Мой враг, моя любимая - Влада Южная

– Кира! Кира!

Я с трудом заставила себя вынырнуть из темноты. Голова казалась тяжелой и ватной, к горлу подкатывала тошнота, но подсознание уже твердило: «Спасена. Ты спасена!»

Меня куда-то поволокли, а затем обняли. Головокружение не давало понять, что вокруг творится.

– Папа! – простонала я.

– Практически, – отозвался недовольный мужской голос, и тогда я окончательно пришла в себя.

– Ивар…

Никогда не думала, что почувствую такое облегчение от того, что мой тюремщик снова настиг меня. Но ладони уже сами искали его плечи, чтобы вцепиться в надежную опору. Почему-то рядом с Иваром я поняла, что все беды закончились. Он склонился, сидя на земле у самого края жуткого гроба и баюкая меня в своих руках, как ребенка. Провел кончиками пальцев по моему лицу, размазывая что-то мокрое по щекам. Брови сошлись на переносице, выдавая беспокойство.

– Кира! Моя девочка! Моя охотница!

Он сжал меня так крепко, что казалось, хрустнут ребра, а нос расплющится о его грудь.

– Чем… так пахнет? – скривилась я от резкого запаха.

– Ну извини, – проворчал Ивар и чуть ослабил хватку, – не догадался принять душ перед тем, как вытаскивать тебя из ямы.

Яма. Это слишком нейтральное название для такого страшного места.

– Мне плохо… – пожаловалась я, все еще мысленно пребывая там, в темном узком прямоугольнике, и испытывая парализующее удушье.

– Я знаю, – низким и полным боли голосом проговорил Ивар. – Как бы я хотел, чтобы у тебя был фамильяр! Как мне тебе помочь?

Я слабо покачала головой, потому что тоже не знала ответа.

– Как ты… меня нашел? Там… полный дом… охотников…

– Мы справились с ними. Мы втроем. Я, Лекс и Байрон. Неужели ты думала, что я не стану тебя искать? Я не откажусь от тебя, Кира. Я там все вверх дном перевернул. И перевернул бы еще раз, если бы под руку не попалась девчонка, которая подсказала, где ты.

Ивар говорил с таким жаром, что я невольно им залюбовалась. Он пугал и одновременно притягивал меня своей властностью и мощью. Но мне ни разу не доводилось видеть, чтобы Ивар использовал эту силу во зло. А вот со стороны других довелось. Я прикрыла глаза, возвращаясь мыслями к пережитым событиям.

– Они… мучили ее… и даже… хуже… надо ее… забрать…

– Заберем, – он снова погладил меня по щеке, – я уже отправил ее с Байроном и Лексом в машину. Мы своих в беде не бросаем.

Почему мне показалось, что последние слова прозвучали и обо мне? Я ведь не «своя»! Я – его враг, одна из клана его кровных врагов.

– Ты убил всех охотников?

Руки Ивара напряглись.

– Я не стал их убивать. Считал, что ты с ними заодно, и не хотел обострять наши отношения, истребляя твоих сородичей.

Дыхание замерло в моей груди. Я поняла, что он не знает кое-чего важного, и только от меня теперь зависит, какая из сторон окажется в безопасности.

– Кира, что с тобой? – насторожился Ивар.

Я закусила губу, понимая, что должна ему сказать. Но эти слова навсегда изменят меня. Я больше никогда не буду прежней Кирой, и пуля на моей шее станет не символом, а саркастической насмешкой над всем, чему с детства учили родные. А потом я поняла, что уже и так не являюсь той девочкой, которая узнавала жизнь по страницам учебников.

Я потянулась к Ивару и поцеловала его. Он вздрогнул от неожиданности, но сразу же ответил. Жарко углубил поцелуй, прижимая меня к своему телу. Нам снова было хорошо вместе, как в ту, последнюю, ночь, хотя я прекрасно понимала, что напрасно мучаю себя воспоминаниями. Он – не для меня.