Застеколье - Евгений Шалашов

– Здесь тоже просто. Она позволяла себя любить. И тоже, упивалась ролью любящей женщины, сделавшей мужчину несчастным.

– М–да, – протянул я. И так бывает. Хотел сказать Машке, что мол, надо было этой девушке к батюшке сходить, на исповедь, тот бы и объяснил, что упиваться собственной бедой – это тоже грех, гордыня, но не стал. Не люблю, когда находятся умники, все понимающие задним умом – дескать, надо было так сделать, а чего же ты этак–то пошел? Да и сам–то хорош…

Мария еще раз хмыкнула и попросила:

– Если «живую» воду принесут, как твой карлик обещал – неси сюда, анализы сделаем.

Я рассеянно кивнул. Рассеянно, потому что кое–что на столе нашего князя привлекло мое внимание. Карта! И, не або какая, а подробнейшая карта Белого озера, с прилегающими к нему территориями. Вроде бы, ничего удивительного, потому что именно Ярослав первым «вычислил» место дислокации цвергов, но… Странным было то, что на карте были нанесены тоннели и подземелья, причем, именно в таком виде, в каком я их рисовал Унгерну. Ну, может, линии не такие корявые, как у меня, но все равно…

– Ты чего? – поинтересовалась Машка.

– Думаю, почему бы твоему дядюшке сейф не завести? – ответил я вопросом на вопрос.

– Сейчас его самого и спросим! – отмахнулась подруга, раньше меня услышавшая шаги.

Расцеловавшись с любимой племянницей, Ярослав повернулся ко мне.

– Ну, чудо в перьях, опять влип? – усмехнулся князь вместо приветствия. – Пропадал целый месяц, в пещере он, видите ли, сидел.

– С какой–то бабой! – наябедничала Мария.

– Да еще и с бабой! – покачал головой Ярослав, решив, что теперь можно и меня обнять. Даже и не обнять, а так, слегка «обозначить» родственные объятия. – Больше заняться нечем?

– С бабой? – невинно поинтересовался я, за что заработал от Машки тычок под ребро. Потерев занывший бок, ткнул перстом в карту, проходившую у генерала под грифом «Для служебного пользования». – Моя схемка! Опять секретную информацию воровал или генерал раздобрился?

– Зачем воровать, если добрые люди есть? – прищурился Ярослав. – Унгерн вчера на поляне весь день торчал, все матюги на тебя сложил, пришлосьвыйти, успокоить генерала. Кстати, – злорадно усмехнулся князь. – Витальич тебя пообещал в капитаны разжаловать.

«Ишь ты! – удивился я. – Унгерн для него уже просто Витальич? Быстро, однако».

– Ты с генералом знаком?

– Пришлось. Ты же снова, как в воду канул. Мария извелась, а ей, сам понимаешь, вредно. Это уже ты в который раз вляпываешься?

Я хотел огрызнуться – мол, не по своей воле пропал, но не стал. Ведь и на самом деле пропал. А почему, отчего, Машке от этого не легче. Вздохнул и развел руками.

– Вначале думал, что ты опять что–то со временем напортачил, – продолжил Ярослав. – Потом выяснилось, что пропал. Вот и пришлось пойти на контакт. Генерал мне целый экзамен устроил!

– А от кого ты узнал, что меня нет? – насторожился я.

– Ну, это просто, – хохотнул князь с довольным видом. – Во–первых, твои жена и дочь. – Покосившись на Машку, уточнил. – Земная жена. Все–таки, мы твоих девушек немножечко охраняем. Не так, как ФСБ, но тоже не лишнее. Между прочим, мог бы предупредить, что семью в Москву перевез. Так что, мы в курсе, что господин майор последний месяц дома не ночевал.

Как интересно! Я даже и не знал, что помимо «конторы» мою семью еще кто–то охраняет. Или, меня «пасут»?

– А во–вторых?

– Что, во–вторых? – пожал плечами Ярослав. – Второй источник – твоя секретарша. Ну, не делай круглые глаза. Сам знаешь, что она на тебя стучит. Или, как сейчас говорят – «сливает информацию». Она «сливает», а мы знаем, кому «сливает» и что «сливает», потому что люди, на которых твоя Ксения Неволина работает, тоже не без греха и тоже на кого–то работают.

– Вот это да! – вытаращил я глаза. – Прямо, шпионские страсти! Кругом сплошные щупальца иностранных разведок.

– Ну, щупальца не щупальца, но ушки на макушке держать нужно.Да, я же опять тебя прикрывал. Генерал сказал, что ты вчера должен был на полянку выйти, пришлось объяснять – мол, лечат твоего героя, потерпи. А тебе, сколько можно говорить – учись контролировать время.

Я только смущенно пожал плечами. Как это я? Кажется, подумал, что Унгерн меня уже должен ждать. Вот и накликал! Действительно, нужно нарезать квадратики и писать – когда, или – во сколько.

Кажется, Марии надоел наш разговор. Чмокнув дядьку чуть выше бороды, взъерошила мне волосы:

– Вы тут болтайте, а я к себе. Как там моя комната?

– А что с ней сделается? – удивился Ярослав. – Пыль домовые каждый день вытирают, влажную уборку делают, а что еще?

– Тогда я ушла.

Мы с Ярославом одновременно открыли рты, но Машка, предупреждая вопрос – все ли у нее в порядке, махнула рукой:

– Устала, полежу немного.

Дождавшись, пока утихнут шаги племянницы, Ярослав пристальнопосмотрел мне в глаза и, сквозь зубыспросил:

– Знаешь, дорогой мой, что я хотел с тобой сделать при встрече?

Господи, и этот туда же!

– Вторым будешь, – хмыкнул я.

– Что, вторым? – нахмурился князь, слегка сбитый с толку.

– Из тех, кто морду мне собирается бить, – пояснил я. – Первый – помощник генерала, официальной должности не знаю.

Ярослав прошелся по комнате–кабинету. Места было не очень много, на пять шагов, пришлось пройтись пару раз. Успокоился или нет?

– Ну, встреть я тебя сразу, может и набил бы. А теперь вроде и желание пропало.

– Ага, – кивнул я.

– А что ты агакаешь–то? – возмутился князь. – Думаешь, не справлюсь? Машка себе места не находит, я начинаю землю рыть. Узнаю – пропал при исполнении. Думаю, что Машке буду говорить? И тут, бац – узнаю, что секретарша мужа моей племянницы докладывает об интиме!

– Ярослав, – кротко попросил я. – Давай по делу…

– А я не по делу?! Тебе мало законной жены, так ты еще и любовницу завел?

Знаю, что я был неправ и все такое прочее. Но слушать лишний раз нравоучения – слуга покорный! С меня хватило и Унгерна. Но тот хоть нас застиг на горячем, да и имел право, с точки зрения службы. За Ярославом, пусть он и трижды дядька моей жены, я такого права не видел.

– Ну, если это все, что ты мне хотел сказать, то я пошел, – встал я с места и пошел по направлению к двери.

– Подожди! – в голосе собеседника прорезался металл. – Я тебя не отпускал!

– А мне по фиг, – сообщил я, уже взявшись за ручку. – У меня наставников и начальников, как собак нерезаных, надоели. Хочешь по существу – говори. Недоволен моим «облико морале» – расскажи племяннице.

– Я бы и рассказал, – мрачно сообщил Ярослав. – Но я внука, пусть и двоюродного, увидеть хочу.