Добрым словом и пистолетом - Сергей Ковалев

«У тебя есть лучший?»

«Да! Иди к Ивору, и пусть он заберет у оборотней Арину! В конце концов, он – глава Анклава!»

«А если Отбой сказал правду и все это – затея Ивора?»

«Ты параноик! Сначала Агату подозревал, теперь Ивора…»

«Почему сначала? Я и сейчас ее подозреваю!»

«Но она же показала, что на вашей стороне!»

«Чем? Да, она решила подыграть нам и сделала вид, что верит в мою гибель. Но мне ее планы неизвестны. Возможно, моя «смерть» ей просто на руку!»

«Я и говорю – параноик!» – вздохнула Хайша.

«Поживем – увидим!»

«Если поживем».

«И кто из нас параноик?»

Еще за квартал до девятиэтажки, в которой жил Профессор, я почувствовал беду. Мимо меня, завывая сиренами, пронеслась «скорая помощь». Не простая, с надписью «Реанимация». Вроде бы это ни о чем не говорит – в огромном городе постоянно с кем-нибудь что-нибудь случается. Но тут я свернул в переулок, и меня настигло дежавю – в воздухе отчетливо пахло гарью. Причем, как и в подземелье, у гари был отчетливый химический привкус. Сомнения у меня почти исчезли, и я побежал.

Четвертый дом, третий подъезд.

Запах гари и химии плотно висит в воздухе.

У подъезда толпится народ. Здесь же две пожарные машины, милицейский уазик и машина «реанимации» – полный комплект.

Пожар уже потушили. Покрытые жирной копотью пожарные устало сворачивали шланги.

Окна квартиры Профессора зияли черными дырами с выбитыми стеклами.

Толпа оживленно зашумела. Из подъезда выкатили каталку, на ней скрючилось что-то маленькое, накрытое пропитавшейся кровью простынею. Рядом бежал фельдшер, держа на весу пластиковый пакет с жидкостью, пуповина капельницы уходила куда-то под ткань. Порыв ветра на мгновение завернул край простыни, приоткрыв сплошное кровавое месиво. В толпе кто-то охнул, какая-то женщина заплакала в голос. Мужики курили и матерились.

«Вот и поговорили», – мелькнуло неуместное в голове.

Растрепанная девушка бросилась к каталке. Фельдшер рявкнул на нее, помог коллегам затолкать носилки в неотложку, забрался следом и захлопнул дверцу, оборвав спор. Завывая сиреной, машина умчалась. Девушка осталась.

Я протолкался к ней сквозь толпу, осторожно взял под руку:

– Вера, пойдемте. Незачем вам тут стоять.

– Он… он…

– Он пока жив, – как можно убедительнее произнес я. – Врачи уже занимаются им, а значит, есть надежда.

Вера дала себя увести к соседнему подъезду. Я усадил ее на скамейку, сходил в киоск за минералкой и бумажными платками. Наверное, допрашивать девушку сейчас жестоко, но, когда суматоха уляжется, ее возьмет в оборот милиция и никто не даст мне с ней поговорить и пяти минут. Да и не хотел я светиться перед милицией, особенно учитывая свой потрепанный вид.

– Что случилось? Вы были там?

– Не-э-эт, – всхлипнула девушка. – Мы договорились пойти гулять. Я сама решила зайти за Марком. Вы ведь знаете, какой он! Если запрется в этой своей лаборатории, то забывает про все на свете…

Я машинально кивнул, со стыдом понимая, что только сейчас узнал, как на самом деле зовут Профессора. Ну… как-то без надобности мне все эти годы было его имя. Профессор и Профессор.

– Я хотела раньше прийти, но все никак не могла решить, что надеть. Марк, правда, все равно не замечает, в чем я. Но мне-то надо было выбрать… И я немного опоздала. Но я даже не волновалась, Марк никогда не сердился, что я опаздываю. Он меня всегда понима-а-ал!

– Ну-ну. – Я погладил все-таки разревевшуюся девушку по плечу. – Верочка, успокойтесь. Он ведь еще не умер. Врачи его обязательно поставят на ноги… Выпейте воды…

Девушка послушно отпила минералки, утерла покрасневший нос и продолжила:

– Я совсем чуть-чуть опоздала. Подошла к подъезду, а тут грохот, сверху на землю что-то сыплется, люди кричат… Я почему-то сразу про Марка подумала. Ну что это у него в лаборатории. Посмотрела на окна и больше сдвинуться с места не могла – вся как омертвела…

Девушка вновь начала всхлипывать. Я протянул ей пакетик с бумажными платками. Выдержал максимально деликатную паузу, какую только мог позволить себе. Но девушка сама нарушила молчание. Сжав кулачки, она тихо проговорила:

– Это все из-за меня…

– Вера! Ну что за глупости?! Проф… Марк занимался опасными экспериментами…

– Вы не понимаете! – горячо заговорила девушка. – Марк очень стеснялся, что у него мало денег. Я ему говорила, что это не так, что нам хватает. Но он постоянно сравнивал себя с крутыми бизнесменами… Это из-за меня! У него ведь раньше никого не было. Он считал, что ничем не может привлечь девушку. Я даже обижалась – получается, я с ним что, ради денег?! Но он меня не слушал. В последнее время стал твердить, что скоро все изменится, что он разбогатеет.

– Да? – Я насторожился. – И что же он придумал?

– Он не говорил. Но я сразу испугалась! Понимаете, когда мужчина начинает так говорить, жди беды! Вот моя семья жила себе нормально, не голодали и в обносках не ходили. Но отец придумал план, как разбогатеть…

– И?.. – невольно заинтересовался я. Меня тоже иногда посещают всякие планы, и чужой опыт был интересен.

– Они с другом влезли в долги и купили болото.

– Болото?

– Да! Они узнали, что во Франции лягушачье мясо – деликатес. И решили разводить лягушек и экспортировать их мясо во Францию.

– Э-э-э… и как? Что-нибудь получилось?

– Получилось, – вздохнула девушка. – Но когда они уже почти разбогатели, выяснилось, что это совсем не те лягушки. Там требуется какой-то особый, специально выведенный вид. А отец с другом выдавали за них самых обычных болотных лягушек. Ну и что-то там еще было неправильно. Их хотели арестовать за мошенничество, но они сбежали куда-то за границу. Отец теперь время от времени передает нам с мамой письма и деньги через знакомых. Но даже мы не знаем, где он!

– М-да… грустная история, – согласился я. – Но ведь так бывает не всегда.

– Всегда, – возразила девушка. – Вот мой бывший парень – тоже придумал какой-то чудо-план, как стать богатым!

– И что, не вышло?

– Вышло! В том-то и дело! Стал богатым и нашел себе другую! Я же говорю, если услышишь такое от мужчины, жди неприятностей!

– Значит, вы не знаете, что за план был у Марка? – вернул я девушку к «нашему барану». Хотя уже сам догадывался, что это было.

– Нет, – вздохнула девушка. – Но это совершенно точно было что-то опасное и связано с его работой. Марк перестал пускать меня в лабораторию. Раньше, наоборот, радовался, когда я интересовалась его опытами, показывал, как его изобретения работают. А тут, как только я приходила, сразу покидал лабораторию и запирал ее на ключ. И еще он стал мрачным и раздражительным. Его мучили какие-то мысли.