4НЕ - Василий Головачев

– Вот! – Назар поднял вверх карабин. – Это предупреждение.

Леонтий изменился в лице.

Волконская повернулась на сиденье, разглядывая ржавые полосы накипи на желтоватой жиже, узлы корней, кочки.

– Как вы думаете, что будет, если какой-либо зверь случайно попадёт в горловину?

– Его забросит куда-нибудь, – пожал плечами Леонтий.

– Уже не раз такое бывало, – подтвердил Назар. – И к нам вылетали птерозавры.

– Значит, ты согласен, что у нас есть шанс выпасть из канала у озера?

– Какая разница, согласен или не согласен? Будем действовать по плану.

– Но в соответствии с моими рекомендациями.

– Куда же мы без твоих рекомендаций.

– Я не это имела в виду, – с досадой сказала Фрося. – Портал не исчезнет, если в него попадёт зверь? Не схлопнется?

Леонтий почесал затылок в замешательстве.

– Честно говоря, я не рассматривал этот вариант… вообще-то не должен…

– Идёмте. – Назар перекинул карабин за спину, перескочил на сплетение узловатых корней лепидодендрона, протянул руку Фросе:

– Прыгай, я подхвачу.

– Я сама.

Фрося прыгнула. За ней то же самое, хотя и неуклюже, сделал Леонтий. Начали осматриваться, ища глазами облако мутной непрозрачности. По словам физика, вход в горловину «щупальца» не должен был «отскочить» далеко, и у всех теплилась надежда, что он действительно находится где-то рядом. «Лишь бы не на большой высоте!» – посетила Назара пугающая мысль. Усилием воли он эту мысль отогнал.

Обошли квадроцикл, потихоньку погружающийся в болотную жижу. Из накипи и мшистых бугров то и дело высовывались какие-то жуки и черви, над открытым участком болота с водным окном зависла стрекоза размером с козлёнка, трепеща полуметровыми крыльями, и Назар мимолётно подумал, что укус её челюстей вполне может отхватить полруки.

Двинулись ещё на один круг, уже не обращая внимания на пропитавшиеся водой ботинки и штаны.

Назар шёл впереди, увязая в мякоти кочек, тыкая перед собой отломанным суком какого-то сухого растения, и не раз ставил ногу на кочку, которая вдруг ныряла, издавая бульканье, либо отплывала в сторону.

Больше всего, однако, мешали не шаткие опоры кочек и жуки, а кустарник и заросли хвощей, заполонившие пространство между растительными великанами. Приходилось протискиваться между щетинистыми ажурными арками и шипастыми кружевами, цеплявшимися за костюмы, а также отмахиваться от насекомых, падающих сверху, превосходивших родичей двадцать первого века в пять-десять раз.

Сделали второй круг, остановились отдышаться на поваленном стволе «сосны», разглядывая измазанные грязью и зеленью физиономии друг друга.

– Парник! – с чувством сказал вспотевший Леонтий, пытаясь вытереть лицо, но лишь больше размазывая грязь. – Со школы помню, что в мезозое различий в климатических поясах не было, и на всей Земле был ровный жаркий климат.

– Нам это поможет?

Леонтий озадаченно посмотрел на свою испачканную руку.

– Было много болот…

– Мы в центре одного из них. Есть идеи насчёт того, где искать горловину?

– Она может быть где угодно.

– Спасибо за консультацию. Если она в воде, то будет поглощать воду, так?

– Ну-у… да.

– А поскольку этого мы не видим, не поискать ли дырку в пространстве повыше, в ветвях деревьев?

Леонтий задрал голову, разглядывая верхний ярус леса.

– Минуту, посмотрите-ка туда! – Волконская показала рукой. – Ничего не видите?

Справа в двух десятках метров из мшистого бугра выступала группа странной формы деревьев, покрытых бесформенными клочьями не то мелкой листвы, не то еловых иголок. Их стволы сужались кверху конусами, а внизу превращались в узловатые оплывшие бочки толщиной в несколько обхватов.

Одно из этих деревьев (предков знаменитых болотных кипарисов) двоилось и расплывалось, будто видимое сквозь линзу.

– Портал! – радостно воскликнул Леонтий.

Близкий рёв заставил всех вздрогнуть.

Путешественники оглянулись.

В чаще лепидодендронов и сигиллярий заворочалась некая туша, и над нижним ярусом папоротников выросла гигантская фигура ящера, напоминающего кенгуру с мордой удава. Его чешуйчатая коричнево-жёлтая кожа поблёскивала в лучах низкого солнца, а огромные глаза величиной с голову человека горели зловещим оранжевым пламенем. Он по-птичьи быстро повернул сдавленную с двух сторон голову размером с лошадь, глядя на людей то левым, то правым глазом, и раскрыл пасть, полную кинжаловидных зубов, издав визгливый рёв.

– Чёрт! – побледнел Леонтий. – Это ещё что за дьявольское отродье?! Тираннозавр, что ли?

– Я его отвлеку! – сказал Назар. – Как только побегу и он обратит на меня внимание – бегите к порталу!

– Хромов…

– Нарзан, ты хотела сказать? – улыбнулся Назар, не спуская глаз с пятиметрового исполина. – Всё будет хорошо, я вас догоню.

Рука Волконской нашла его руку. Он погладил её, набрал в грудь воздуха и метнулся влево, к ряду кочек, выходящих к упавшему дереву.

Ящер заметил его рывок, тяжеловесно развернулся с грацией танка, перешагнул двухметровую перистую поросль папоротников и бросился за бегущим человеком. При каждом шаге его хвост, увенчанный шипастым наростом, дёргался из стороны в сторону, как маятник, и это выглядело бы смешно, если бы не подоплёка происходящего: хищник гнался за добычей!

– Он его… – начал Леонтий хрипло.

– Бегом! – подстегнула физика Волконская. – Не отставайте!

Они помчались по кочкам и гниющим стволам каламитов к зарослям предков кипарисов, больше похожих на гигантские морковки или баобабы, проваливаясь по колени в жижу, а то и по пояс, стараясь не шарахаться от разбегавшейся во все стороны водно-болотной живности.

К счастью, на их манёвр древний обитатель мезозоя не обратил внимания, целеустремлённо настигая добычу, поэтому до пузатых «морковок-баобабов» беглецы добрались без проблем.

– Он! – просипел задохнувшийся от бега Леонтий. – Портал!

Это и в самом деле было мутноватое облако входа в «щупальце», висевшее между двумя исполинами на высоте двух метров. Оно дышало и мерцало, словно сигнализируя пассажирам, «высадившимся» недавно на квадроцикле «для временного отдыха», о своём местонахождении.

Назар в это время резко повернул назад, остановился перед поваленным и полузатопленным стволом какой-то «сосны», заметив, что отставший преследователь смотрит на спутников. Очевидно, слабенький головной мозг ящера определил наличие менее активной добычи.

– Эй! – крикнул Назар, вскакивая на ствол и поднимая карабин. – Я здесь, урод!