Хватит, хватит, – пролопотал Николай. – Тут и тебе хватит, и мне. А у ребят еще спирт есть. Много. – Майор осклабился. – Эй, здесь тоже лежат! – крикнул он вниз.

– После освобождения Дантист с кем-нибудь встречался?

– Нет. Ну кроме тех, с кем и ты.

– Что значит «с кем и я»?! – прошипел Андрей.

– Девочки, пришелец. Хорошие дорогие девочки. Тоже уползали от него чуть живые, но – при зубах. Да ведь и ты никого больше не топишь, ага?

«Ага» майора Канунникова прозвучало столь выразительно, что Катя нахмурилась, а у Серого заиграли желваки.

– Если Дантист ни с кем не встречался, откуда он мог…

Андрей замолчал: в комнату вошли двое молодых людей. Они чувствовали, что прервали важный разговор, но служебные навыки у них были развиты превосходно. Коронеры с сосредоточенными лицами переложили Малевича на носилки и удалились.

– О телах позаботятся, – заверил Николай. – Мрамора не обещаю, но к студентам в анатомичку они не попадут. Если всех собрали, можете ехать, – напутствовал он перевозку. – Только баночку мне оставьте! Так что ты хотел сообщить, Волков? Или спросить?

– Я не понимаю, как Дантист… – Андрей замялся.

– Понял, кто он такой и зачем здесь находится? – подсказал Канунников. – И ты хочешь, чтобы я, сугубо земной майор, объяснил это тебе, космическому шпиону?

Андрей скрипнул зубами.

– Кстати! – Николай нагнулся и взял бутылку. – За космос!

У него в горле надолго заклокотала водка. Другой от такой дозы остекленел бы на месте, но Канунников, наоборот, стал трезвее.

– Я серьезно, Волков. За Дантистом присматривали, но полного контроля не было. Личных контактов не отмечено, ну и что? За контакты сетевые никто не поручится. Самое главное, что я знаю о тебе, я знаю от тебя же. А с Дантистом у нас душевных бесед не было. Не получалось как-то. Значит, версия у меня такая. – Канунников снова посмотрел на бутылку, но заставил себя отвернуться. – Когда вы прорвались через доберманов, Ксена окончательно убедилась, что наш пришелец, – глубокий поклон Андрею, – как есть натуральный пришелец, и приказала Дантисту уходить. По своей ли воле он тут бардак устроил, или по наущению Ксены – это я не в курсе. Мог и по своей, между прочим. Дима Саблин – человек не самый уравновешенный. То есть, тьфу… даже и не человек, выходит. Хотя на чем основана уверенность в его, так сказать, происхождении? – спохватился Николай. – Ну, зубы он выбивать перестал. Мелочь это какая-то, вам не кажется?