Источник - Татьяна Зимина

На этот раз поцелуй был не очень долгим – обоим не хватало воздуха, – но очень насыщенным.

– Ох… – только и мог сказать Сэм.

– Вот видишь. Теперь, пожалуйста, помолчи.

Она завозилась, отцепляя от пояса кошелек. Достала из него небольшую шайбу и прилепила её к стенке воздуховода прямо за головой Сэма.

– Надеюсь, ты не собираешься тут ничего взрывать… – нервно хмыкнул тот.

– Это термическая бомба.

– Что? – Сэм задергался, как насаженный на крючок червяк. – Ты с ума сошла?

– Спокуха. Я просто хочу разогреть стены. А затем сниму её – до того, как заряд сдетонирует.

– Ты меня зажаришь, – Сэм дергался так, что голова почти отрывалась. Но плечи при этом оставались плотно притерты к стенкам…

– Перестань температурить. Я ведь тоже здесь.

Сэм только дернул ногами, продолжая попытки высвободиться.

– Послушай… Назад я тебя толкнуть не могу, – девушка успокаивающе положила руку ему на плечо. – Мне не хватает рычага. Но мой коридор гораздо шире, так что, если стены немного разойдутся – хватит пары миллиметров – я смогу тебя дернуть. Короб жестяной, так что много времени это не займет.

– Как и превращение меня в хот-дог.

Спина уже начала подмокать. У Сэма было такое чувство, что его засунули в духовку.

– Потерпи, – достав какой-то пузырек, она побрызгала на плечи и спину Сэма. – Это графитовая смазка. Облегчит скольжение.

Сэм только пыхтел, сцепив зубы. На плечах, судя по ощущениям, уже вздувались пузыри…

Притронувшись к стене кончиком пальца, Саёнара отдернула руку. А затем ногтем сковырнула бомбу.

– Теперь… – она ухватила Сэма за плечи. – Толкайся что есть силы. Рванули!

Пара ожогов всё-таки появилась. Сэм чувствовал, как при движении обдирается тонкая пленка кожи и жидкая сукровица пропитывает ткань мундира.

Он полз сразу за Саёнарой. Дышать стало легче, и голова почти не кружилась, но коридор всё извивался и извивался, будто кишка гигантского кашалота. Когда Сэму начало казаться, что уже недалеко до превращения в безглазого немого червяка, обреченного бесконечно извиваться среди стальных, холодных, как рыбье брюхо, туннелей, Саёнара остановилась.

– Тут люк, – прошептала она. – Можем спуститься в коридор.

Совершив несколько быстрых движений, она отодвинула тонкую крышку и беззвучно канула вниз.

Сделав последний рывок, Сэм, задыхаясь, рухнул вслед за ней. Подогнув колени и свернувшись калачиком на полу, он пытался расслабить мышцам спины.

– О… Кайф-то какой… – протянул он хрипло.

– Вставайте, господин офицер. Если нас здесь увидят, все труды насмарку.

Как оказалось, Саёнара успела сменить станционную форму на свой привычный наряд. Ну конечно: им был положен один небольшой чемодан – до шести с половиной килограмм… Сэм ничего брать не стал – а какой смысл? А Саёнара, значит, протащила свой прикид. Девчонки. Жить не могут без любимых кожаных штанов.

– Здесь – это где? – спросил он, осторожно воздвигая тело на ноги.

– Мы неподалеку от ангара, – шепотом сказала Саёнара. – В служебном коридоре. Не ссы, сейчас здесь никого нет – на станции условная ночь.

– Да я и не… В общем, что дальше?

Девушка подергала ручку двери.

– Магнитный замок. Подожди.

Присев на корточки, она достала из кармана куртки небольшой сверток. Вынула из него крохотный приборчик и приложила к замку. Приборчик негромко защелкал.

– Где ты всё это раздобыла?

– На Базаре. Пока вы болтали с Пифией.

– А как пронесла на станцию? Нас же просвечивали всем, чем можно и чем нельзя.

– Это воровской инструмент, – чуть повернув голову, она посмотрела на Сэма и подмигнула. – Не отслеживается никакими сканерами и радарами.

Приборчик перестал трещать. Дверь негромко чавкнула и ушла в стену. Самодовольно ухмыляясь, Саёнара выпрямилась и сделала шаг… Сэм едва успел ухватить её за плечи.

Они вместе выглянули из проёма двери.

– Видимо, лестница выдвигается, если дверь открывается специальной карточкой, – пробормотала девушка.

– И на старуху бывает проруха, – пытаясь сберечь серьезное выражение лица, изрек Сэм. До пола ангара было метров двадцать пять.

– Не на всякую, – буркнула Саёнара и достала прозрачные перчатки. – Это липучки, – пояснила она. – Жаль только, всего одна пара. Но ничего: ты подождешь здесь, а я быстренько…

– Хренушки. Перчатки надену я.

– А я?

– Повисишь у меня на спине. Надеюсь, они выдержат двойной груз.

– Ты не умеешь ими пользоваться.

– А ты меня не удержишь. Так что просто покажи, как это делается, и погнали.

Сначала никак не удавалось совладать с перчатками. Один раз они проскользили метров пять – Саёнара так сдавила ему шею, что Сэм чуть не задохнулся.

– Ты меня задушишь, – прохрипел он, распластавшись по стене, как геккон, забравшийся на стену изо льда.

– А ты нас угробишь. Прижимай ладони сильнее.

– Я прижимаю.

– И отрывай строго по очереди.

– Стараюсь.

Спина вспотела. То, что к ней прижималась упругой грудью красивая девушка, в данной ситуации не играло абсолютно никакой роли.

Наконец они спустились. Сэм остервенело стянул перчатки и бросил их к ногам Саёнары.

– Я, между прочим, высоты боюсь, – сообщил он сердито.

– Раньше надо было думать.

– Вот всегда ты так, – вспылил Сэм. – Нет бы подбодрить. Трудно, что-ли сказать, что я молодец, что отлично справился… Я тебе, между прочим, жизнь спас.

– Это когда?

– Только что. Когда не уронил с высоты двадцати пяти метров.

– О ангелы, опять ты за своё… – закатила глаза Саёнара. – Без тебя было бы намного проще. Так что затухни, нытик.

Сэм даже набрал в грудь воздуху, чтобы дать достойную отповедь, но сдержался.

"А и правда: чего это я так разнервничался? Еще пару недель назад такое приключение показалось бы мне верхом крутости. Что со мной происходит? Не иначе, это жук", – наконец решил Сэм. – "Токсины, которые медленно меня отравляют. В том числе – заставляют быть трусливым и сентиметальным"…

А потом он увидел корабли. Точнее, сперва в тусклом фиолетовом свете, подобно танцующим на хвостам дельфинам, проступили вытянутые тени, а через мгновение Сэм понял, что это корабли…

– Ух ты! Вот это да… – он пробежал несколько шагов, но остановился. Ангар тянулся по меньшей мере на километр, и обойти его пешком было затруднительно.