Пятое кольцо - Митчелл Грэм

Элбертон

Дальнейшая поездка до Элбертона прошла без приключений. После того как Коллин сменил его на страже, Мэтью не удалось заснуть. Он лежал под одеялом и смотрел, как постепенно сереет небо. Временами он испытывал боль, вспоминая Брана, Джайлза, лицо Берка Рэмзи за мгновение до смерти… Все казалось запутанным и непонятным: его будущее, отношения с Ларой, странные слова орлока. Отец когда-то говорил ему, что ночью все кажется значительнее, чем на самом деле, а по-настоящему разобраться с проблемами можно только при свете дня. Как хотелось бы Мэтью, чтобы Бран был сейчас рядом с ним!

Утром путешественники на скорую руку позавтракали сыром и хлебом, не разжигая огня.

– Раньше мне сыр нравился, – отметил Дэниел, прислонившись к стволу дерева.

– А чем сейчас он плох? – спросил Коллин, откусывая еще кусок.

– Ничем, наверное, – ответил Дэниел. – Просто хочется и другого чего-нибудь отведать. Девять дней сырной диеты совсем отбили у меня вкус к сыру.

Коллин пожал плечами и встал, чтобы привязать свой мешок к седлу.

– Ему все нипочем, – обратился Дэниел к Мэтью, – аж досада берет.

Путешественники торопливо снялись с места и выбрались обратно на дорогу. Проскакав несколько минут, они заметили развалины старого города. Лес постепенно поглощал землю, когда-то отнятую у него. Почерневшие балки немногих уцелевших домов свидетельствовали о пожаре. Кое-где виднелись дымовые трубы и фундаменты. Повсюду росла высокая трава и кустарник. По улицам ветер гнал клубы пыли.

– Ух ты! – воскликнул Дэниел, проезжая мимо. – Интересно, что здесь раньше было?

– Вейберн, – ответил отец Томас. – Городок назывался Вейберн.

Он остановил лошадь, посмотрел на безмолвные развалины и поскакал дальше. Дэниел, Коллин и Мэтью переглянулись между собой и последовали за священником.

Элбертон оказался совсем не похож на то, что ожидал Мэтью. У города не было определенного центра, просто ряд улиц – и все. Найти постоялый двор со странным названием «Ничейная Гостиница» не составило труда, правда для этого пришлось пересечь весь город.

По пути они проехали мимо того дома, о котором Лара расспрашивала Эйкина. Две девицы с сонным видом возвращались с вечерней работы. Та, что была поменьше ростом, брюнетка с чрезвычайно привлекательной фигурой, зазывающе улыбнулась Коллину. Тот сбавил шаг и собрался уже заговорить с незнакомкой, но тут к нему подъехал отец Томас и взял его за локоть:

– Ни к чему, сын мой… едем! К сожалению, бесплатной будет только улыбка.

– О, – разочарованно протянул Коллин, оглядываясь через плечо на девицу, которая с профессиональным интересом провожала его глазами.

Едва они подъехали к постоялому двору, как Лара выбежала из дверей, бросилась к отцу Томасу и изо всех сил обняла его. Так же приветствовала она и Мэтью, Дэниела и Коллина. Вслед за ней показался и Эйкин, но он ограничился простым рукопожатием.

Из конюшни вышел заспанный Вилл, со своим обычным видом невинного мученика; махнув рукой в сторону входной двери постоялого двора, он увел лошадей.

Навстречу прибывшим вышла Сита Вудолл. На сей раз на ней было синее платье с тонким золотым поясом – этот наряд выгодно оттенял ее волосы и подчеркивал стройную фигуру.

– Меня предупредили о вашем приезде, и я счастлива, что вы остановитесь у меня, – сказала она, обращаясь главным образом к отцу Томасу. – Вы, наверное, и есть дядя Сивард, а это ваши сыновья. Лара успела мне так много рассказать о вас, что мне кажется, будто мы с вами старые друзья.

Отец Томас открыл было рот, взглянул на Лару и Эйкина, которые улыбнулись ему, но так ничего и не сказал. Затем он собрался с мыслями и произнес:

– Мне также очень приятно с вами познакомиться. Разрешите представить вам моих… гм… мальчиков – Мэтью, Дэниела и Коллина.

– Лара, почему ты не сказала, что у тебя такой красивый дядя? – спросила Сита, взяв отца Томаса под руку. – Я отвела для вас две комнаты. Если вы соблаговолите последовать за мной, дядя Сивард, я вам их покажу. Лара меня заверила, что вы согласны спать по двое в одной кровати. В это время года у нас обычно много постояльцев…

Отец Томас послушно пошел за хозяйкой постоялого двора. В общей зале в этот ранний час почти никого не было. Лара, заметив, что священник чувствует себя неловко, проказливо подмигнула Эйкину, который в ответ закатил глаза. Наконец Сита, Лара, Эйкин и отец Томас оказались в одной из комнат, предназначенных для новоприбывших гостей. Закрыв дверь, хозяйка обратилась к священнику.

– Лара решила, что лучше не разглашать ваши истинные намерения, – сказала она. – К сожалению, не всем моим слугам можно доверять тайны… Вдобавок вчера здесь было несколько солдат герцогини.

Отец Томас спокойно смотрел на нее. У него не было полной уверенности в этом, но по блеску глаз Ситы священник пришел к выводу, что эта ситуация забавляет ее.

– Понятно, – сказал отец Томас. – Что ж, может, это и правильно… Спасибо вам за осторожность.

– Осторожность… – протянула Сита, пытаясь найти подходящий ответ, но, не найдя, продолжала: – Ладно, не мое дело, кем вы все друг другу приходитесь… так вот, мастер Джибб расскажет вам про корабль и сообщит остальные новости. А тем временем, – она выразительно сморщила нос, – я прикажу, чтобы принесли ванны и горячую воду. Еда будет готова через час.

Быстро подмигнув Ларе, Сита исчезла, оставив отца Томаса в некотором недоумении.

– Удивительная женщина, – еле слышно пробормотал он себе под нос.

Эйкин быстро пересказал все, что ему с Ларой довелось узнать с предыдущего вечера. Весть о начавшейся войне огорошила отца Томаса, но не успели они обсудить новости, как в дверь постучали. Вошел Вилл и еще один слуга: они принесли багаж новоприбывших и ванну.

– Куда вещи положить? – спросил Вилл.

– Можно на кровать, – ответила Лара, входя в роль распорядительницы. – А ванну поставьте прямо здесь.

Когда слуги собрались уходить, отец Томас достал из плаща две медные монетки и каждому вручил по одной.

– Спасибо, сударь, – сказал второй слуга, слегка поклонился и вышел.

Вилл же просто спрятал деньги в карман и произнес без всякой любезности:

– Она мне приказала показать вам вторую комнату.

Юноши что-то оживленно обсуждали между собой. Оказалось, они решили разделить втроем одну комнату, а другую целиком предоставить в распоряжение отца Томаса.

Все пошли за Биллом во вторую комнату, которая оказалась напротив комнаты Лары. Оставив друзей приводить себя в порядок, Лара спустилась вниз – спросить у Ситы, нельзя ли принести еще одну кровать.

Когда она ушла, Коллин сел на край кровати и присвистнул.

– Как вы думаете, это правда насчет войны? – спросил он у друзей.