Последняя Арена 2 - Сергей Греков

— Да. Запрыгнул на одну. С неё — на Столяренковскую. Бойцы и пискнуть не успели. Закинул им в окно какую-то хрень типа гранаты. Там от людей один фарш остался. Ну и Урал весь в мясо.

— Фрол, займешься? — спросил Стоменов. — Бойца ему выделишь?

— Да сам повожу его. Корона не слетит, — хохотнул Столп. — И хоть спрошу, что за место, куда ты нас отправляешь, а то ты наплетешь, что там земля обетованная, а на деле жопа окажется. Съезжать здесь будем или есть дорога получше? — перешел он к делу. — Какая дистанция до точки?

— Лучше здесь, — полковник выразительно указал на уши и пожал плечами.

— Понял. Прикажу, чтобы организовали нормальный съезд. Прыгай ко мне!

Последняя фраза адресовалась мне. Я взглянул на Стоменова — тот кивнул. Столыпин снова взлетел. Я сперва тоже хотел оттолкнуться от земли. Прокаченной мощи хватило бы, чтобы оказаться на крыше. Но решил всё же не раскрываться — мало ли что?

Генерал-полковник сразу же спросил, кто я такой, чем живу и как тут оказался. Пришлось наплести историю про бездетного охотника, которого приход системы застал во время выслеживания кабана. Ну а что такого? Не говорить же, что я скрывающийся от закона убийца-инвалид.

Задал несколько вопросов про деревню, про его жителей, про мобов. Тут ничего утаивать не стал и рассказал всё, как есть. Столыпин остался доволен, хотя пожаловался, что нет нормальных строений.

— Ну это ничего. Среди моих людей и инженеры есть, и техника нормальная. Будет отправлять группы за стройматериалом. Справимся как-нибудь.

— А первое время где жить будете? Деревня маленькая. Тридцать один двор, — вспомнил я слова караульного. — Вы все не влезете.

— Так палатки тебе на что? — мимолетно брошенный взгляд выражал всю непередаваемую гамму моего тугодумия. — Никогда в военном полевом лагере не был? Ты сам-то служивый?

— С военной кафедры, — признался я. — В лагере был. Месячный выход. Но нас там человек сто было, а тут...

— Разберёмся. Нормально всё будет. Места в палатках с запасом.

— А с едой как? — спросил я. Такую ораву прокормить — одной кастрюли гречки не хватит.

— Полевые кухни. С этим тоже нормально. Ты как так раскачаться-то успел? У нас девятнадцатый уровень только у командного состава. Да и то не у всего. Я сам только вчера двадцатый успел взять. Столько мобов и нет на всех. Да и Витя с Леной и с четвертым — как там его?..

— Ермолай, — подсказал я. Надо же, думал, Столп и не заметил его присутствия. А ты погляди-ка: и его смог срисовать.

— ...С Ермолаем не сильно-то и отстали.

— Нас мало. Все монстры на десять километров наши, — говорить, что мои охотничьи угодья простираются намного дальше, не стал.

— Понятно. А школа у тебя какая?

— Морозный элементалист, — сказал я. Старички про меня знают. Только недавно демонстрировал им ледяные сферы. А до этого человека правда рано или поздно дойдет, так что утаивать никакого смысла нет. Про другие составляющие моего скрытого класса, естественно, не проронил ни слова.

— Повезло. Есть у нас девять огневиков. Сильные бойцы. А морозных и нет. Ты же лейтенант запаса?

— Да, — ответил я. Про себя подумал, что я такой же офицер, как из дерьма конфетка.

— Ну считай, что стал капитаном, — повысил меня в звании Столыпин. — Документы оформим, бойцов выделим. Будешь также заниматься зачисткой и охраной. Командиром отряда станешь. Без куска хлеба не останешься. Прокачка твоя, конечно, мальца замедлится, зато теперь будешь в полной безопасности. Разрешения все выдадим. Жена-то есть?

— Нет.

— Ну и отлично. Ты мужик молодой, красивый. Есть у нас девушки, которые мужей потеряли. А семейным и особые привилегии будут. Так что, считай, тебя уже окольцевали. Ты же из нормальных?

— Это из каких? — не понял я.

— Ну в жопу не долбишься?

— Нет, — заржал я.

Мы проезжали вдоль колонны. Военных машин было много. Они с боков прикрывали автобусы, среди которых были и обычные гражданские. Пробка растянула на пару километров.

— Не буду строить из себя стратега, — сказал я, строя из себя стратега, — но зачем вы едете в эту деревню? Неужели нельзя было осесть в каком-нибудь городке или в нормальной военной части? Там и расположения есть, и свои котельные, и всё окружено забором. Простые монстры не пробьются, а не территории части вы всё сможете взять под свой контроль.

— Про них знают. И ты мне скажи: ты был в городе, когда всё началось? — на лбу Столыпина проступили морщины. На лице заиграли желваки, а губы превратились в тонкую нитку.

— Нет, — я вопросительно посмотрел на грозного генерала.

— Если бы был, то не задавал бы таких вопросов. Мобы появляются прямо в квартирах. Некоторые твари настолько сильные, что проламывают стены. Другие — проходят сквозь них. Представь, спишь ты спокойно и вдруг из-под пола показывается лапа, похожая на клешню краба. Крабов видел?

— Бывало.

— А представь, если эта клешня раскрывается на полметра и хватает тебя за голову. Мгновенная смерть. Мне, правда, всего один раз докладывали о такой твари, но всё равно стоит иметь в виду. Дом в пять этажей — это ловушка. Там нет даже подобия безопасности. Нужна большая и открытая территория. По наблюдениям из-под земли никто и никогда не вылезает. С воздуха напасть могут. Слева, справа — тоже. Но снизу — нет. К тому же мы будем видеть, если кто-то из нелегалов приблизится. И чужую машину срисуем. Поэтому нужна ровная территория, чтобы на ней смогли разместиться вообще все.

— А это?.. — отвлекся я, показывая пальцем в окно. На одном из прицепов стояла тяжелая огнеметная система.

— «Солнцепёк». Рядом с ним — транспортно-заряжающая машина. Вон та на колесах — «Тосочка». Это наша гордость. У неё свой автоматически кран для подачи снарядов. А вон «Торнадо». Опасная штука. Под тентами тех Уралов, — Столыпин махнул рукой, — «Грады».

О «Солнцепёке» и «Градах» я слышал, про остальные машины — нет, но это явно было нечто убойное и смертоносное.

— На это всё кто-то разрешение выдал? — не поверил я. Колонна, судя по всему, выбиралась из города скрытно, так что маловероятно, что получилось бы просто так умыкнуть подобную технику.

— Я сам себе выдал, — Столп посмотрел на меня как на идиота. — Да и не оставлять же всё это нелегалам. Но и в городе тоже много чего осталось. Но там сейчас другие люди заправляют. Тут уже проблема не с техникой, а с операторами, — он вдавил тормоз. Меня качнуло вперед. — Приехали. Осмотри сперва вот эту машину.

Я выбрался наружу.

— Стоять! — приказал неизвестный военный, направляющий на меня автомат. Лицо скрывала черная маска. — Кто такой?

— Гоблин, свои, — Столыпин приподнялся из БМП,

— Тощ генерал-полковник, — вытянулся в струнку офицер.