Комбриг - Михаил Нестеров

Ворошилов ограничился коротким одобрением, он был не особенно в курсе дела. Семен Михайлович Буденный расправил знаменитые усы.

– А что, я помню командира бригады, Шестакова. Прекрасный летчик и командир, жаль, что ранен. Да и его заместителя Северова тоже встречал, шустрый малый. Молодцы!

Новиков был не в курсе задач особой миссии, но говорить об этом не стал, а высказался по действиям бригады, а затем дивизии в воздухе, дал положительную оценку.

Кузнецов вообще не понял, что от него хотят:

– Товарищ Сталин, я не в курсе работы миссии, справку изучил, но я мало разбираюсь в сухопутной тактике. Могу сказать только одно – жаль, что 7 ГИАП еще не скоро вернется к выполнению задач флота!

– Специальные задачи также были отработаны, – кивнул Берия, уточнять никто не стал, хотя мало кто был в курсе. Раз Лаврентий Павлович доволен, так оно и есть.

– Спасибо, товарищи! Есть мнение наградить товарища Боброва орденом Ленина. Товарищи Шестаков и Забалуев заслужили Звезды Героев и повышение в званиях. Несколько летчиков-истребителей еще не имеют звания Героя Советского Союза. По количеству сбитых они, безусловно, этого достойны. Все летчики бомбардировочной и штурмовых эскадрилий также должны получить награды. Не забудьте летчиков АСС и экипаж товарища Баранова. Разумеется, заместителя командира бригады, начальника штаба и комиссара. Товарищ Новиков, вам дается два дня на подготовку, изучите еще раз материалы и подготовьте предложения. Товарищ Василевский, вы в тот же срок должны подготовить обоснованные предложения по награждению разведчиков. Также с вас предложения по награждению наземного персонала базы, батальона охраны. Что ж, на этом и завершим вопрос, на сегодня все, товарищи.

4 марта Северов был вызван на 23 часа в Кремль. О чем пойдет разговор, было понятно, хотя нутром вещий Олег чувствовал какой-то подвох. Вежливо поздоровавшись с Поскребышевым, летчик уселся на диван и стал ожидать вызова. Вскоре дверь кабинета открылась, стали выходить люди, все они были что называется «при высоком положении», поэтому майор встал. Наконец Поскребышев сделал приглашающий жест, и авиатор шагнул в кабинет.

– Здравия желаю, товарищ Верховный Главнокомандующий! Гвардии майор Северов по вашему приказанию прибыл!

– Здравствуйте, товарищ Северов! Мы пригласили вас, чтобы задать ряд вопросов. Как зарекомендовала себя наша новая техника, чем вы объясните такие высокие потери врага при низком уровне собственных потерь?

– Факторы следующие. Очень высокий уровень подготовки летного состава, пилотов такого класса, собранных в одном подразделении, у противника просто не было. Существенно более высокие характеристики боевой техники, ничего похожего у немцев, и особенно итальянцев, просто нет. Правильное планирование и управление, наличие радиолокатора, качественных разведданных.

– Вы ставите свое тактическое мастерство на последнее место?

– Это просто в порядке перечисления, что более важно, а что менее, мне однозначно сказать трудно.

– Перед отправкой в Египет вы говорили о том, что необходимо произвести должное впечатление на союзников. По вашему мнению, это удалось сделать?

– Я могу судить только по реакции Александера, Окинлека и Монтгомери, которую наблюдал сам. Да, они впечатлились, очень впечатлились. Тем более что мы им продемонстрировали не только нашу технику, но и результат ее работы по врагу.

– А как восприняли ваше появление в Египте английские солдаты и офицеры?

– Сначала настороженно, но потом, когда увидели, как мы воюем, отношение изменилось. Большинство хорошо относилось, они считали нас своими боевыми товарищами. С союзниками проводились совместные мероприятия, укреплению товарищеских отношений с простыми солдатами это способствовало. Наши военнослужащие пользовались у них заслуженным уважением.

