Пришествие Зверя. Том 1 - Дэн Абнетт

Эйдолика — «Альказар Астра»

— Братья, переключаемся на инфракрасный фильтр! — приказал второй капитан Максимус Тейн. Поскольку магистр Аламеда погиб при первой атаке, а первый капитан Гартас руководил обороной из тактического ораториума, Тейн оказался старшим офицером Кулаков Образцовых на стенах бастиона. Авточувства его брони среагировали на команду, и оптика шлема включила температурный фильтр. В тот же миг абсолютная тьма эйдоликанской ночи преобразилась. Вместо ошеломляющей черноты пустыни перед глазами предстали уходящие за горизонт дюны и над головой — лишенное звезд небо разных оттенков синего цвета. Тейн знал, что россыпь светящихся точек исчезла из-за того, что штурмовая луна сейчас зависла прямо над их позицией, заслоняя пустоту космоса своей уродливой поверхностью. Тень родного мира космодесантников полностью скрыла чудовищный планетоид, и единственным признаком того, что он все еще на орбите, были огненные росчерки от падающих метеоритов и штурмовых катеров, наполненных ксеносами. Так было до первой волны атакующих.

Красные точки, обозначающие наиболее жадных до драки чужаков, появились на горизонте, контрастируя с синевой пейзажа. Отдельные тепловые сигнатуры, отмечающие авангард наступающей орды, вскоре превратились в многоцветный кошмар, полностью поглотивший кобальтовый ложный цвет пустыни. Даже Тейн и его братья-космодесантники, которым не привыкать было к величественным зрелищам после бесчисленных военных походов в самые дальние уголки Галактики, были поражены невероятной численностью налетчиков. Ночную пустыню захлестнула волна злобных ксеносов. От количества целей начали барахлить ауспики и целеуказатели.

Адептус Астартес на бастионах стояли в молчаливой готовности, наблюдая, как неистовый враг пересекает прометиевые поля Акбара. Орки прорывались сквозь световые коллекторы и склады с фотоэлементами. Они разоряли один поселок за другим, ровняя с землей световые фермы, генератории и склады с аккумуляторами, затем добрались до колодцев с прометием.

Сквозь оптику шлемов космодесантники смотрели, как столбы белого пламени взметнулись к темным небесам. Колонны огненной ярости и разлившийся по песку сырой прометий не слишком замедлили продвижение инопланетных монстров.

Капитан услышал за спиной звук шагов бронированных ног по настилу и развернулся навстречу Менделю Реоху, апотекарию Второй роты. На разрушенном корпусе звездного форта в кругу боевых братьев в покрытом копотью керамите белая броня апотекария выглядела как брошенный врагу вызов. В отличие от капитана, медик вышел в эйдоликанскую ночь без шлема. То, что осталось от губ и раздробленной челюсти, давным-давно было скрыто под уродливой решеткой бионической полумаски. Пара глазных имплантатов мрачно сверкала в темноте, словно цветные очки.

— Разве старшему медику не нужна твоя помощь в апотекарионе? — спросил Тейн старого друга.

— Когда работа Императора здесь будет завершена, — искусственным голосом прорычал Реох через скрытый за маской вокс-динамик, — то моя помощь вообще никому не понадобится. Здорово, правда?

— Ты, похоже, не боишься немного замарать руки, а, апотекарий? — мрачно поддразнил товарища Тейн.

Реох вытащил болт-пистолет из кобуры и посмотрел на настил под ногами сквозь прицел.

— Есть разница между просто работой и любимой работой. Если ты спросишь, чего мне больше хочется — торчать в апотекарионе и пришивать оторванные конечности братьям или отрывать их же врагам, то ответ, полагаю, очевиден.

— Твои знания и навыки придутся здесь очень кстати, брат, — признал Тейн, — в отличие от наших гостей.

Реох поднял взгляд. Свечение его оптических имплантатов усилилось, когда он наконец разглядел надвигающиеся волны врагов. Апотекарий хмыкнул, словно бы раздраженный досадной помехой.

— Не стоит проявлять неучтивость, брат, — отозвался он. — Им нужно оказать такой же прием, как и любым другим чужакам, нарушившим священные границы Империума. Пристрелить.

Небольшая группа служителей апотекариона в белых халатах проследовала за своим господином на парапеты бастиона. Реох передал тяжелый пистолет первому в их шеренге.

— Прицел нужно переналадить, — сказал он. — Займись и в этот раз сделай как надо. Даже эти проклятые твари могли бы справиться лучше. К инструментам, забирающим жизнь на поле битвы, нужно относиться с таким же почтением, что и к тем, что спасают ее на операционном столе. Я очень надеюсь: мое запасное оружие у вас с собой — для твоего же блага.

Другой слуга передал космодесантнику второй болт-пистолет. Реох внимательно осмотрел оружие, прежде чем вновь обратиться к слугам:

— Ну что ж. Придется обходиться тем, что есть. В любом случае враг не станет ждать, пока вы научитесь как следует выполнять свои обязанности. Я измыслю исправительные меры для вас позже. Если останусь в живых.

— Мы будем нужны вам, мастер Реох? — Одному из слуг хватило храбрости задать вопрос; несмотря на то что их лица были скрыты под капюшонами, все эти люди всматривались в темноту и вслушивались в какофонию звериной ярости, рокотавшую за стенами.

— Нет! — резко ответил космодесантник. — Здесь нужны только Избранные Императора. Возвращайтесь к старшему апотекарию. Возможно, у него найдется для вас тряпка и ведро для крови. А теперь — убирайтесь с глаз моих.

Слуги отправились обратно к пусковым шахтам, оставив на парапете стойку с оружием. На ней были закреплены запасные обоймы с болтами, безыскусные гладии и длинный, хищно зазубренный цепной меч апотекария. Отполированная до зеркального блеска поверхность клинка сверкала, словно лезвие гигантского скальпеля. Реох взял белую полусферу своего открытого шлема и водрузил ее на голову поверх бионики и покрытой шрамами плоти. С тяжелым вздохом гидравлики шлем состыковался с полумаской, превратившись с ней в одно целое.

Капитан Тейн через брата Аквино передал запрос на коммуникационную башню с просьбой отследить какие-либо попытки наземных сил врага связаться со штурмовой луной на орбите. Ничего. Данный факт беспокоил капитана. Обрушившись на поверхность Эйдолики в своих грубых десантных устройствах, выжившие после спуска ксеносы собрались в кровожадные шайки, а потом, словно кровь, густеющая в жилах мертвеца, шайки стали толпами, а те, в свою очередь, превратились в орды. Похоже, варваров направляла какая-то единая жестокая сила или подсознательное чувство единства. Без помощи привычных человеку видов связи звери, которые по всем правилам должны были начать грызться друг с другом, пуская в ход зубы, когти и примитивное оружие, объединялись в черных песках Эйдолики. Они стягивались к позициям Адептус Астартес, подчиняясь какому-то общему хищническому импульсу.