Русский кайзер. «Иду на вы!» - Василий Панфилов

Несколько дней войска Империи строили укрепления на случай вражеских вылазок и вели разведку. Подтягивались собственные тылы, зачищались вражеские. Венедские пластуны отполировали животами вражеские позиции, потеряв не менее тридцати человек, причем пятерых – живьем, и османы долго пытали разведчиков на виду венедского войска…

Однако дело свое они сделали и выяснили все если не до мелочей, то очень близко к тому. Порох хранился неравномерно, и что самое интересное – некоторые пушки могли выстрелить всего один раз – в теории. Желание заполучить самую большую артиллерию сыграло с Энвер-пашой злую шутку, и стоящий на его позициях антиквариат просто некому было использовать. В итоге часть пушек зарядили заранее, что вообще бред, ибо порох имеет свойство отсыревать. Но Энвер-паша приказал, и артиллеристы послушно выполнили…

Разведали и «вредные», мешающие друг другу укрепления, так что через неделю, незадолго до рассвета, в шатре императора проводилось совещание…

– Итак, маршруты следования утверждены для каждого полка и каждой роты. Схемы есть не только у офицеров, но и у сержантов, а то и у капралов. Так?

– Точно так, Сир, – отозвался Николич, – по максимуму обеспечили.

– Молодцы. Далее – передовые османские укрепления защищает «мясо»… Информация точная?

– Проверено, Сир, – выступил вперед Юрген.

– Замечательно. Феерический идиотизм, ну да не нам жаловаться.

Переждав смешки, сказал коротко:

– Все, господа, с Богом. Поднимайте солдат да прикажите артиллерии, чтобы начала обстрел передовых позиций врага, но не сразу – пока там тревога не поднимется, будить турок не нужно.

Построение началось без привычных барабанов, флейт и свирелей – сержанты просто подняли людей, начав выводить из лагеря. Утренний туман достаточно надежно скрывал перемещения славян, так что те успели не только выстроиться в полки, но и преодолеть значительное расстояние, приблизившись к позиции османов на расстояние версты. Здесь уже шум от шагов десятков тысяч солдат скрыть было нельзя, и турки подняли тревогу.

Все… Заиграли флейты, и застучали в барабаны барабанщики, передавая приказы командиров. Воины двинулись вперед скорым шагом – благо артиллерия тут же начала обстрел вражеских позиций.

Ядра сыпались на передовые укрепления турецкого лагеря. По «гениальному» плану Энвер-паши, венеды должны были завязнуть в передовых укреплениях, а в центре их ожидали уже настоящие сложности.

Очередное ядро уничтожило орудийную прислугу.

Аскеры передовых укреплений не стали дожидаться подхода славян, не желая принимать свою роль «мяса», шустро побежав в глубь собственных позиций. Венедская пехота и пехота легионов прибавили шагу и вскоре перешли на бег…

– Ррраа!

Есть! И передовые отряды ворвались в турецкий стан, после чего пошли по заранее намеченным маршрутам. Скорость и еще раз скорость! Вражеские отряды в тылу? Подавят бегущие следом!

– Бегом, мать вашу коромыслом, бегом! – подбадривал роту поручик. – Не останавливаться!

– Аа! – Какой-то отчаянный аскер прыгнул на поручика Астафьева сверху. Но егерь в последний момент успел увернуться.

– Х-хэ! – Пинок носком сапога в живот встающего с четверенек османа подбросил того вверх, а зажатая в правой руке славянина пехотная шпага, через долю секунды вонзилась нападающему под лопатку. Все это заняло менее двух секунд, а поручик, привычно стряхнув кровь со шпаги, тут же заорал:

– Бегом, коровы беременные!

Пуля просвистела по волосам поручика, но тот даже не остановился.

– Аскеры! – проорал бегущий впереди Януш. – С полсотни!

– В штыки! – не раздумывая, приказал офицер, подавая пример.

Чуть притормозить, отбить выпад ятагана, самому сделать выпад… один готов. Над головой просвистела пуля – егерь-ветеран нашел «слабину» в построении противника и уже перезаряжал ружье.

– Вперед!

Короткий, яростный натиск, лязганье металла, хрипы и стоны…

– Алла акбар! – выкрикивает турок, только что визжавший от страха, и с яростью бросается на егерей. Но боевая ярость не заменяет мастерства, и всего через несколько секунд он был приколот к земляной стене укрепления сразу двумя штыками. Это стало последней каплей, аскеры утратили волю к сопротивлению.

– Пощады! Пощады! – выкрикивали они на нескольких языках, бросая оружие. Но… брать их в плен – терять время и ставить под удар всю операцию на данном участке. Астафьев сглотнул и делано невозмутимо приказал:

– Штыками – коли!

Туман постепенно рассеивался, и Рюген приказал подготовить воздушный шар, после чего и поднялся на нем в небо. Сжимая подзорную трубу, он внимательно смотрел на разворачивающуюся на его глазах баталию.

Не без огрехов, но в общем-то его воины справлялись. Идущие вторым эшелоном союзники… Здесь хуже, но не критично – уж на деморализованных турок хватит и неумелых болгарских воинов. А вот хорваты молодцы, молодцы… Наравне с легионами идут, хотя венедам и уступают… Ну не зря же их тренировали по венедским образцам, да и среди офицеров добрая половина – венеды-ветераны, перешедшие на службу Ярославу с благословения Игоря. Ага… сербы хороши… Пусть работать большими отрядами они так до сих пор и не научились, но в составе мелких групп…

Император сидел в корзине воздушного шара до трех пополудни, когда вражеский лагерь был захвачен окончательно, и его люди преследовали беглецов или сгоняли немногочисленных пленных… Да, немногочисленных, ибо ему хоть и нужны рабочие руки для черновых работ, но не в таком же количестве…