Я – сталкер. Синдром героя - Александр Тихонов

В туалет тем временем вошли несколько человек, послышались недовольные голоса:

– …какого хера?

– Да заклинило…

– Разборки устраиваете?

– …сам посмотри.

– …тогда за грохот?

– Бзднул я громко, дверь и открылась, – завершила допрос реплика второго камуфлированного, и грянул смех нескольких луженых глоток.

С минуту в туалете шумела вода, гудела сушилка для рук, переговаривались люди. Потом всё стихло.

Здоровяк, зажавший Воронова в угол кабинки, ослабил хватку и просипел:

– Короче, так… Ты нашего кореша обидел и теперь торчишь артефакт. «Серп» называется. Понял?

Саша закивал. Он понятия не имел, что за артефакт и как достанет его, но кивал, соглашаясь.

– А за то, что ты меня на перо хотел поставить, – мучитель выдержал паузу, – ещё «высверк» должен. Понял?

Снова щедрые кивки.

– Но мы добрые, – хищно осклабился здоровяк, – и позволим тебе выйти из ситуации красиво. Сыграешь с нами. Если выиграешь, простим долг. Проиграешь – к долгу приписываем ещё два «высверка». Лады?

И Спам ухватился за этот шанс на спасение. Полчаса спустя они вчетвером сидели за его угловым столиком. Мучитель тасовал карты, его напарник корчил бабуиньи рожи, а доходяга со сломанным носом блаженно лыбился.

– Никаких замут, – пояснил тасующий. – Играем в двадцать одно. До трёх побед. Ты против нашего друга…

– Меня Сеня зовут, – прогнусавил доходяга.

– Да нам наплевать, – клацнул зубами мучитель, – если просрёшь ему сейчас, торчишь два «серпа» и два «высверка». Усёк?

И незадачливый противник Спама закивал.

Всё врал писатель Шаров в своей книжонке о Зоне – нет никакой «сталкерской удачи», ведь Спам проиграл два раза подряд, а противник, воодушевлённый близкой победой, беззвучно шептал: «ры-го-та».

Сашу трясло от ярости и обиды, хотелось плакать.

«А может быть, «сталкерская удача» существует? – мелькнула мысль, – вот только я – не сталкер». Как только эта нелепая, детская мыслишка повисла в прокуренном воздухе над изрезанным ножами, грязным и выщербленным столом, мучитель в камуфляже произнёс:

– «Сталкерская удача» на твоей стороне, Сеня.

– Не зря я в Зоне небо коптил, – согласно кивнул тот. – И я, и друганы мои.

Второй здоровяк с презрением взглянул на доходягу:

– Зря, Сеня, – бросил он, и оба камуфлированных захохотали.

Воронов вдруг отчётливо понял, что нужно тянуть время, а ещё лучше позвать Ромова, чтобы тот позвонил Артисту. Старший товарищ придумает, как помочь в сложившейся ситуации. Или Стеценко? Ведь полковник тоже может всё разрулить… Эх, хорошо бы.

– Можно мне водки? – громко, чтобы заглушить смех, спросил Спам.

Здоровяки – двое из ларца, не иначе – насторожились.

– Думаешь, бухло выручит?

– Выпить, – процедил сквозь зубы Спам, – мож-ж-но?

– Да пей ты на здоровье. Эй, бармен… Или официант… Пофиг, короче… мужик, водочки принеси грамм сто. У моего субтильного приятеля карта без водочки не идёт.

Из-за барной стойки показался Ромов. Бледный, как полотно, перепугавшийся, должно быть, сильнее Саши, он поставил перед ним графин и рюмку.

– А не дофига ли ты ему принёс? – поинтересовался мучитель.

– Чтобы карта шла, – стараясь не выдать волнения в голосе, сообщил Денис, не сводя с Воронова влажного взгляда.

– Артист, – с горькой усмешкой произнёс Саша.

– А? – не понял Сеня, камуфлированные тоже насторожились.

– Говорю, ну и артист же этот бармен.

Всё выглядело, как неудачная шутка, но Ромов понял. Он быстрым шагом направился к барной стойке, затем скользнул в подсобку.

Номер Артиста был вбит в его мобильник и поставлен на клавишу быстрого набора под номером «4». Сколько времени нужно Артисту, чтобы из дома добежать до бара? А если он не дома, а на пустыре, у чёрных берёз, или вообще в Зоне? Хотя нет… со дня на день обещали выброс, в Зону при таком смертоносном прогнозе никто не суётся. Все сидят по барам. Сидят и играют в карты.

– Пей резче, да будем заканчивать, – недовольно загундосил Сеня.

Воронов снял стеклянный набалдашник с графина, аккуратно наклонил графин, и рюмка в мгновение переполнилась. Водка потекла по столу.

– Ты чё творишь? – недовольно зашипел мучитель, хотел было схватить парня за грудки, но вовремя одумался – делать подобное в переполненном баре чревато. – Раздаём карты, – наконец, принял он решение, – нечего тянуть.

Сеня послушно взял колоду, принялся ловко тасовать картонные прямоугольники, на уголках которых уже виднелись влажные следы от водки.

Артиста всё не было. Дверь бара отворилась – нет, не он… Не пришел наставник и тогда, когда Саша вдруг выиграл у доходяги, а потом повторил свой успех, заставив того перемениться в лице.

– Понял, да?! – весело захохотал он, схватил рюмку, наполнил её и опрокинул в себя обжигающую сивуху.

Артист уже был не нужен. «Сталкерская удача» пришла.

– Поняли, да?!

– Понял я, понял, – тихо, вкрадчиво произнёс в ответ Сеня и выложил карты на стол, прямо в образовавшуюся на столе лужицу, – двадцать одно.

И водка стала колом в горле у Саши. Его девятнадцать – всё равно что ничего, против двадцати одного у противника.

– В общем, так, – подвёл итог мучитель, – Спам торчит нам два «высверка» и «серп», Сеня как победитель – только «серп».

Саша сидел, опьяневший и ошарашенный, тупо глядя на стол, где по картонным прямоугольникам карт расплывалась сорокаградусная сырость.

– У меня есть «серп»… Я в понедельник принесу, – запричитал радостный Сеня.

– Послезавтра чтобы оба принесли то, что должны. Ясно?

– Не-не-не, я не успею… – Сеня не побледнел даже – позеленел. – Я ведь и просил-то только припугнуть его… Почему такая большая плата?

– Послезавтра, – повторил молчавший до этого момента напарник мучителя, – иначе…

– Они ведь не смогут достать артефакты, – раздался совсем рядом голос Артиста. – Ты же понимаешь. До выброса – сутки от силы. Как они успеют найти артефакты?

Мучитель ничуть не смутился:

– За кого вписываешься, сталкер?

Артист указал на Спама:

– За него.

Оба камуфлированных с интересом воззрились на парня. Тот вдруг понял, что этим двоим не важны артефакты. Они упиваются властью над людьми, чужими страхами и болью. Твари! Спам хлебнул из графина пару раз и зашелся в кашле.

– Два «высверка» и «серп», – отчеканил мучитель. – Послезавтра чтоб были здесь, иначе – сам знаешь, что за проигрыш бывает.