Стальной прилив - Илья Садчиков

Дэмпси скривил рот в недовольной гримасе, отложил в сторону книгу и сдвинул в сторону пачку секретных документов. Приоткрыв верхний ящик стола, капитан достал «кольт», взвел металлический боек оружия. Засунув пистолет за пояс, Дэмпси подошел к двери и щелкнул крохотной рукояткой замка.

Грохочущая створка врезалась в стенку отсека. В каюту ввалился задыхающийся Эмблтон, лицо судового медика было темно-красным от удушья. Следом за доком в помещение нырнули два крупных моряка-торпедиста. Форма одного была покрыта слоем черной смазки, второй удерживал пальцами рукоять автоматического пистолета. На лицах громил сияла жестокая улыбка.

Дэмпси невозмутимо взглянул на стенающего Эмблтона:

– Что это значит?

Громилы переглянулись. Мексиканец опустил пистолет, коварно улыбнулся и с интересом оглядел скромное убранство капитанской каюты. Второй моряк – крупный светлый мулат закрыл за собой дверную створку и вежливо представился:

– Капитан, сэр, уорент-офицер Крэйг Уорвелл, торпедный отсек.

Указав на своего товарища, моряк добавил:

– Это симэн аппрентис Хэндрикс. Мы представляем, как бы это сказать поточнее, комитет по спасению субмарины.

Гордон ощутил исходящую от энсина угрозу, но виду не подал, и остался стоять на месте не пуская пришельцев во внутреннюю часть каюты.

Уорвелл кашлянул:

– Капитан, вам известно, что моряки недовольны долгим походом. Выходных нет, развлечений нет, берега мы уже давно не видели. Последняя вахта длилась более пятнадцати часов – это недопустимо.

– На войне по-другому не бывает, – ледяным тоном отозвался Гордон.

– И все же, пятнадцать часов это много. Люди устали, реакторный не желает работать в прежнем темпе. Мы, торпедисты, тоже не железные. Нам нужен отдых, а не война…

Хэндрикс сердито посмотрел на Дэмпси. Пальцы моряка непрестанно скользили по бойку оружия.

Не дождавшись от командира ответа, Уорвелл добавил:

– В общем, капитан, Комитет требует от вас прекращения операции «Несгибаемая воля». Подыхать за нашего президента мы не хотим. Выполнять приказы командования мы тоже не собираемся. Эти козлы задержали нас в море на несколько лет, мы свое давно отработали. Ваш долг – вернуть нас домой к семьям и детям, целыми и здоровыми – одним куском. Полагаю, Техас или Свободная Мексика с удовольствием примут нашу подлодку.

– Ваш долг, офицер, заключается в исполнении президентских приказов.

Уорвелл грубо выругался в ответ, упомянув в своей реплике президента и часть его ближайших родственников:

– Учтите, капитан, выбора у вас нет. Если до шести часов утра вы не измените курс корабля, комитет остановит реактор и выведет из строя имеющиеся на борту торпеды. Злить и провоцировать нас не советую.

– Угрожаете? – рявкнул Дэмпси, пытаясь подавить моряков авторитетом.

– Нет, капитан, – покачал головой Уорвелл. – Просто констатирую факты. Хорошенько подумайте над моим предложением и прикажите проложить курс в Мексиканский залив. Если не будете брыкаться, обещаю от имени комитета сохранить вам жизнь. В противном случае – пеняйте на себя.

Закончив речь, уоррент-офицер покинул каюту. Мексиканец исчез вслед за мулатом. В свете тревожных ламп его глаза сверкнули наркотическим блеском.

Избавившись от неприятных гостей, Гордон вернулся за стол и протянул Эмблтону маленькую фляжку виски.

– Где они тебя сцапали?

– В четвертом сервисном помещении, – со свистом произнес врач. – Уорвелл сказал, что парень из торпедного получил тяжелую травму. Я поверил, кинулся в отсек и получил хороший удар по голове.

Пощупав пальцами затылок, Эмблтон скривился от боли и процедил сквозь зубы:

– Кожу сорвали, сволочи.

– Откуда они знают о «Несгибаемой воле»?

– Килби просветил. Устроил им час политической пропаганды, вот они и заумничали…

Гордон опустился в кресло, схватился пальцами за лоб, крепко задумался.

– Под контролем дезертиров находится реактор – сердце лодки и ее меч – противолодочные торпеды. Арсенал тоже в руках повстанцев, в случае необходимости его придется отбивать. Количество комитетчиков на «Провиденсе» неизвестно. Активных, полагаю, не так уж и много, пассивных может быть полным-полно.

Взглянув на Эмблтона, капитан добавил:

– Полагаю, в деле замешаны наркотики?

– Вероятно, – устало отозвался врач. – Впрочем, таблетки не первопричина. Командование – вот истинный виновник наших бед. Людей нельзя держать в море три долгих года. Тут у кого угодно крыша поедет.

– Психическое спокойствие восставших волнует меня меньше всего, – мрачно отрезал Дэмпси. – Мы должны устранить комитетчиков любой ценой.

– Зачем? – устало отозвался док. – Может быть, правда на стороне комитета? Какого черта мы лезем в новое пекло? Неужели, кэп, вы разделяете идеалы президента? Я нет. Своими бесконечными войнами он не спасает экономику САСШ, а перекачивает нашу наличность в карманы немногочисленных миллиардеров. Когда парни из реакторного отправляют президента к чертовой матери, я хочу присоединиться к ним.

Капитан откинулся на спинку кресла и тихо произнес:

– Как бы я ни относился к президенту САСШ лично, я продолжаю оставаться патриотом своей страны. Лодка не должна попасть в руки Мексиканского правительства. В Техасе она тоже оказаться не должна. На борту «Провиденса» находятся двадцать торпед и десять ракет – носителей атомного оружия. Кроме того, Эмблтон, в первой и второй ракетной шахте содержатся специальные снаряды – нейтронные томагавки. Вы хотите, чтобы эти игрушки попали в руки безответственного латиноамериканского правительства? Короче, док, выбора у нас нет, мы должны продолжать миссию.

Эмблтон вернул фляжку капитану:

– Гордон, мы не контролируем отсеки. Любое целенаправленное насилие мгновенно обернется против нас. К тому же я против разрешения конфликта стрельбой. Положим кучу людей и во имя чего?

Дэмпси выложил на стол техническую схему «Провиденса»:

– Определяйся, док. Ты за меня или за них. Про правительство я речь не веду.

– Я весь во внимании, – устало произнес Эмблтон. – Каков план?

Гордон расправил уголки схемы и взял в руки остро отточенный карандаш.

– Сделаем так. Пригласим представителей комитета на переговоры. Обсудим условия сдачи субмарины третьей стороне. Они, конечно, будут настаивать на Мексике, но я предложу направить лодку в один из портов Гаити. Проблему с оружием решим следующим образом – восставших выгрузим, лодку отведем в океан и откроем балластные цистерны.

Комитетчики, конечно же, будут против этого плана. Продажа «Томагавков» сулит хорошую прибыль, и они будут биться за ракеты до последней возможности. Обсуждение неизбежно затянется на пару-тройку часов.