Последний реанорец. Том VIII - Вел Павлов

‒ Нисколько не устал! ‒ решительно выпалил парень.

Причем его удар совпал с резким открытием дверей, и на этаж пожаловали сразу все княгини Лазаревы, которые оказались чем-то слегка взволнованы.

‒ Так будет честнее, ‒ заметил рассудительно Тан, уважительно поклонившись прибывшим девушкам. ‒ Я согласен и на такую битву.

‒ В таком случае прошу в круг, господа, ‒ указал я рукой на центр арены, неспешно подходя стойке с оружием и подхватывая с неё перевязь с джадами. ‒ Утолю ваше любопытство.

‒Ха-ха-ха! ‒ задиристо расхохотался Ростислав, привлекая к себе внимание всех присутствующих. ‒ Как давно это было! Жаль только, что Марина завалена моими обязанностями и не увидит этого!

‒ Чего не увидит Марина, брат? ‒ вдруг нахмурилась Виктория, отстраняясь на миг от Калиры, когда та с её помощью, наконец-то, пришла в норму.

Правда, свою порцию осуждающих взглядов от Алиши и Куни за такое истязание альвы всё-таки получил. Похоже, Хельга уже им донесла о случившемся. Неужели бунт? Да еще и у меня под носом. Понятно откуда столько волнения.

‒ Того как твой муж будет получать по шее, ‒ боевито откликнулся Романов, быстро возвращаясь обратно под купол арены. ‒ Сейчас мы с Веймином ему устроим! Ох, и устроим! Правда же?

Почти одновременно брови Алиши, Куни, Калиры и Хельги взлетели стремительно вверх, только Вика оказалась всё так же нахмурена, а сам я, взглянув на жен и девушек, лишь пожал плечами и пошел следом за двумя столпами.

‒ Они сами этого захотели. Исполняю просьбу.

‒ Брат, не льсти себе, ‒ вдруг нещадно припечатала Виктория. ‒ Ты не столь стар, чтобы выжить из ума. Хотя если ты пытаешься так себя подбодрить или же успокоить, то дело, конечно же, твоё, но не тяни за собой господина Тана.

‒ Это была моя идея, ваше высочество, ‒ с робкой улыбкой запротестовал смущенно китаец.

‒ Что ж… похоже, теперь я начинаю понимать, ‒ на миг замолчав и полностью сдавшись, тихо выдохнула княгиня. ‒ Но не забывайте, господин Тан, что я уже не великая княжна и не Романова.

‒ Прошу прощения, ‒ вдруг спохватился виновато Веймин, стоя рядом с Ростиславом на арене и расширив резко глаза, тот быстро склонил голову. ‒ Моя ошибка. Более такого не повторится.

‒ В случае чего, я вас исцелю, ‒ негромко обронила Вика, возвращаясь обратно к женской компании.

‒ Ты настолько не веришь в собственного брата?! ‒ делано возмутился Романов.

‒ Ростислав, я верю в тебя как никто, но, пожалуйста, не льсти себе.

‒ Хельга, Алиша, присмотрите за куполом, ‒ попросил я жен. ‒ Прасковья, по твоей команде.

Защитные барьеры только начали стремительно наслаиваться друг на друга, а оба моих соперника скорыми темпами стали обращаться к собственным силам. Манипуляции Романова и Тана чем-то были схожи. Они оба, как и полагается уникумам, по большому счету были сильны в созидательно-призывающей стезе. Трескуче-ледяные и багрово-кровавые магические доспехи на их телах стали формироваться почти одновременно, и в единый миг у них образовалось стихийное оружие. Пара изогнутых клинков в руках у Романова, и похожая пара шуангоу в ладонях Веймина…

Хм, с нашей последней встрече парень кардинально модифицировал свои орудия.

Я же по-своему принципу обошелся лишь джадами и обычной тренировочной экипировкой. Ведь смысла затягивать спарринг я не видел от слова совсем.

Стоило же барьеру захлопнуться над нашими головами, как тут же раздался громкий, но мелодичный голос Прасковьи.

‒ Начали!..

……

* * *

Первое кольцо. Москва.

Московский Кремль.

Личные покои цесаревича Ростислава.

‒ Дрянь! Аргх! Проклятье! Вот же… твою мать!!!

Именно с такими криками и негодующими воплями взъерошенный будущий император Российской Империи ворвался в собственное крыло Кремля, не только попутно с этим переполошив весь личный гвардейский конвой, но и знатно напугал оторвавшую ошеломлённый взгляд от рабочего ноутбука Голицыну.

‒ Задерите его черти!!!

Однако тщательнее присмотревшись к своему господину, регацце удалось понять, что тот был не зол, а лишь оказался чем-то сильно, точнее очень сильно, раздосадован.

‒ Его императорское высочество может объяснить, в чем дело? ‒ вкрадчиво осведомилась женщина, медленно снимая с переносицы очки. ‒ И кого вы хотите, чтобы задрали черти?

От подобного обращения парень тотчас впал в ступор и остолбенел, а затем с обидой взглянув на Голицыну, продолжил мерить покои рваными шагами. Верная регацца всегда знала, каким именно образом утихомирить воинственный нрав разбушевавшегося Романова. И в данном случае подобное обращение подействовало как нельзя лучше.

‒ Захара, чтоб его! ‒ после затянувшегося молчания, тихим голосом отчеканил парень. ‒ Этот… этот… дурак в своём репертуаре! И куда только сестра с Алиной и Прасковьей смотрят?..

‒ Что стряслось на этот раз? ‒ со слабой улыбкой поинтересовалась девушка. ‒ По моим данным, многие неприятности вы норовите учудить вместе. Он тебя чем-то обидел на ваших занятиях? ‒ предположила невольно Голицына.

‒ Что?! Обидел? Скажешь тоже! ‒ вдруг скривился юноша, словно отведал дольку лимона. ‒ Нет. Вовсе нет…

‒ Тогда что случилось?

‒ Я и Веймин… бросили ему вызов на спарринг… ‒ отрывисто начал говорить парень, продолжая своё великое шествие по покоям. ‒ Точнее… попросил это сделать Веймина… сам же шел довеском. Я хорошо изучил Захара. Я тебе говорил, что он всегда платит по счетам? Так случилось и в этот раз…

‒ Не хочу вас переоценивать, но мне кажется, что вы зря это сделали, ‒ со скептическим выражением лица заключила Марина. ‒ Дай угадаю. Вы с треском проиграли. Так ты из-за этого так расстроился? Только не говори мне, что ты и Тан хотели его одолеть?..

‒ Ты считаешь меня настолько недалёким? ‒ вдруг возмутился недовольно цесаревич, но вдох спустя показал довольную улыбку и, приблизившись к регацце, прилёг подле неё на постель. ‒ Конечно у нас не было ни шанса. Он разобрался с нами как со слепыми щенками за несколько секунд. Мне вообще показалось, что он совершил всего два шага. Миг же спустя Тан оказался впечатан в барьер полностью беззащитный, попутно с этим разрушив своим телом один из слоёв купола, а следом… следом за ним и я оказался на заднице рядом с Веймином в непотребном виде.