Сады Солнца - Пол Дж. Макоули

– К чему хлопоты с переправкой людей сюда, если их придется везти назад в случае вашего отзыва на Землю? – заметил Эуклидес.

Затем он грациозно развернулся и подошел к шкафу, где за стеклом висела нагрудная пластина скафандра, украшенная причудливым рисунком.

– Это одно из «Семи превращений кольцевой системы» Мунка, последнее в серии. Вы знаете его? В смысле Мунка? Он здесь до войны был одним из крупнейших художников.

– Я мало знаю об искусстве, – сказала Шри.

– Я тоже. Но этот парень, кажется, дока в своем деле. Угадайте, кто мне подарил картину, а? Ни за что не догадаетесь. Это наш с вами приятель с давних лет.

– Лок Ифрахим, – предположила Шри.

– Либо у вас волшебная интуиция, либо вы знаете что-то, неизвестное мне.

– Это простая логика, – возразила Шри. – У нас с вами немного общих знакомых. Мистер Ифрахим – единственный, имеющий доступ к украденным предметам искусства. Я полагаю, он добивается вашего расположения.

– Я должен признать, временами он бывает полезным. Этой картиной раньше владел глава военной администрации Камелота на Мимасе, полковник Фаустино Маларте. Помните его? Он оказался замешанным в скандале с контрабандой искусства и отсылкой домой.

– Я не интересуюсь политикой.

– Я знаю. Вас не заботит то, что важно для других людей, – заметил Эуклидес. – Вы интересуетесь лишь своей работой. Кстати, это не упрек, а простая констатация факта. Это значит, что я могу свободно разговаривать с вами о политике, поскольку вы никак не сможете использовать сказанное мной. В общем, старина Маларте попал под следствие. И в том немалая заслуга нашего приятеля Ифрахима. По сути, он и дал толчок делу, хотя так искусно и хитро, что большинство ничего не заметило. Дела полковника расследовали и обнаружили злоупотребление полномочиями. И вот, когда он ожидал позорной отсылки на Землю и суда, его убила парочка дальних. Вам и в самом деле ничего не известно?.. Вижу, что нет. А история примечательная. Один из убийц – член сената Камелота, помогавший Маларте завладеть тем, что полковник отсылал на Землю. Вторая – любовница Маларте. Она спала с ним, чтобы спасти пару родных от тюрьмы – но они все равно попали туда. А полковник был в таком дерьме, что дальние, в сущности, оказали ему неоценимую услугу: спасли от неприятности в виде трибунала и расстрельной стенки. Что, честно говоря, меня разозлило. Маларте – отпрыск семейства Пессанья, а мы, Пейшоту, очень не согласны с ними буквально во всем. Сочный скандал с трибуналом вприкуску был бы таким чудесным пятном на их репутации. А теперь у них свой мученик за Землю. Но я не потому приказал казнить убийц. Нельзя позволять дальним убивать наших людей, пусть даже лгунов, насильников и мошенников.

– Мне кажется, вы пытаетесь извлечь мораль из своего рассказа, – сказала Шри.

– Да, сейчас подойду к ней, – согласился Эуклидес. – Эта пластина – среди лучшего, награбленного Маларте. Лок Ифрахим спас ее и подарил мне. Само собой, я тут же ее проверил. И знаете что? Оказалось, это подделка. Любовница Маларте была ученицей Мунка. То есть либо дальние обманывали полковника и подсовывали фальшивки, либо Лок Ифрахим заставил любовницу сделать фальшивку в обмен на возможность отомстить полковнику. Его убили на складе, где он хранил награбленное в ожидании рейса на Землю. Женщина добыла код доступа на склад и дождалась полковника там. Расследование пришло к выводу, что она украла код. Но я бы не удивился тому, что код ей подсунул мистер Ифрахим. Этот хитрый сукин сын избавился от Маларте, наложил лапы на очень ценную картину и устроил дело так, будто оказал мне большую услугу. Кроме того, он изловчился пристроить свою подругу, капитана Невес, на место начальника охраны Камелота. Этот Ифрахим – игрок. Но я внимательно наблюдаю за ним. Однажды он оступится – и я окажусь рядом. И поднесу ему его же голову на блюде.

