Эхо - Джек Макдевит

Суть убийства в том, что его жертвой становится конкретный человек. В войне тоже нет ничего хорошего, но в бою, по крайней мере, можно погибнуть от случайной пули. Солдаты с обеих сторон даже собираются вместе после окончания войны и пьют друг за друга. Но вы, скорее всего, никогда не станете выпивать за того, кто пытается убить именно вас – человека с вашим именем, датой рождения и цветом глаз.

Расин Валь. Мемуары

– Это был флюксер, – сказал Фенн. Мы сидели у него в кабинете.

– Что? – переспросила я.

– Универсальный растворитель. Его поместили на одной из опорных балок и закрепили с помощью магнита.

– И в чем же хранят универсальный растворитель? – поинтересовалась я.

– Он смешивается в момент распыления.

– Я знаю, кто это делает, – сказала я.

Фенн и Алекс удивленно посмотрели на меня.

– И кто же? – спросил Фенн.

– Женщина. Высокая, бледная, худая. Похожа на гробовщицу. Я видела ее в поезде на Карнавию и в «Тардисе», когда обедала там в последний раз. И сегодня утром тоже.

– Можешь ее опознать?

– Безусловно.

– Ладно. Посмотрим в базе данных. Может, выясним, кто это.

Он включил дисплей.

– Прежде чем мы начнем, – сказала я, – у меня есть вопрос.

– Слушаю.

– Сегодня погибла женщина. Кто она?

– Ее звали Майра Эспи. Двадцать лет.

Майра почти ничего не успела совершить за свою недолгую жизнь. Симпатичная на вид, она любила вечеринки, училась в колледже и работала на полставки регистратором в больнице. Судя по количеству пришедших на похороны, у нее было много друзей.

«Гробовщицу» звали Петра Салиева. Ей отказали в защите докторской диссертации по физике после того, как она пригрозила убить молодого человека, не уделявшего ей достаточного внимания. Врачи диагностировали у нее болезнь Кальпера – серьезный недостаток эмпатии. Ей даже хотели стереть память, но, пока это обсуждалось, она скрылась в неизвестном направлении и стала наемным убийцей. Теперешнее ее местонахождение было неизвестно – впрочем, нет, уже известно.

Кстати, эта женщина была еще и пилотом, хотя ее лицензию аннулировали.

– Уверена, что это она? – спросил Фенн.

– Однозначно.

– Ясно. Что ж, свое дело она знает. Придется приставить к вам охрану, пока мы не посадим ее за решетку.

Так я получила охранницу по имени Ронда.

Начали поступать работы на конкурс «Космический турист». Поначалу они приходили редко, но к концу недели мы получили более шестисот фотографий и голограмм – и даже аудиозапись разговора между девочкой лет девяти и капитаном корабля. Запись была сделана шесть лет назад во время рейса компании «Баркли турс»; мне показалось очень трогательным то, как ребенок восхищается мягким сиянием луны, освещенной голубой звездой. Я решила, что нужно будет включить ее в «Чудеса космоса».

Большинство работ были сделаны во время недавних путешествий. Лишь немногие, около двадцати, имели отношение к турам «Края света» за 1402‒1403 годы. Рэчел не появлялась ни в одном из роликов, но, чтобы выяснить это, пришлось просмотреть почти все, от начала до конца: мало кто из туристов помнил, как звали их капитана.

Одна женщина вспоминала свой полет: «Поистине романтическое путешествие. Нас было восемь – четыре молодые пары. Мы полетели к планете с тремя лунами и самым прекрасным небом из всех, что мне доводилось видеть. Там нас ждали четыре коттеджа. Нам приготовили ужин на открытом огне, мы пели песни и слушали звуки леса. А потом нам удалось поплавать в реке…»

Другой рассказчик, автор ролика «Стоя на берегу», вспоминал планету, где зарождалась жизнь – пока что лишь в океанах. Он описывал странное чувство: ты стоишь на берегу моря, на планете, кишащей живыми существами, и ни одно из них нельзя увидеть.

Шли дни, работы продолжали прибывать. Наконец в одном из роликов, датированном зимой 1402 года, мы увидели Рэчел. Снимали в основном внутри корабля – «Серебряной кометы». Люди смотрели в иллюминаторы, стояли, улыбаясь, рядом с капитаном, делали вид, что изучают звездные карты, смеялись, провозглашали тосты, танцевали и пели. Но были также изображения планет, спутников, астероидов и колец. Одна гигантская планета, по словам капитана Рэчел, благодаря своей массе могла вспыхнуть и стать звездой. Время от времени по ее поверхности пробегали яркие вспышки.

Рэчел легко было полюбить. Она уделяла внимание каждому пассажиру, особенно двоим детям, которых взяли в полет, и даже самые глупые вопросы ее не раздражали.

Пассажиры устроили веселую вечеринку, когда «Комета» пролетала рядом с заброшенной космической станцией где-то в Даме-под-Вуалью: они подняли бокалы за прекрасную голубую планету, удивительно похожую на Землю, меж тем как корабль подошел на двести метров к настоящей комете. Рэчел спросила, не хочет ли кто-нибудь высадиться на огненный шар, – это рассмешило детей.