– Какое впечатление произвел на вас Роммель?

– Это очень талантливый военачальник, к тому же очень храбрый и демонстрирующий прекрасное самообладание. Если удастся склонить его к сотрудничеству, это будет большой удачей.

Судя по реакции за столом, заявление было неожиданным. Сталин тоже поднял бровь:

– Поясните ваши слова.

– Если Роммель согласится сотрудничать, то через него можно будет выйти на других авторитетных немцев, которые могут составить оппозицию шайке Гитлера.

В кабинете возникла вязкая тишина, Сталин молчал, и высказаться вперед него никто не решался. Верховный подошел к столу, выбрал из нескольких лежащих бумаг нужную, что-то черкнул в ней.

– Как вы считаете, после войны возникнут напряженности в отношениях с Великобританией и США?

– Уверен в этом! Они дружат с нами лишь против Гитлера, поэтому второй фронт в Европе сейчас не нужен им, а позже не будет нужен нам.

– Хм! Кстати, эти самые союзники о вас исключительно высокого мнения. После изучения некоторых материалов по пленению Роммеля, которые мы им предоставили, они наградили некоторых участников, в том числе и вас, орденом «За выдающиеся заслуги».

– Служу Советскому Союзу!

– Как вы представляете свою дальнейшую службу?

– Хотелось бы вернуться на фронт, товарищ Сталин.

– А как же заслуженное повышение? Неужели вы не рассчитываете занять более высокую должность?

– Эти вопросы вне моей компетенции. Я готов служить в любой должности, на которую буду назначен.

Сталин одобрительно кивнул.

– Ставка положительно оценивает вашу работу. Вы свободны.

Когда Северов вышел, Сталин повернулся к столу. Большинство выглядели озадаченными, Жуков, Василевский и Берия улыбались.

– Ну что, товарищи, есть мнение наградить товарища Северова орденом Суворова I степени.

– Это противоречит статуту ордена, – возразил Мехлис. – И вообще, почему орден Суворова?

– Разрешите, товарищ Сталин? – Василевский заглянул в свои бумаги. – Танковая армия «Африка» и итальянские подразделения разгромлены, освобождена почти вся территории Египта, боевые действия переместились в Ливию. Войска стран Оси понесли катастрофические потери, кардинально изменилась вся ситуация на средиземноморском театре военных действий. Дивизии, наступавшие на Суэц, отрезаны от главных сил. Майор Северов принял непосредственное участие в разработке всех операций, проводимых там нашими войсками. Надо учесть и то, что взятие в плен вражеского фельдмаршала является уникальной операцией, а товарищ Северов не только участвовал в ее разработке, но и сам сделал это. Награда должна быть особенной. По статуту ему положена II степень, но, с учетом вышеизложенного, считаю возможным награждение орденом I степени и присвоение очередного звания.

Стало ясно, что этот вопрос решался с Верховным заранее, поэтому Мехлис больше ничего не сказал.

На следующий день был объявлен приказ о присвоении Северову звания гвардии подполковник, Шверник вручил ему орден Суворова I степени № 33, а посол-представитель Великобритании Арчибальд Кларк Керр – орден «За выдающиеся заслуги». Порадовало, что Героями Советского Союза стали Корнеев и Тихонов. Про остальных Олег пока ничего не знал, решил не спрашивать, скоро все узнает. А сам новоиспеченный подполковник оказался назначенным на должность заместителя командира 1-й гвардейской смешанной авиационной дивизии ВВС ВМФ, в состав которой входили истребительные, штурмовые и бомбардировочные полки. Большинство из них формировалось на основе эскадрилий, выведенных из Египта. Настоящий сюрприз ожидал Северова, когда он узнал, кто будет командиром дивизии. Им оказалась произведенная в полковники Валентина Степановна Гризодубова.