Шри не особо ужаснулась услышанному. Она уже давно привыкла к интригам, соперничеству и уголовным наклонностям верхушки альянса. Дипломаты, чиновники, подрядчики и старшие офицеры систематически грабили города и поселки дальних, а Эуклидес безжалостно давил и угнетал, будто тюремщик наихудшего сорта.

Великая Бразилия внесла главный вклад в победу – и не была великодушной и терпимой к побежденным. Города, перешедшие на сторону Земли до войны и оставшиеся нейтральными, сохранили тень независимости, но их жители не могли никуда выехать без разрешения – а его давали редко. Их постоянно проверяли и обыскивали, ограничили доступ в сеть, запретили собираться в группы больше чем по пять человек и тому подобное. На Дионе ситуация была еще хуже. Там почти всех дальних загнали в тюремный лагерь, называвшийся Новый город, конфисковали почти все имущество, подвергали постоянным допросам и проверкам, вода, пища и все необходимое были строго рационированы. Если верить Эуклидесу Пейшоту, строгость – единственный способ добиться покорности. Но как раз поэтому между оккупантами и администрацией свободных городов постоянно возникали трения. К тому же знания и умения дальних пропадали попусту.

А политическая обстановка становилась все хуже для дальних. Альянс планировал перевезти так называемых особо опасных заключенных – включая выживших членов правительства Дионы – в особый лагерь на Луне. В Новом городе проводили полномасштабное тестирование новой программы «нулевого роста»: всем старше двенадцати лет принудительно вживили противозачаточные имплантаты. «Зеленые» радикалы в бразильском правительстве полагали, что мало заключить дальних в лагерь и ограничить во всем. Нужно еще лишить их возможности иметь детей. И не надо массовых казней, лагерей смерти – но будет медленное, гуманное, контролируемое угасание. Затем последний генетически модифицированный человек умрет, а с ним умрет преступление против эволюции, затеянное дальними. Процесс займет больше столетия – но он необходим для выживания человечества.

Если бы Великая Бразилия победила дальних одна, то программу «нулевого роста» уже применили бы на всех обитаемых лунах систем Юпитера и Сатурна. Но Евросоюз из гуманных соображениий отказался от программы насильственной массовой стерилизации. А Тихоокеанское сообщество не только установило взаимовыгодное партнерство с населением Япета, но и везло колонистов с Земли, расширяло базу на Фебе, а заодно угрожало аннексировать и заселить несколько меньших лун, чье население под угрозой оружия было увезено на большие спутники.

Разногласия между членами альянса по поводу целей и перспектив оккупации привели к противостоянию в духе холодной войны. Недоверие друг к другу и паранойя расцвели пышным цветом. К тому же, несмотря на усиление «зеленых» радикалов, Великая Бразилия не хотела отказываться от использования знаний и технологий дальних. Ведь и европейцы, и Тихоокеанское сообщество тащили к себе все попавшееся под руку и вполне могли натолкнуться на фрагмент экзотической физики, математики либо генной инженерии, способный стать основой новой технологии, столь же фундаментально изменяющей мир, как самолеты или антибиотики. Принятые радикалами законы загнали все научные исследования под жесткий контроль фанатиков от экологии, но работы на Луне и дальше не ограничивали, поскольку сочли их важными для безопасности страны. Шри и ее команде позволили исследовать сады Авернус, воссоздавать биотехнологию дальних и копаться в архивах Общей Библиотеки при минимальном контроле со стороны официальных комитетов и комиссий. Но профессора-доктора все время терзал и подгонял страх. Ведь свобода может быстро и неприятно кончиться. И страх этот рос изо дня в день.